Юрий Винничук – Ключи Марии (страница 92)
Бисмарк машинально опустил руку со свечой ниже. Чтобы смотреть под ноги.
Лицо Олега оторвало от потолка пещеры мокрую, тяжелую паутину.
– Черт! – вырвалось у него.
Монах резко остановился. Поднес свечу к лицу Бисмарка.
– Дьявол всегда пытается нас остановить! – сказал он. – Чем мы ближе к истине, тем усерднее он старается.
Свободной рукой он снял с лица Олега тяжелые и липучие паутинные нити. Провел по лицу ладонью, словно полотенцем, мгновенно высушив щеки и лоб.
– Сколько еще? – думал Бисмарк, прислушиваясь к шагам спутников.
– Я никогда не спускался на нижний ярус, – неожиданно проговорил монах, словно подслушал мысль позади идущего. – Наверное, с двенадцатого века там никого не было! Ни татар, ни немцев, ни коммунистов! Старец Алипий говорил, что немцы в сорок втором два месяца тут бродили, изучали все, составляли планы. Добрались до нижнего третьего яруса, а два более глубоких не нашли! Они перепугались, когда два солдата в пещерах потерялись!
– И что, их не нашли? – поинтересовался Олег.
– Старец говорил, что не нашли. Пропали. Может, они как раз и провалились в нижний ярус, а выбраться не смогли!
Коридор вдруг превратился в очень узкую щель ниже человеческого роста. Монах остановился и обернулся, посмотрел на лица позади идущих.
– Тут могут пройти только не грешившие телом! – сказал он. – Дальше будет еще одно «сито», которое минуть смогут лишь не грешившие в помыслах.
По щели можно было пройти только боком. Монах в черном подряснике и черных ботинках на ногах двигался легко и плавно, даже не касаясь сузившихся неровных стен. Сам Олег кривил губы, слыша и ощущая, как спина куртки трется о камни. Рина за ним шла беззвучно. Коле проход боком давался с трудом. Он сопел от напряжения.
Щель опять перешла в коридор метров через двадцать, но этот коридор оказался уже и ниже. И воздух тут отличался влажной тяжестью. Каждый вдох походил на глоток.
– Теперь должно быть ответвление вправо и ступеньки! – предупредил монах.
И действительно, через несколько шагов они свернули направо и стали спускаться вниз. Более крутые, чем прежние ступеньки вызвали у Бисмарка неожиданный прилив страха. Ему подумалось, что такие ступеньки могут легко оборваться и тогда они все вместе упадут вниз, в черную, подземную бездну.
Наконец, под ногами снова появилась твердая горизонтальная поверхность.
– Теперь коридор должен уйти влево! – произнес монах.
И коридор послушно ушел влево.
– Тут так тихо! – за спиной Олега прозвучал изумленный, радостный голос Рины.
– Тут – настоящий мир и покой, под божьей защитой! – ответил на ее реплику монах. – Вы это чувствуете?
– Да, у меня такое ощущение, что я уже тут была! Когда-то очень давно! Когда меня еще не было!
Олег обернулся, лицо Рины светилось, глаза горели ожиданием исполнения мечты.
Они прошли через неожиданно открывшееся широкое и высокое пространство и остановились перед ровной частью черной каменной стены.
Монах, взяв горящую свечу в левую руку, правой начал ощупывать стену перед собой, водить по ней ладонью. На пол что-то медленно и вязко упало, словно занавеска. Это нечто словно постепенно отрывалось от удерживающих его сверху нитей и, наконец, оторвалось. Возможно, паутина, столетиями собиравшая пыль вместо мух. Возможно, кусок мха, превратившийся в накрывало стены. Олег опустил взгляд, но ничего конкретного под ногами рассмотреть не мог.
Монах замер, задержавши руку на стене на уровне груди. Вторую ладонь протянул Бисмарку и требовательно посмотрел ему в глаза.
Олег передал монаху ключ. Он провернулся в замке не сразу. Возникло ощущение, будто монах его «раскачивает». Широкое кованное кольцо-ухо ключа позволяло его держать двумя руками. Именно двумя руками пытался его провернуть монах. Пытался, но безуспешно. Было видно, что невидимый отсюда язык ключа упирается во что-то.
– Осторожно, он поломается! – заволновался Олег. – Давайте, я попробую!
Монах спокойно воспринял недоверие, выказанное в его адрес Бисмарком. Он остановился, опустил руки, оставив ключ в замке.
– Давайте вместе, – предложил он. – Вы будете толкать нижнюю часть кольца вправо, я – верхнюю влево.
За несколько минут дальнейших попыток провернуть ключ, его мощный «язык» наконец растолкал накопившийся в замке мусор давних времен.
Дверь отошла на пару сантиметров от стены. И замерла. Тут уже пришлось приложить усилия всем троим мужчинам. Да и то открывалась она очень тяжело. Каждое мизерное расширение отверствия требовало нового «тройного» рывка. Наконец, проем оказался достаточным, чтобы в него мог войти человек.
– Можно, я туда пройду? – подступилась к проему Рина.
