Юрий Винокуров – Повелитель дронов – 3 (страница 24)
Станислав смотрел на меня, как на сумасшедшего.
– Я что-то… не понимаю. Дроны? Какие дроны?
– А вот такие.
Я щёлкнул пальцами. Окна в кабинете распахнулись, и внутрь влетели несколько моих дронов. Они закружились в танце, перемещая предметы по комнате: вот один подхватил с полки тяжёлую книгу и аккуратно положил её на стол, вот другой переставил вазу с цветами, не пролив ни капли. Они совершали немыслимые виражи, мгновенно затормаживали в сантиметре от стены и снова срывались с места.
Башатовы смотрели на это представление с открытыми ртами.
– Это мои разработки, – пояснил я. – И, по-моему, никто больше в мире ещё до такого не дошёл и не додумался. Увы. Мне чуть-чуть не хватило времени, чтобы их завершить. Тогда мой род был бы жив.
Я видел, как в глазах Станислава промелькнуло сочувствие. Отлично. Легенда о гении-одиночке, который почти успел спасти свою семью, работала безупречно.
Я прекрасно понимал, что мог бы потребовать от него долю в бизнесе или огромную сумму прямо сейчас. Но меня интересовал не разовый куш. Меня интересовал масштаб. Я играл вдолгую. Лучше получать по одному рублю в день с сотен тысяч квартир, чем один раз сорвать джекпот и на этом закончить.
То, что я предложил сейчас, – лишь верхушка айсберга. Малая часть тех возможностей, которые я собирался внедрить в этот мир.
И Башатовы были идеальным партнёром для старта. Не самые мощные, не самые влиятельные, но достаточно честные. И, что самое главное, они не работали на Трофимова.
Моих сил хватит, чтобы их защитить. А их строительных мощностей – чтобы сделать меня очень небедным человеком и легально внедрить мои технологии в повседневную жизнь.
Когда все привыкнут к летающим курьерам и дронам-охранникам, никто уже не будет задаваться вопросом, откуда всё это взялось.
– Я согласен, – наконец произнёс Станислав, придя в себя. – Но… сейчас война. Все эти проекты – это будущее. А нам нужно выжить здесь и сейчас.
– Разумеется, – кивнул я. – Включите принтер.
Станислав удивлённо посмотрел на меня, потом на своего сына. Пётр пожал плечами и нажал кнопку на старом офисном комбайне в углу.
Принтер недовольно загудел и тут же начал выплёвывать листы. Один за другим. Договоры, приложения, юридические формулировки… Ольга на том конце сработала безупречно.
Я взял со стола ещё тёплую стопку бумаги и положил её перед Станиславом.
– Изучите. Если всё устраивает – подписываем прямо сейчас.
Он взял верхний лист. Заголовок гласил: «Договор о военно-техническом союзе между родом Башатовых и родом Бездушных».
В нём было всё. Я официально вступал в их войну, обязуясь предоставить военную и техническую поддержку. А взамен получал всё то, о чём говорил. И даже немного больше.
Станислав пробежал глазами по первым пунктам, потом поднял на меня взгляд, в котором читалось и удивление, и уважение.
Он не стал читать дальше.
Просто взял ручку и размашисто поставил свою подпись.
Бездушные уехали.
Станислав Башатов стоял посреди своего кабинета и смотрел им вслед. В руке он всё ещё сжимал подписанный договор – единственное материальное подтверждение того, что всё это не было сном или галлюцинацией, вызванной стрессом.
Их спасли. Его, его семью, остатки его гвардии. Спасли трое: парень, который ещё вчера был никем, и две его сестры. И армия… армия дронов. Странных, уродливых, собранных как будто из мусора, но смертоносных.
Он до сих пор не мог до конца осознать, что произошло. В голове – каша из обрывков фраз, странных технологий и абсолютной, всепоглощающей мощи, которую излучал этот новый Феликс Бездушный.
Большой оптимист – вот кем показался ему Феликс. Защита? Союз? Место в будущих проектах? Всё это звучало красиво. Но Станислав был материалистом до мозга костей. Он всю жизнь строил – дома, заводы, свою империю… И он знал: чтобы построить что-то стоящее, нужны ресурсы, время и сила.
А у Феликса, по сути, не было ничего, кроме горстки этих жужжащих железяк.
Десять… ну, может, двадцать дронов… Разве они изменят ход войны? Князь Трофимов – это не банда уличных отморозков. Это целая система, спрут, опутавший своими щупальцами всю губернию. У него сотни, если не тысячи бойцов. У него деньги, власть и связи на самом верху.
