Она меня любила ни за что
Теперь уж если я и умираю
то это мне приятно вспоминать
Затем я в Симферополе страдаю
что всё это продлилось дней лишь пять
«На том месте где раньше стояло…»
На том месте где раньше стояло
может что-то а может село
уже много травы вырастало
уже всякое время прошло
Если я небольшой не красавец
но так умный так с бледным лицом
прохожу это место походом
я люблю его всё кругом
Тут наверно жила Наташа
Была очень красивая да
Дочь помещика. русская наша
У отца была куст-борода
В бороду́ и на рост отцовский
любоваться любил их царь
ещё в годы войны таковской
он приблизил отца-государь
В этом месте на этой лужайке
Верно наша Наташа играла
В игры ихние всякие лайки
Для игры она вовсе снимала
Надевала наряд простейший
и бежала платьем шумя
её матери глаз чистейший
всё за нею бежал бежал…
Кавалеры были в костюмах
очень странных во время жары
тем не менее те кавалеры
Я так думаю были добры
Сидя вечером на террасе
пили чай. самовар эдак пел
«ещё в первой гимназии. в классе… —
её мамы голос шипел —
все способности в разных науках»
Ох Наташа прости её ты
Ночь… томит непонятная скука
Только встань от окна уж кусты
У тебя твои двое сестричек
здесь в соседней комнате спят
их учитель студент еврейчик
симпатичный. ловил твой взгляд
ты не слышишь как по аллее
тихо ходят его сапоги
Ната! Ната! Наташа! Наташа!
Ты немного подумав — беги…
так мои кувыркаются мысли
молодого и в синих штанах
Они падают и образуют
наипричудливейший альманах
Хохотун. смехотун. но слезливец
по развалинам данным бреду
русский старый кошмарный ленивец
задыхаясь гляжу на звезду
«Вторая тетрадь грамматики…»
Вторая тетрадь грамматики
Тоска и белые львы
разгуливают как в праздники
по отрезкам белой стены
Крестьянов Иван Сергеич
Дымит своим табаком 