– Нет, обождите! – остановил ее монах. – Пускай они сначала проверят келью! Нечисти здесь быть не может, но…
Олег зашел в проем первым, поднес свечку к внутренней стороне замка. Замок удивил Бисмарка своей «голостью» – никакой защитной коробки! Только железный механизм.
Монах тем временем осматривал тяжелые дверные петли. Он попросил Олега и Колю отойти, стал расшатывать дверь назад-вперед. Его сил явно не хватало. И тут ему на помощь пришла Рина. Они вдвоем взялись за липкий холодный край двери. За несколько минут дверь «ожила», стала меньше сопротивляться.
Монах приподнял подрясник и из кармана джинсов вытащил пластиковый тюбик с длинным носиком. Выдавил из него масло на все три дверные петли.
– Проверьте! – обернулся к Коле и Олегу.
– Что проверить? – не понял Коля.
– Я думал, вы знаете! – глаза монаха прищурились. Огонек от его свечи немного зловеще блеснул под зрачками.
– Я знаю! Пойдем! – скомандовал «брату» Коле Бисмарк. И вошел внутрь.
Они принялись медленно, опуская и поднимая горящие свечи, обходить подземное помещение, не совсем понимая его размер. Олег начал с правой стены. Он уже подумал было, что ничего тут особенного, кроме темноты и тишины, быть не может, когда вдруг в свете свечки на стене проявился женский лик. Лик так походил на Рину, именно на ту Рину, которую он увидел мельком, уже под землей, по дороге сюда, обернувшись. Его свеча, как и тогда, горела ниже лика и, как и тогда, освещала нижний овал лица, щеки, нос, и при этом, не добираясь своим слабым светом до глаз, как бы прятала их вглубь стены.
Свечка бросила пятнышко дрожащего света на нишу слева от лика, заставленную множеством не понятных, покрытых влажной пылью или мхом одинаковых предметов: то ли фигурок, то ли маленьких ваз.
Бисмарк наклонился к ним, попытался рассмотреть при более приближенном огне свечи. Захотелось достать мобильник и включить его фонарик. Тогда бы сразу все прояснилось!
Но вспомнилось предупреждение монаха перед тем, как они стали спускать вниз: «У нас тут только живой свет! Никаких фонариков!» Он сказал это, поджигая розданные им свечи.
Олег отставил мысль о мобильнике. Дотронулся пальцем до ближайшей фигурки, вспомнив, что слепые видят пальцами! Подушечка пальца утонула в чем-то липком и мягком. Утонула и сразу натолкнулась на твердь. Олег провел по предмету мизинцем. Почувствовал, как под силой пальца липкая грязь стала сдвигаться. Огонек осветил след от прикасания – желтый, матовый.
Он провел еще раз, расширил полоску и заметил, как очищенный кусочек неизвестной фигурки блеснул, пытаясь отразить огонек свечи.
– Что это? – неожиданно прошептал рядом Коля.
– Подержи поближе! – Бисмарк вручил ему свою свечу, пропустив вопрос мимо ушей.
Он взял фигурку уже двумя руками, осторожно поднял ее, и уже смелее принялся стирать с нее грязь. Под грязью заблестело золото.
Бисмарк наклонился. В свете двух свечей он рассматривал уже виденный им прежде предмет – золотую фляжечку с двумя видимыми рыцарями на одном коне и не видимой, спрятанной между ними, защищенной их щитами Марией. Олег теперь точно знал, что она там! Он словно слышал голос старика Польского о Марии, которую прячут от опасности двое рыцарей. Всегда двое!
– Сосуд? – прошептал Коля.
Олег кивнул.
В глухой тишине пещерной кельи неожиданно прозвучал странный, низкий, вибрирующий звук, похожий на доносящееся из-под земли пение мужского хора.
Коля вытащил мобильник. Из-за его экрана в келье сразу стало светлее.
– «Take it from the left corner! You are out of danger! You have 5 minutes before it’s gone!» (Достань это из левого угла! Ты вне опасности! Если за пять минут не достанешь, оно исчезнет!) – прочитал вслух айтишник.
Бисмарк тоже наклонился к смартфону. Над кнопках под надписью стояли те же слова: «Give up» и «Done».
– Проверь! – поторопил «брата» Колю Олег.
Коля нехотя полез рукой за ряды грязных фляжечек в левый угол ниши. Замер, словно у него на кончиках пальцев имелись глаза, которые сейчас привыкали к темноте.
– Ну что там? – в шепоте Бисмарка прозвучал нервный азарт.
Что-то звякнуло и Коля вздрогнул. Вытянул из ниши длинный темный предмет.
– А ну дай-ка! – Бисмарк, поставив освобожденную от многовековой налипи фляжечку на ее прежнее место, принялся очищать руками грязь с новой находки.
Находка заблестела золотом и белым матовым металлом. Это был кинжал. С такой же рукоятью, что и на кинжале, которым был убит Адик, только с родным булатным лезвием.
А рука Коли опять ушла в левый угол ниши за фигурки.
– Там еще что-то есть, – прошептал он в ответ на вопросительный взгляд Олега.