А что у Бездушного? Пара десятков дронов, которые, судя по его же словам, он собирал так долго, что не успел спасти собственный род. Где гарантия, что он сможет сделать новых? Что у него хватит на это ресурсов?
Скорее всего, как только о его технологиях станет известно по-настоящему, его просто сцапают. ИСБ, Тайная Канцелярия, да кто угодно. Посадят в самую глубокую темницу и заставят работать на Империю до конца его дней. Это в лучшем случае. А в худшем – просто прикончат, а технологии заберут.
Странная ситуация. Очень странная. Но выбирать не приходилось.
Станислав отбросил сомнения. Нужно было действовать. Он вызвал начальника своей гвардии.
– Нам нужны люди, – сказал он. – Немедленно. Обзвони всех, кто уволился за последние десять лет. Всех, кого мы сократили. Обещай им тройной оклад, лучшие условия, всё, что угодно. Нам нужно восстановить гарнизон. Хотя бы двести-триста человек.
Начальник службы безопасности молча кивнул и вышел.
К следующему вечеру он вернулся. Итог был удручающим. Из сотен бывших гвардейцев, которым они позвонили, согласились вернуться только двое – самых отчаявшихся, кому уже нечего было терять. Остальные вежливо, а порой и не очень, отказывались. Никто не хотел ввязываться в заведомо проигрышную войну против князя Трофимова.
Станислав устало опустился в кресло. Всё было бесполезно. Он снова один.
И в этот момент по всему имению завыла сирена. На территорию врывался враг.
Новое нападение началось без предупреждения. На этот раз Ерёмины не стали мелочиться. Десять тяжёлых бронетранспортёров, ощетинившихся стволами, и один танк – настоящий монстр, способный в одиночку снести всё имение.
Станислав бросился к телефону. Нужно было связаться с Бездушным, предупредить… Но связи не было. Глушили.
«А что бы он сделал?» – пронеслась в голове горькая мысль. – «Прислал бы своих десять дронов против танка? Смешно».
Нет. Это их бой. И, кажется, теперь он точно будет последним.
– Всем на позиции! – скомандовал он в рацию. – Не открывать огонь! Ждем!
Его люди уже выставили минные заграждения на подъездах к главному зданию. План был простым и отчаянным: пожертвовать одним из своих броневиков, чтобы выманить танк на минное поле.
Пётр, его старший сын, лично сел за руль. Броневик выскочил из-за угла дома, дал короткую очередь по танку и тут же скрылся. Танк, загудев двигателем, развернулся и пошёл в обход, прямиком на минное поле.
Грохот взрыва сотряс землю. Огненный шар взметнулся к небу. Башню танка оторвало и подбросило на несколько метров вверх.
– ЕСТЬ! – закричал кто-то в рацию.
Станислав почувствовал прилив надежды. Есть шанс!
Завязался ожесточённый бой. Они сражались, как тигры. Дар телекинеза творил чудеса: бронетранспортёры отталкивало в сторону, они натыкались на стену воздуха, как на стену, один даже удалось перевернуть. Его гвардейцы, укрываясь за стенами, поливали врага свинцом.
Четыре долгих, изнурительных часа… Четыре часа грохота, криков и запаха пороха.
И они победили. Последний БТР задымился и замер. Враг был уничтожен.
Станислав вышел во двор, тяжело опираясь на каменную балюстраду Вокруг – искорёженный металл, трупы и воронки от взрывов. Но они выстояли.
– Отец, посмотри, – подошёл к нему Алексей. – Это же… молодняк.
Станислав подошёл к одному из трупов. Молодой парень, лет восемнадцати. Неопытный, со страхом, застывшим в глазах. Он осмотрел остальных. Все как на подбор – юнцы. Плохо обученные, почти без дара. Пушечное мясо.
И тут один из дозорных закричал:
– Вторая волна! Едут!
На горизонте показались новые огни. Пятнадцать машин. На этот раз – без танков. Но двигались они слаженно.
Станислав всё понял. Первая волна была просто разведкой боем, проверкой их сил. А теперь шли настоящие профи.
Им конец. Они были вымотаны. Их дар почти иссяк. Боеприпасы на исходе.
Он посмотрел на своих людей. На усталые лица сыновей. Они были готовы умереть. Но он не был готов их потерять.
– Готовьтесь к последнему бою, – сухо произнёс он в рацию.
И в этот момент ему в наушник донёсся взволнованный голос начальника безопасности:
– Ваша светлость… происходит какая-то чертовщина! Наши магнитные мины… они движутся!