Произношу стихи неживые
Некому теперь принадлежать
Некого неистово лелеять
Издали нелепо обожать
И писать у строчек посвященье
Знаю всё на свете я могу…
Будет грустно — и напьюсь и сяду
Нехотя про что-нибудь солгу
И кого-нибудь обшарю взглядом
Пусть подумают что душой высок я
Что горю, а не досадно тлею…
Поцелуй меня в больной висок
Я тебя за это пожалею…
Я скажу ведь ты одна из тех
Смерти уже отданных давно
А пока звучит твой нервный смех
Возле ног и плеч твоих темно
«Так и будут запутанными дни мои…»
Так и будут запутанными дни мои
Так я и не пойму…
Кто просит ты обними меня
Кого я сам обниму…
Женщины лёгкие лёгкие
Только подует ветер
Сразу уносит к другим…
Сразу такие далёкие
Мы издали молча их чтим
Преподносим из самых душ
Вырванные слова…
И белые клочья чужих рук
Видим едва-едва
Не замечаем что другим
Преданы и проданы…
И преждевременными родами…
«Годы наши идут…»
Годы наши идут
И мечты не сбываются
С тебя там, с меня — тут
Люди зло издеваются…
И нас осень трясёт…
Как деревья холодные…
Кто на свете живёт…
Все скитальцы безродные
«В дымке Магелланова пролива…»
В дымке Магелланова пролива
В распростёртых облаках
Говорят… порой лежит раскинув
Руки лучезарные чужая
Дымная с улыбкой неоглядной
Потому-то мы в коробках утлых
Обтекаем вечно океаны
Потому из странствий не вернутся
В дымке Магелланова пролива
Чётко и восторженно чужая
Видимая всем в любви и в горе…
Женщина растерянно лежит…
Не поможет знаем, знаем
Ни любви ни горю
Гибели от нас не отвратит…
Всё равно весь век бродить по морю
Берега — отчаянный гранит…
В дымке островов, земли и неба
Чуда и свершенья ожиданья
Вечно где-то женщина чужая
Медленно и грустно сторожит… 
