Юстина Южная – Княгиня пепла. Хранительница проклятых знаний (страница 12)

Первое, что мне нужно было сделать в качестве жены лорда-князя, — проехать по деревням клана и оставить свою кровь на камнях власти.

Навыки верховой езды у меня пока оставляли желать лучшего, так что мой смирный мерин шел в поводу у лошади Габриэля. Мы выехали маленькой процессией, помимо меня и брата лорда-князя, состоящей из Мойны, Камайи и пожилого Клейна Ламберта, приходящегося Эдмунду каким-то дальним родственником. Также с нами ехали брат Аодхэн, один воин в качестве охраны, и еще пара слуг для солидности.

Дунмор встретил нас радостно: жители высыпали из хижин, хлевов и курятников, на время бросив все хозяйственные дела. Они собрались возле того большого валуна, который я заприметила еще во время моего незабываемого посещения деревни с купанием в холодной реке. Теперь я уже знала, что это так называемый камень власти. Такие были вкопаны у каждого поселения, и на всех высечен герб нашего клана. По традиции лорд-князь, принимая бразды правления, оставлял на этих валунах капли своей крови. То же самое должна была проделать и его жена, то есть я.

Спешившись возле валуна, мы выстроились для церемонии. Брат Аодхэн нараспев прочитал молитву богам на тайном языке друидов, а затем торжественно проколол мне руку серебряной иглой, и несколько багровых капель окропили серый камень.

— Дунмор принимает свою хозяйку! — громко провозгласил жрец.

— Дунмор принимает! — откликнулись все собравшиеся.

— Будь доброй госпожой своим людям и чти законы богов и людей, — повернулся ко мне брат Аодхэн.

— Я буду, — ответила я, как того требовал обряд и моя совесть.

И на этом ритуал был окончен.

Вторым поселением на нашем пути стал Гленкаррик. Здесь жители уже не столь открыто проявляли свои верноподданнические чувства. Они, конечно, знали о случае с Эваном и моем участии в нем, но для них-то я пока еще ничего не сделала, так что принимали меня хоть и доброжелательно, но гораздо более сдержанно. Там церемония с камнем повторилась, и мы отправились дальше, в третью деревню под названием Карннан.

Она была самой дальней от крепости и самой бедной из всех трех поселений. Это, кстати, меня поразило еще в первую поездку с Эдмундом, когда он представлял меня жителям княжества, как свою невесту.

В Дунморе и Гленкаррике почти все дома были возведены из камня, а на покатых крышах плотно уложен дерн, встречались даже двухэтажные, где на первом этаже размещали скот, а второй занимали люди. Но если домик был в один этаж, то, как правило, в нем имелся каменный пол. Также имелись и небольшие окна.

В Карннане многие хижины оказались глинобитными с менее практичными соломенными крышами и земляными полами. Некоторые даже напоминали доисторические дома-ульи: круглые, построенные вокруг очага. Их стены, выложенные из глины, веток, земли и дерна, постепенно сужались кверху.

Даже просто смотреть на них было больно. Никакой вытяжки, кроме естественной, через отверстие в куполе, там не имелось, окон, соответственно, тоже, лишь маленькие щели в сводах. Как в этих теплых, но задымленных и покрытых изнутри сажей хижинах жили люди, я представляла с трудом.

Такие они, карннанцы, и вышли ко мне — закопченные, пропахшие дымом, с угрюмыми и настороженными лицами. Детишки стояли, поджимая ноги в холодных башмаках и кутаясь в дырявые пледы, их чумазые личики тоже не сияли радостью, хотя, конечно, были поживее, чем у взрослых. Некоторые женщины показывали на меня пальцем и что-то шептали своим товаркам, подергивая себя за косы, видимо, мои непривычные белые волосы по-прежнему беспокоили их умы.

Но и в этом бедном поселении ритуал прошел мирно и без происшествий.

По возвращении я поняла одну вещь: нельзя ждать весны, когда будет тепло и комфортно, улучшать жизнь обитателей княжества нужно уже прямо сейчас. И не важно, доверяют они мне или еще долго будут шарахаться от «белой ведьмы», просто я не могу спокойно смотреть на то, в каких условиях они живут. И сама не могу жить в этих «темных веках».

Пора было доставать из тайничка в моей комнате заветные фиолетовые кристаллы.

Глава 15. Селедка и конкуренция

Даже без инфокристаллов было ясно, что сразу приступить ко всеобщему улучшению жизни мы не сможем. Да, кое-что по мелочи можно было сделать уже сейчас, и я намеревалась эти «мелочи» внедрить, но глобальные перемены требовали больших средств. И для начала нам нужно было их раздобыть.

Закрыв дверь своей комнаты изнутри на засов, я вынула из кладки в стене один булыжник и достала из образовавшейся ниши тряпицу, в которую были завернуты три лиловых камешка. Выбрав один наугад, я коснулась его и на некоторое время задержала на нем ладонь.

