Подыми могил сонную плиту
Звук не будет схвачен
Если мы умрём
Кто-нибудь потом
Будет нашей жизнью озадачен?
«Чьи-то тени чёткие……»
Чьи-то тени чёткие…
Туловища чьи-то…
Оттиснуты на мокром
Зеркале гранита…
Руки чёрные болтаются
И в воде синеватой
Тени длинные купаются…
Я один между мостами
Жду чего-то
И смотрю на гладкий камень
Опечаленный заботой…
«За тридцать пять минут…»
За тридцать пять минут
Я Блока просмотрел
Блок прожил сорок лет
Над женщиной слабел
Он умирал и жил
Руками шевеля
Стихи свои сложил
И приняла земля…
И тридцать пять минут…
И множество ночей…
«И лишь пустые копья снега…»
И лишь пустые копья снега
Нацелены в сияющую грудь
Хотелось запыхаться среди бега
И воздух отуманенный вдохнуть
Пусть иглами холодными охватит
Седая грусть меня
И девушки — на каждой только платье —
Мучительно и мстительно манят…
«А потом мои сборники…»
А потом мои сборники
Раскупают с прилавков
А потом поговорками
Мои станут слова
Но простите я кажется
Отвлёкся от главной
И от будущей славы
Дрожит голова…
Где-то синие дали огнями вспыхнут
Разорваны и подожжены…
«Брось жеманиться…»
Брось жеманиться
Брось плакать
Где-то в оголтелых маках
Людям снится май…
И в оплёванных курильнях
В темноте досок…
Кто-то понял все усилья
Ни к чему не приведут…
У кого-то опустели
Тёмные зрачки…
И безудержно и больно
А потом тепло…
А потом приходят руки
Гладят и поют
Спи — твои земные муки
От тебя уйдут… 
