Захар Прилепин – Полное собрание стихотворений и поэм. Том III (страница 148)
Можно жить, минуя все эксцессы,
Но зачем, когда так хороши,
На полу валяются принцессы
Те, кому пришёл туркменбаши…
Нет снега
Где я совсем один живёт,
Мне южный ветер в окна бьёт,
Нахальный, слово старый вор,
А у Зимы – запор.
Снег был объявлен. Не идёт,
А скоро Новый Год.
Присела, тужится Зима,
Мороз сковал дома.
Застыла грязь, деревья злы,
Глаза у птиц круглы.
И не летает воробей,
Не засыпает змей…
И над берлогою медведь
Давно устал сидеть…
[Гипотетический медведь,
Его не рассмотреть…]
Колыбельная
Спи, милая, спи,
Если сходила пипи.
Ножки разброшены,
Сиськи взъерошены
В гнёздышке нашей любви.
Спи, милая, спи,
Но не храпи, не сопи…
Ночь наступила давно,
В доме напротив темно,
«Сахарный лев» торговать перестал,
«Сахарный лев» задремал…
Сиська на сиську легла,
Я не убрал со стола…
Наши бокалы вдвоём,
Слился с Гоморрой Содом,
Сиська на сиське,
Я в твоей письке,
Так вот всегда и живём…
Спи, милая, спи…
Ты ведь сходила пипи…
У Вятки, или же Перми
художнику К. Васильеву
Под белоснежными орлами,
Где ветер гонит ямщиков,
Ты, Русь, лежишь семью холмами,
Семь на семь белых городов
Твои часовенки – подружки,
Твои источники чисты,
Их вечно не ржавеют кружки,
Нетленны над водой мосты.
Ты аскетически красива,
Где Вятка, а за нею – Пермь,
Чуваш прищурился курсивом
И губ лоснится эпидермь.
И белый клок волос по ветру –
Чувашка с белыми детьми
Идёт пешком по километру
У Вятки, или же Перми…
Зеленоватый храм поднялся
И левитирует теперь
Пред куполами застеснялся
Потупил взор косматый зверь.
Отшельник ветхою полою 
