Юрий Цой – Артефактор из Миссури (страница 32)
— Хи-хи! Ты серьезно? — Саманта округлила глаза и испуганно поежилась. — А это не больно?
— Совсем не больно. И я пошутил! Это шаманские штучки, от которых ты останешься молодой и красивой даже если тебе стукнет пятьдесят лет! Хочешь быть вечно молодой⁈
— Хочу… А ты?
— А я?.. — Я потер рукой со шприцем затылок, — А я себе уже сделал! Надо же было мне потренироваться. Давай, ложись прямо и расслабься…
В общем, все прошло замечательно. Золотого раствора хватило на обе печати, и после активации — все заработало как надо. К моему огромному сожалению я не смогу поделиться с вами дальнейшими событиями, но поверьте мне! Это было — волшебно!
Когда наполненный «счастьем» как воздушный шарик оплачивал за проживание в номере, оказалось что мы провели в постели трое суток. Тяжелые шторы на окнах почти не пропускали дневной свет, поэтому мы потерялись во времени дорвавшись друг до друга и лишь потребность восполнить «топливо» в желудках заставляло нас отвлекаться от «дела» на принесенный в номер обед.
— Куда поедем? — Саманта примостила свою попку, которую за прошедшие дни я изучил до последнего миллиметра, на переднее сиденье и не избалованная поездками в авто с предвкушением стала разглядывать салон.
— У нас же медовый месяц? Вот и поедем туда, где этого меда видимо-не видимо. А еще теплое море и горячее солнце. Едем во Флориду! А то я на этом Севере так продрог, что до сих пор иногда мерзну, — улыбнулся и не удержавшись припал к улыбке моей «золотой рыбки» горячим поцелуем, который чуть не привел к мысли вернуться на пару часов обратно в гостиницу.
— Ох, Мэт… — Выдохнула Саманта, когда я нехотя отпустил воспарившую в небеса девушку. — Кажется я опять хочу…
— Это — хорошо! Моя рыбка! Я тоже хочу тебя! Облизать и съесть! Ха-ха-ха!
Мы вырулили на улицу и сориентировавшись по солнцу направились в сторону южного выезда из города. Одним махом проскочили неширокий штат Тенесси, лишь однажды остановившись перекусить и встали на ночлег на краю небольшого городка где-то по середине Алабамы. Поднял на руки мою сраженную сном жену, наверстывавшую недостаток сна за время первой «брачной ночи», растянувшейся на несколько дней и понес в блок с номером семь, на которые была разбита «П» образная одноэтажная застройка для дальнобойщиков и дорожных путешественников.
— А?.. — Милая открыла глазки, когда я укладывал ее на двухспальную кровать и прикрыв ладошкой ротик сладко зевнула. — Мы уже приехали?
— Приехали, приехали… Пойдешь в душ или будешь так спать? Давай я тебя хотя-бы раздену.
Раздевание неожиданно, хе-хе, перетекло в очень и очень тесные объятия, после которых все же пришлось посетить душ, а так как моя принцесса все же немного выспалась и «удачно» взбодрилась после совместной помывки в тесном душе, то мы пошли ужинать. Набив животы, завалились в кроватку и тесно переплетясь в одно целое уснули, чувствуя каждой клеточкой тела излучаемую каждым выдохом и стуком сердца обоюдную любовь.
Флорида встретила нас высокими пальмами и многочисленными озерами, речками, канавами полными воды, где бегали, летали, прыгали и плавали многочисленные обитатели этого рая для земноводных. Пара кайманов не на шутку напугали Саманту. Когда она неосторожно любовалась белыми цаплями на берегу симпатичного озера и почти собралась окунуться в манящую на жаре воду.
— А-а-а! — Моя испуганная женушка, сверкая белыми коленками взлетела по прибрежному склону, и я вынужден был подхватить ее на руки, серьезно опасаясь, что обезумевшее создание унесется непонятно куда и придется ее потом искать.
— Там! Там…
— Морское чудовище? — Я посмотрел на любопытных рыбоядных рептилий и перевел взгляд на зеленые глазки, к которым начали возвращаться признаки разумности.
— