Юрий Винокуров – Кодекс Охотника #41 (страница 30)
В общем, эта тройка также ушла по своим делам, а у меня осталась пустая тарелка, спящий под ногами Поручик и куча разных мыслей в голове.
Паладины — это хорошо. Паладины — это здорово. Но что-то мне подсказывало, что для противостояния будущему трындецу, о котором всё время твердит моя интуиция, одних Паладинов будет недостаточно. А это значит, что мне нужны новые союзники. И, возможно, кое-кто ещё об этом не знает, но я постараюсь его уговорить. Ведь кто я, кроме всех своих плюсов? Правильно, мастер переговоров!
Август Соларис не знал, что именно он делает не так. Как бы он ни пытался вырваться из этого Запретного Мира, каждый раз ему не хватало совсем чуть-чуть. Да, он смог сделать невозможное: фактически подготовить будущее ядро Ордена — тысячу двести тридцать четыре человека. Уже не людей, а Паладинов — всё, что могла дать Ордену старушка-Земля. Именно столько людей в перспективе могли стать Паладинами.
Почему они не считались Паладинами сейчас? Ну, потому что, как минимум, у Ордена всё ещё не было Командора. Точнее, он был, но находился там, за пределами Запретного Мира, где-то в Многомерной Вселенной.
Величайшим своим успехом Август считал тот день, когда с помощью Света он смог поместить свою проекцию вовне и стать свидетелем ухода Неназываемого из этой Вселенной. Там же он встретил и молодого Командора, которого заверил в своей преданности и в готовности продолжать борьбу.
Ну, а теперь он ждал. Просто ждал, пока Командор явится за своим Орденом.
Август не до конца понимал, как всё это работает. Он никогда не был силён в логистике и в понимании законов Вселенной. Вся его жизнь была посвящена Свету, и, в свою очередь, Свет отдавал своему любимчику всю свою силу. Да, Август Соларис был сильнейшим Паладином, возможно, даже сильнее тех командоров, нескольких из которых он умудрился пережить. Но, как и было сказано, вся его сила шла от Света. Все его действия были направлены на выполнение воли Света. Да что тут говорить, вся его жизнь была посвящена Свету.
Но вот в данный момент Свет почему-то не торопился освобождать самого старого Капеллана и его новых братьев из запертой ловушки, в которую его, казалось, поместила сама судьба.
При том что Свет периодически одаривал Капеллана своими благами, тут и там открывая проходы в места, где молодые Паладины могли сражаться и набираться опыта. Насколько понимал Август, это были своего рода закрытые пространства, выдернутые, как правило, из мёртвых миров, где они в достатке находили противников разной степени сложности. Именно там молодёжь прошла своё боевое крещение.
По факту, сейчас у него действительно было ядро будущего Ордена, который прямо сейчас похож на двигатель, который работает вхолостую.
Да, убийство любой мёртвой твари было на благо Вселенной и удовлетворяло Свет. Вот только эти куски реальностей, которые подсовывались Капеллану и Паладинам неведомыми силами, вряд ли могли повлиять на равновесие во всей Вселенной. Чтобы свершать действительно великие дела, им нужно выйти наружу и вступить в бой на просторах Многомерной.
Но, как гласила старая поговорка, всё, что ни делается, всё к лучшему. За это время Август смог разобраться со своей новой силой — странной Скверной, которая не противостояла и не конфликтовала со Светом, а скорее наоборот, усиливала его и давала множество других возможностей. При этом, странное дело, но Свет никак не отвечал на молитвы Капеллана, который просил указать ему путь и объяснить природу неизвестного явления.
Как будто Свет хранил какую-то тайну, которую ещё рано раскрывать, но которая точно никак не повредит его любимому избраннику. Что ж, отсутствие ответа — это тоже ответ. Поэтому Август поступил, как всегда: он просто откинул лишние вопросы и размышления и углубился в постижение своих новых, неимоверных сил.
Как оказалось, Свет вперемешку со Скверной был страшным оружием, как для мертвецов, так и для живой плоти. Как правило, две силы-антагониста сильно воздействовали на своих врагов и мало трогали своих, так сказать, родных союзников. Имея же две силы вместе, Август по своему желанию смешивал их пропорции, в результате чего получалось убойное, никогда и никем невиданное оружие. Оружие, которое жаждало, так же, как и сам Капеллан, вырваться на волю, где оно смогло бы развернуться и творить добро… Ну, или то, что сам Капеллан посчитал бы добром.
Сейчас он занимался привычным делом: неторопливо водил точилом по лезвию меча, острота которого и так больше напоминала остроту бритвенного лезвия, нежели режущую кромку тяжёлого оружия.
Он только что отпустил очередной отряд Паладинов, которые под руководством одного из комтуров совершили рейд в «мёртвый карман» и, конечно же, вернулись чуть сильнее и с победой.