Пальцы начало покалывать, затем это покалывание распространилось и на виски. Спустя полминуты в моей голове раздался мысленный голос: «Инфокристалл настроен. Активировать?» «Да», — отдала я такой же мысленный приказ. И перед моим внутренним взором развернулось некое подобие меню. Информация передавалась мыслеобразами, что с непривычки заставило голову закружиться, однако я уже пользовалась подобными кристаллами до анабиоза, поэтому адаптировалась довольно быстро.

Просмотрев «каталог», я поняла, что здесь нужных мне сейчас сведений нет, и взялась за второй фиолетовый камень. Вот тут уже нашлось все необходимое, так что следующие четыре часа я провела созерцая и впитывая информацию, которая могла бы помочь в улучшении местной жизни. Мне, чистому гуманитарию, конечно, было сложно разобраться в технических деталях, предлагаемых инфобазой, но главное, что от меня требовалось — понять концепцию, а дальше уже можно будет делегировать ее исполнение живущим на нашей земле умельцам.

Прервавшись на еду и разговоры с домочадцами, затем я сказалась уставшей и вновь удалилась к себе, где продолжила изучение материалов. К утру в моей голове уже начала складываться примерная картина, и я смогла наконец-то позволить себе несколько часов сна.

К завтраку я спускалась невыспавшаяся, витающая в раздумьях и подсчетах.

Итак, местная земля могла предложить княжеству Ламбертов несколько основных источников для развития: скотоводство и последующее производство шерсти, солеварение, добыча каменного угля с перспективой постройки печей и выплавки чугуна и винокурни. Ну и торговля всем произведенным, конечно.

Чтобы начать любое из предприятий быстро, не тратя годы на подготовку, требовались средства. И вот тут я упиралась в проблему: как их раздобыть? Пользоваться традиционным способом местного обогащения — украсть скот у соседей, продать другим соседям — мне категорически не хотелось. Во-первых, много не наворуешь, во-вторых, соседи нападут в ответ, а разводить сейчас войну на пустом месте попросту нельзя, и, в третьих, воровство таки — грех, и брать его на душу я не собиралась. Защищать свое я была готова, но разжигать в людях ненависть почем зря… нет, увольте. Насмотрелась я уже на ту ненависть…

Торговать нам пока тоже было особо нечем, самим бы выжить. Разве что винокурни организовать, но тут мешало мое, скажем так, сдержанное отношение к крепкому алкоголю.

Единственное, что приходило в голову, это рыбный промысел. Из того, что поведали инфокристаллы, стало ясно, что при наличии судов можно ловить и продавать на континент треску и сельдь. Причем в случае с последней даже был шанс на какое-то время стать монополистами.

Именно в наших краях осенняя и зимняя сельдь, как раз нагулявшая за лето жир и шедшая косяками была особенно хороша, но до сих пор она считалась питанием лишь для бедняков из приморских краев. Они ели ее жареной, причем жарили со всеми потрохами и жабрами. Разумеется, таким блюдом — вонючим и горьким — мало кто готов был питаться на постоянной основе. Здесь еще не знали того способа засолки, который позволил бы превратить эту рыбу в прекрасную закуску, а главное — довозить ее до места назначения безо всяких потерь.

Сейчас самое время лова. Если отправить рыбу на продажу в южную часть Преттании, а также на континент, то можно очень хорошо на этом навариться всего за пару месяцев. Обычное судно способно было преодолеть расстояние в 300-400 морских миль по нынешним погодам примерно за две недели, так что все выглядело довольно привлекательно.

Но была в этом гениальном плане единственная проблема — княжество Ламбертов не имело выхода к морю.

Хотя… погодите-ка…

Я остановилась прямо на входе в зал, где уже собрались жаждущие завтрака домочадцы.

Точно, мне нужно поговорить с Мойной!

С этой мыслью я перешагнула порог. И тут же наткнулась на высокомерный взгляд Лидии, восседающей чуть ли не по центру большого стола, за которым трапезничало семейство Ламбертов.

С отъезда Эдмунда женщина не попадалась мне на глаза, видимо, предпочтя затаиться и выждать пару дней. Зато сейчас явилась во всей красе: черный корсет, алая юбка, расшитый платок на плечах. Роскошные кудри уложены в какую-то сложную прическу, глаза сверкают… Царица полей да и только. Я, по привычке одетая в серое скромное платьице, украшенное лишь серебряной брошью, с волосами, убранными в косу, конечно проигрывала столь яркой особе. Беда была в том, что я и вовсе не хотела ни во что играть.

Но… кажется, отказаться было нельзя. Игру мне навязывали явно и насильно. И хотела я того или нет, пришла пора решать, что же делать с бывшей любовницей моего мужа. Перед свадьбой она угрожала мне, всерьез или нет, не знаю, однако Лидия точно намерена была закрепиться в доме. Об этом кричал весь ее вид. И если я сейчас спущу все на тормозах (как, честно говоря, очень хотелось), потом день за днем буду расхлебывать последствия своего малодушия.