Юрий Валин – В долине всё спокойно (страница 31)

— Мам, я чего-то… Наверное, машинально за ними свернул.

Братья-«медики» ничего друг другу не сказали, просто Таки забрал вожжи у растерянного Васьки.

— Разворачиваемся!

Гр особо возиться с разворотом не пришлось — опытнейшая Белесая сама остановилась на повороте. Как говорит мама, «Ветеран фигню не слепит, у него отработанный инстинкт».

— Рык у тебя, Гр, истинный громыхан, — отметила верховая Ханти, огибая оказавшиеся теперь головными сани. — А мы решили дома не отсиживаться. Курей покормили — и нагонять!

— Вот это верно, — согласился Гр, даже в весьма нервном настроении не смогший не отметить, как отлично смотрится лиска в седле.

Двинулись. Клуракан помалкивал, лишь тер рукавицей нос. Миновали первый дом: снег истоптан, над трубой легкий дымок, тишина. Спят? Из живого пока — бегущие навстречу собаки. Возглавляет, естественно, Цуцик — морда озабоченная, это сразу видно. Вежливо дернул ухом в сторону Белесой — поздоровался, но весь на взводе, смотрит встревоженно. Слышать мысли животных Гр, естественно, не умел, но пса знал с первого дня жизни — имелось взаимопонимание.

— Прямиком к постоялому двору? — уточнила Ханти с высоты седла.

— Ну, оттуда начнем, — Гр почувствовал тычок острого даже в шубе дарковского локтя — клуракан пихнул еще разок, а сам смотрел назад…

Остальные сани преспокойно двигались вдоль околицы. Выходит: развернулись, пересекли главную дорогу и вновь бодро катят вдоль ограды бодро, только теперь в другую сторону. Да что такое⁈

— Стой! — скомандовал Гр одновременно и Белесой, и Вспыхе, и себе самому. — Здесь постойте, Цуцик прикроет. Ханти, они опять не туда двинули!

Девчонка выругалась.

— Не матюгайся, — сказал клуракан. — Это же явно магия, ее сквернословством не сдвинешь.

— Похоже на то, — согласился Гр и бегом двинул назад. Ханти послала коня следом и вечно отодвинутой жерди, обозначавшей границу деревни, достигли одновременно.

— Придержи Вспыху, — попросил Гр и во всю глотку рявкнул: — Стоять! Куда вы опять, чтоб вам…

Взвыли собаки, а кони от резкого гарканья вздрогнули и сами остановились.

— Говорят, командор Найти умел так орать, — сделала комплемент Ханти, а ее Вспыха испуганно косилась на крикуна.

— Командор, да… что-то наш Флот сегодня вовсе неуправляемый, — пробормотал Гр и сделал знак очнувшимся возницам: — Возвращайтесь, еще разок напрягитесь.

Упряжки собрались на дороге:

— Это как понимать⁈ — спросила совсем уж белая-меловая лицом Даша-Аша. — Почему вы там, а мы здесь?

— Основная версия — магия, — сказал Гр.

— Она самая, — подтвердил подошедший в сопровождении собак клуракан. — Заклятье на околицу наложено, да видать, и на всю деревню. Отводит людей, вполне известное колдовство. Я что-то этакое чую, но я же по спиртному природный чуть-колдун, в иной магии вообще ничего не понимаю.

Все посмотрели на Дашу-Ашу.

— А я что? — пролепетала свиноводка, но тут же взяла себя в руки. — Я не природная магичка, у меня узкие способности, причем не врожденные. Я вот с ними могу говорить и всё! — она указала рукой на Цуцика.

Пес мотнул головой, подтверждая, что возможности Даши весьма ограниченны.

Видимо, одинаковые мысли одновременно проскочили у клуракана, Гр и Ханти, поскольку свиноводка глянула на них с обидой:

— Я же не нарочно! Не нужны мне ваши мысли. И вообще я никогда этой возможностью не пользовалась. И когда меня даром облагодетельствовали, моим мнением никто не интересовался! Всучили и всё.

— Мы без упреков. Просто подумалось и всё тут, — заверил воспитанный клуракан. — Сама знаешь как это бывает.

— Ладно, это я от нервов, — призналась Даша-Аша. — Делать-то что? Понятно, вы в деревню проходите, поскольку достаточно нечеловечны в хорошем смысле этого слова. А нас «отводит». Есть какая-то возможность эту гадость преодолеть? У меня же там муж, названная мама, и вообще…

— Не будем время терять, — сказал Гр. — Вы тут пробуйте как-то проход нащупать, только осторожно. Клуракан останется для контроля, вдруг кого из вас изнутри скрутит, или тошнота навалится. Ты ведь точно сможешь оттащить человека из этого… периметра? А мы с Ханти на разведку. Надо побыстрее оценить масштаб бедствия. Цуцик с нами для связи, Белесая — главная по транспорту.

Вспыху оставили, двинулись на одних санях. Цуцик шел головным дозором — вел уверенно, обстановку уже знал. Остальные псы прикрывали фланги и тыл — мера предосторожности, скорее всего, избыточная, но успокаивающая.

Улица была тиха и пустынна. На ветерке чуть покачивались стеклянные шары с погасшими свечами. Перекинутая через улицу гирлянда из елочных лап, казалось, готова рухнуть.