Август старался отбрасывать лишние мысли о том, сколько времени им придётся ещё просуществовать в таком режиме. Интуиция подсказывала, что как только всё изменится, действовать придётся быстро, и времени на размышление, а тем более на обучение, практически не останется. А что это значит? Это значит, что нужно использовать каждую секунду имеющегося времени на то, чтобы повысить шанс выживаемости его молодых братьев, за которых он сейчас отвечает головой.
Первым он услышал возмущение Силы и приподнял голову, в то время как руки продолжали свою привычную работу. А скоро он почувствовал присутствие чего-то большого, имевшего странную энергетическую ауру и несомненно мощного.
— Орден, к оружию! — тихо прошептал он, но техника крика доставила его послание в уши каждого Паладина в округе.
Звон оружия и доспехов говорил о том, что буквально через секунду Орден будет готов к бою. Само пространство загудело от множества заклинаний, когда тренированные Паладины привычно разворачивали щиты, а их ударные части начали заранее формировать смертоносные заклятья.
— Сохрани нас, Свет, — выдохнул Август, когда увидел, что из воздуха возникло огромное странное сооружение, больше напоминающее летающую крепость.
В голове у него быстро пронеслись мысли, оценки и предстоящие действия. В случае, если пришелец окажется агрессивным, бой будет чрезвычайно сложным, ведь внутри крепости чувствовалась невероятная сила, способная уничтожить не только Паладинов, но и всю планету.
Что ж, идти против более сильных (как они считали) врагов — привычная рутина любого Паладина, тем более боевого капеллана Ордена. Если пришельцы будут действовать агрессивно, они здесь и погибнут, как и множество других, недооценивших силу Ордена Света.
Вот только в следующий момент он почувствовал совсем другое: родную энергию Света, сконцентрированного в одном-единственном человеке, в Избраннике Света, молодом Командоре Ордена Паладинов.
— Отбой! — рявкнул он уже громче, не сдержав своих эмоций.
Тут же пространство вокруг него «расслабилось». Паладины, которые верили в своего командира как в самого Бога, чётко и быстро выполнили приказ. Тем не менее, не убирая оружие в ножны, они с любопытством смотрели на висящую сверху крепость. А затем от стен крепости отделилось шесть ярких белых точек, которые молнией направились к земле.
Времени оставалось совсем немного, поэтому…
— Стройся! — рявкнул Соларис, торопливо вскакивая на ноги и убирая меч в ножны, с тревогой наблюдая, успеют ли бойцы построиться к приходу их Командора.
Бойцы успели, а шесть точек мгновенно превратились в шесть фигур, которые плавно опустились на землю, окутанные белым светом: Командор, четыре мужчины и одна женщина.
От женщины веяло частичкой силы Командора, так что это была вряд ли его только боевая подруга.
Четвёрка мужчин заинтересовала Солариса чуть более. Одно дело — Командор, избранный Светом, другое дело — люди, которым пришлось становиться Паладинами без надсмотра того, кто чтил традиции и знал последовательность прокачки. Старый Капеллан слегка улыбнулся своим мыслям, когда понял, что оказался прав. Да, эти четверо были сильны, но было ощущение, что их взрастили, как атлетов на стероидах, или растения на мощных, но искусственных удобрениях. Там, где энергоканалы должны были расти и укрепляться постепенно в течение многолетних тренировок и контрольных битв, их как будто надули насосом, поспешно укрепив стены, чтобы они, не дай бог, не лопнули.
«Работа Охотника», — тут же узнал это Капеллан. Причём аура от них исходила однозначная: энергия Великого Охотника Сандра. Сильного, очень талантливого, но очень торопливого молодого человека, который, тем не менее, справился.
Паладины были готовы физически. Осталось им вбить в голову традиции Ордена, но этим уже займётся сам Август попозже. А сейчас он скомандовал:
— Орден, смирно!
А сам чётким шагом пошёл к молодому Командору, который сейчас, кажется, был растерян. Похоже, он собирался просто подойти и пожать ему руку, не осознавая торжественность момента и не понимая, что здесь происходит.
Что ж, Август поможет ему. Он подошёл почти вплотную и ударил по нагруднику, вложив туда силу Света, с помощью которой он мгновенно соединил как и сотни стоящих молодых Паладинов, так и всех прибывших, как и должно быть в Ордене Света.
И это достигло цели. Вся шестёрка прибывших, включая Командора, изумлённо начала озираться. Кое-кто даже касался тела руками, а кто-то тряс головой, не понимая, что с ними происходит. Единение Света. Откуда им такое знать? Даже если Свет дал это знание Командору, то вряд ли они могли самостоятельно его использовать. Для этого нужна очень долгая тренировка, которую нельзя ускорить «стероидами». И опять же, это должно быть благословение Света.