Юрий Верхолин – Пробужденная (страница 3)

— Сколько? — спросила она.

Муж назвал сумму. Анжела кивнула. Они ещё несколько минут сидели друг напротив друга. Не ссорились, не обвиняли друг друга. Именно это и было хуже всего. Их брак умирал не от удара, а от удушья: понемногу, каждым новым счётом, недосыпом, ростом цен, каждой дешёвой вещью для сына, выбранной вместо той, что ему понравилась. Развод тоже оказался тихим. Бумаги подписывали на той же кухне, пока сын спал в комнате. Муж положил перед Анжелой листы и ручку.

— Тут подпись.

Она подписала.

— И здесь.

Подписала ещё раз. Он некоторое время смотрел на бумаги, потом спросил:

— Всё?

— Наверное.

Никто не произнёс фразы о разбитой жизни. Никто не хлопнул дверью. Муж собрал вещи без скандала. Сына продолжал навещать. Анжела не препятствовала. Они оба понимали неприятную, почти постыдную вещь: вдвоём они уже не справлялись, а поодиночке хотя бы появлялась иллюзия, что можно немного свободнее дышать. К настоящему времени Анжела работала в закусочной при АЗС. Место было не хуже десятков других придорожных заведений: несколько пластиковых столов, витрина с разогреваемой едой, касса, кофейный автомат и служебная дверь, за которой начинались кухня, мойка и маленькая подсобка. Утром пахло дешёвым кофе и вчерашним маслом. К середине дня масло снова нагревалось, запах въедался в одежду и волосы. Холодильники гудели почти непрерывно, касса пищала, мелочь звенела в лотке. После смены Анжела иногда замечала запах жарки уже дома, когда снимала форму.

Начальницу звали Белла. Она редко повышала голос. Ей это было не нужно. Белла умела делать неприятные вещи с улыбкой и объяснять работнику, что причинённая ему несправедливость на самом деле возникла из-за его собственной невнимательности. Табель она вела сама, часы корректировала сама, удержания тоже объясняла сама. Всё звучало так буднично и уверенно, что спорить становилось неловко. Однажды Белла подозвала Анжелу к маленькому столику возле подсобки и положила перед собой табель.

— Анжела, милая, ты вчера на 15 минут позже пришла, я убрала из табеля. И за разбитую чашку я тоже удержу, у нас в договоре прописано.

Анжела сначала решила, что Белла перепутала день.

— Я вчера не опаздывала.

— Опаздывала.

— Я без десяти уже переоделась.

Белла улыбнулась ещё мягче.

— Тебе так кажется. Я же время записываю.

Анжела помнила вчерашнее утро. Автобус пришёл раньше обычного. Она даже успела купить возле остановки воду. В закусочную вошла до начала смены и несколько минут помогала убрать коробки из прохода.

— Я точно была вовремя.

Белла вздохнула с терпением человека, вынужденного объяснять очевидное.

— Хорошо, Анжела. Я не буду с тобой спорить из-за пятнадцати минут. Просто в следующий раз внимательнее следи за временем.

Получалось, что спорила именно Анжела. Она почувствовала знакомую тяжесть. Не злость — до злости чувство не успело дорасти.

— А чашка?

— Что чашка?

— Я её не разбивала.

Белла провела пальцем по табелю.

— На твоей смене разбилась.

— Но я не разбивала.

— Анжела, у нас материальная ответственность. Я не могу каждый раз расследование проводить из-за чашки. Тем более сумма небольшая.

Сумма действительно была небольшой. В этом и заключалась ловушка. Пятнадцать минут — немного. Чашка — немного. Задержаться после смены на двадцать минут — немного. Один раз не внести часть времени в табель — немного. Каждая отдельная потеря выглядела слишком мелкой для конфликта. Вместе они становились часами работы и деньгами, которых Анжеле постоянно не хватало. Она посмотрела на табель. Можно было потребовать показать записи. Можно было напомнить, кто действительно разбил чашку. Анжела даже помнила: один из посетителей задел её локтем, чашка упала со стойки, а она потом сама собрала осколки. Мысль о споре существовала несколько секунд. Потом химическая тишина поглотила её. Не спорь. Тебе нужны деньги. Ты слабая. Анжела кивнула.

— Хорошо.

— Вот и отлично, — сразу подобрела Белла. — Я знала, что мы друг друга поймём.