— Спасибо, что взял. Девчонкам часто не доверяют, — сказала Ханти, дабы разорвать гнетущую тишину. Несмотря на присутствие собак и непоколебимую Белесую, было жутковато.

— Ерунда. Ты надежная и у тебя отличный охотничий опыт, — пробормотал Гр. — Наш клуракан тоже надежнейший дарк, но уже не молод, и больше привычен к своему подвалу и замку. И хоть как-то знаком с подобной магией. Он ведь с Фир Болгом дружит.

— Вот кого нам не хватает… — девчонка замерла. — Слышал?

— Ну. Хлев, коровы. Не доены.

— Что-то мне все жутче и жутче, — Хелси машинально потрогала лук за спиной.

— Не стесняйся, приготовь. Нам всем спокойней будет.

Цуцик оглянулся.

— Не подстрелю, — заверила Ханти. — Нет у меня такой скверной привычки.

Пес шевельнул хвостом в смысле «верим лисам, но лучше напомнить. Обстановка-то кусачая».

Это было верно.

Вот он — постоялый двор. У коновязи стояло двое саней. Лошади укрыты попонами, но замерзли и смотрят с негодованием. В остальном тишина. Цуцик и его четвероногий отряд в россыпном строю подбежал к крыльцу.

— Костей изрядно, тут тоже хорошо праздновали, — отметила зоркая и нюхливая Ханти.

Цуцик изобразил «так Новый год был для всех, что ж костям, пропадать, что ли?» и ткнулся лбом в дверь.

— Отперто, — прошептал Гр.

Разведчики переглянулись: хороший знак — отпертая дверь или наоборот –было пока категорически непонятно.

— Вы, миледи, здесь пока осмотритесь, — обратился к лошади Гр, и оставил вожжи на санях, Белесая уж точно баловать не станет.

Вообще, улица перед новым большим строением, имеющая тысячи следов присутствия людей, но сейчас совершенно безжизненная, производила угрюмое впечатление.

— Я первый, ты прикрываешь, — сказал Гр, извлекая топор из-за ремня.

— Наработано, — заверила Ханти, уже держащая наготове лук с наложенной на тетиву стрелой.

Верно, на занятиях по тактике уделялось немало внимания зачистке строений и подобным штурмовым действиям.

Приступить к штурму не успели.

Цуцик предупреждающе отскочил от дверей, псовая команда рассыпалась и спряталась. Распахнулась дверь, на пороге стоял всклокоченный мужчина.

Дальнейшее ввергло Гр в некоторый шок. Нет, человека он знал, готов был ко многому, но не вот к этому…

Фух-Дрын — умелый лесоруб и тесальщик, человек работящий, но не особо тяготеющий к учебе и грамоте, обвел сонным невидящим взглядом улицу, шагнул к краю крыльца и развязал штаны. Он мочился, разведчики слушали журчание и чувствовали себя довольно странно. Они были в десяти шагах от околдованного умника, но он их явно не видел. Похоже, он никого не видел. Неспешно закончил, завязался, пошатнулся, потянул дверь, зашел и скрылся.

— Отличный мочевой пузырь, емкий, — констатировала слегка опомнившаяся Ханти. — Но какова наглость⁈ Я понимаю, что он нас не видит. Но кто ж с нового крыльца ссыт⁈ Резьба вон какая изящная, доски новые, красивое и приличное заведение. Кто так делает⁈

— Ну, Фух-Дрын точно так делает. Потом его манерами займемся. Пошли.

Цуцик, с осуждением поглядывающий на свежую желтую лужу, был уже вновь на ступенях. Разведчики поднялись на крыльцо и прислушались.

— Дышат! — прошептала Ханти.

Да, чувствовалось, что внутри полно людей: даже сквозь добротную дверь доносилось похрапывание и посапывание. Гр осторожно заглянул, Цуцик тут же бесстрашно протиснулся между ног разведчиков.

Внутри спали. Довольно плотно расположились, практически весь зал занят: тюфяки на полу, тела на лавках, даже на очищенных от посуды и застланных столах. Вполне прилично, дух, конечно, тяжеловатый, но тоже не убийственный. Возможно, это оттого, что повыхолодило помещение, огонь в двух огромных каминах практически угас. Знакомые лица, селяне и селянки, но не только — вон Ингерн в окружении таких же симпатичных, но уже не юных деревенских подруг, явно что-то поучительное вещала, да так ее и сморило — щекой на пышное плечо подружки привалилась, лицо довольное, вообще не пьяное. Да они тут все не особо пьяные, по большей части на столах стоят уже сладости и чай, кое-где красуются и кувшины со стаканами, так праздник же. Цуцик, легко перепрыгивая через ноги и сапоги, проверил Ингерн, помотал хвостом и замер. С лавки поднялся могучий скотник Выруб, уверенно перешагивая через соседей, дошел до стола, взял чайник, нацедил в кружку. Нацедилось всего на пару пальцев, но Выруб не обратил внимания, выпил, причмокнул, явно переоценивая емкость употребленной влаги, и направился на свое место. Во время всех этих сложных манипуляций он минимум трижды смотрел на разведчиков, но явно зрил «сквозь».

Гр встретился взглядом с Цуциком, оба печально кивнули друг другу.

— У Выруба сушняк, — прошептала Ханти. — Нужно ему воды налить, а то еще помрет.