Юрий Угольников – Динозавры против млекопитающих. История соперничества, которая не закончилась до сих пор (страница 11)

по крайней мере, в этом подозреваются суминии ( Suminia getmanovi), хотя их зубы и заставляют несколько усомниться в такой

специализации. При этом первые позвоночные-планеры, о которых я

говорил выше, появились все-таки не среди синапсид: видимо, наши

предки были для этого слишком массивны.

С процветанием синапсид в перми все понятно, но и в начале

мезозоя – «эры динозавров», когда никаких динозавров на самом деле

еще не было, предки млекопитающих не бедствуют. Да и в конце

триаса, когда уже появляются первые динозавры, хотя разнообразие

наших ископаемых родичей – тероморфов неуклонно сокращается, среди них встречаются настоящие гиганты. Тогда топтал землю

дицинодонт Lisowicia bojani, размером это существо было примерно с

крупного африканского слона, а то и больше.

По контрасту первые динозавры были существами совсем

небольшими, конечно, намного крупнее первых млекопитающих, но

вовсе не походили на тех «крупнокалиберных монстров», какими их, как правило, представляют. Если бы вы, прогуливаясь по триасовому

лесу, случайно встретили, например, какого-нибудь ставрикозавра

( Staurikosaurus pricei), то это ему пришлось бы улепетывать от вас в

панике, а не наоборот. Знаменитые динозавры целофизисы

( Coelophysis, типовой вид – Coelurus bauri) также едва ли были

тяжелее 30 килограммов. Первые миллионы лет своего существования

будущие хозяева мира были не только невелики, но и сравнительно

немногочисленны. Лишь после массового триасового вымирания

динозавры стали интенсивно расти качественно и количественно: тогда возникают все новые и новые и все более и более крупные виды.

Если говорить о численности, то уже древнейшие млекопитающие

не бедствовали. Они были крошками, но крошками с большими

возможностями – класс существ повышенной компактности они

закрепили за собой. Разнообразие млекопитающих в первой половине

юрского периода, то есть вскоре после их появления как таковых, нарастало лавинообразно. Наиболее успешные амниоты поделили

между собой мир так: млекопитающие – малыши, динозавры

(архозавры) – гиганты. Остальные наземные позвоночные оказались в

большинстве своем вытеснены на обочину эволюции или заняли

среды, которые по каким-то причинам ни первым млекопитающим, ни

динозаврам не были доступны.

Существовали, разумеется, и динозавры небольшого размера, а

детеныши их рождались вообще исключительно миниатюрными, но в

целом наши предки и динозавры придерживались четкого разделения

обязанностей. Именно в малых размерах млекопитающие пребывали

большую часть своей эволюционной истории: только в меловом

периоде они в лице (морде) репеномама гигантского ( Repenomamus giganticus) и винтаны ( Vintana sertichi) дорастут до «колоссов»

приблизительно с барсука. Почти так же огромны будут и

дидельфодоны ( Didelphodon vorax) – еще одни меловые рекордсмены.

Абсолютный же мезозойский рекорд, возможно, принадлежит

коликодону ( Kollikodon ritchiei), который теоретически мог достигать в

длину метра[19]. Не рискну утверждать, что перечислил всех

крупномеров, но это в данном случае не принципиально, их мало, и

крупномерами их можно назвать только с оглядкой на других

мезозойских сторонников молочного питания.

Лишь в последние приблизительно 65 миллионов лет в кайнозое

среди млекопитающих стали появляться действительно огромные

существа, чей вес исчисляется в центнерах и тоннах – животные, не

уступающие пермским прапращурам и триасовым родичам пращуров.

Но это произошло уже после вымирания нептичьих динозавров.

Превращению наших предков в лилипутов мезозоя предшествовала

длительная эволюция. Не отличались миниатюрностью ни в

большинстве своем хищники-горгонопсы: длина крупнейших

горгонопсов (впрочем, именно горгонопсы были тупиковой ветвью

эволюции) – иностранцевий ( Inostrancevia alexandri) составляла более

трех метров, ни уже упомянутые выше дейноцефалы, да и в кругу

дицинодонтов лисовиция была хотя и непревзойденным великаном, но

не единственным. Среди предков и родичей предков млекопитающих

преобладали персонажи масштабные, значительные, размером

превосходившие потомков в сотни, а то и тысячи раз. В интернете

можно найти множество карикатур, на которых тираннозавр

переживает из-за того, что динозавры превратились в куриц. Какой-нибудь ранне- или среднепермский тероморф – «пеликозавр», повстречай он своего юрского потомка, был бы поражен не меньше, чем тираннозавр, встретивший курицу. Более того, он имел бы для

недоумения больше поводов – в отличие от диногиганта он

действительно был предком этих крошек. Итак, перед нами несколько