Анжела вернулась к работе. Она вытирала столы, меняла пакеты в мусорных корзинах, принимала заказы, слышала звон монет и равномерное гудение холодильников. Несколько раз вспоминала про пятнадцать минут, затем мысль отступила. К концу смены осталось только обычное ощущение усталости. Так было проще. Дома её ждал сын, продукты, стирка и утро следующего дня.

Утро началось со второго носка.

— Мам, его нет!

Анжела стояла у кухонного стола и пыталась открыть банковское приложение.

— Где нет?

— Носка!

— Посмотри под кроватью.

— Я смотрел.

— Тогда возле батареи.

Слово «батарея» давно уже ничего в ней не задевало. Сын прошёл по коридору в одном носке и вернулся через несколько секунд.

— Там тоже нет.

Чайник на плите начал тихо посвистывать. Анжела наконец вошла в приложение. На карте было четыреста рублей. Она некоторое время смотрела на цифру, хотя та от этого не менялась. Завтра надо было платить за кружок сына. Деньги ожидались позже. До работы нужно было доехать. На обратную дорогу тоже оставить.

— Мам!

— Сейчас.

— Я опоздаю.

Анжела закрыла приложение и открыла холодильник. Внутри стояла кастрюля, пакет молока, несколько яиц, масло и контейнер с приготовленной вчера едой. Она быстро посчитала расходы. Сегодня можно не обедать на работе. Кофе там всё равно был. Если не покупать еду, часть денег сохранится. Голод к вечеру обычно становился неприятным, но терпимым. Анжела вообще умела терпеть.

— Нашёл! — крикнул сын из комнаты.

— Где был?

— В штанине.

— Как он туда попал? — спросила Анжела и невольно улыбнулась.

— Не знаю.

Чайник засвистел громче. Она выключила плиту и налила воду в кружку. На столе рядом с сахарницей лежал блистер с синими таблетками. Привычный предмет. Настолько привычный, что Анжела обычно не смотрела на него. Нажать пальцем. Выдавить таблетку. Положить на язык. Запить. Сегодня она вдруг заметила, что в блистере осталась одна. Анжела взяла упаковку. Перевернула. Проверила ещё раз, хотя ошибиться было невозможно. Одна таблетка. Она вспомнила, что надо было заранее записаться за новым рецептом, но последние дни всё откладывала. Смена, сын, коммунальные платежи, магазин. Теперь придётся заниматься этим после работы или завтра. Анжела нажала на прозрачный пузырёк. Фольга лопнула, таблетка выпала ей на ладонь. Маленькая. Синяя. Такая же, как сотни и тысячи таблеток до неё. Она почему-то не отправила её сразу в рот.

Сын возился в комнате, собирая рюкзак. За окном проехала машина. В соседней квартире хлопнула дверь. Утро шло своим обычным порядком, но Анжела продолжала смотреть на таблетку. Вчера Белла снова вычла деньги. До этого были часы. Ещё раньше — какая-то недостача. Анжела не могла вспомнить, когда в последний раз по-настоящему потребовала от другого человека прекратить то, что ей не нравится. Не попросила. Не объяснила. Не уступила в итоге. А именно потребовала. Мысль была странной и неприятной. Откуда она вообще взялась? Анжела подвинула кружку ближе, но руку с таблеткой не подняла. Когда-то врач сказал матери, что она тревожная. Слишком напряжённая. Были даже какие-то приступы агрессии, хотя Анжела за всю жизнь едва ли могла вспомнить хотя бы один настоящий приступ. Она нахмурилась. В памяти неожиданно появился старый кабинет. Запах спирта. Деревянный шкаф. Динамометр.

Стрелка, ушедшая вправо. И врач, который очень быстро спрятал прибор в ящик. Анжела давно не вспоминала об этом так ясно. Потом возникла кухня детства. Радиатор. Её поднятые руки. Чугунная секция, отброшенная в сторону. Она машинально сжала пальцы, и таблетка оказалась зажата в кулаке. Что, если всё было не так, как ей объясняли? Нет. Глупость. Прошло столько лет. Она взрослый человек. Мать. Разведённая женщина с четырьмя сотнями рублей на карте, дешёвой работой и ребёнком, который умудряется хранить носки в штанинах. Какие ещё радиаторы? Анжела разжала ладонь. Синяя таблетка лежала посередине. И всё же впервые за много лет мысль не исчезла сразу. Она удержалась в голове, не растворилась в привычном «неважно», не уступила место списку дел.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.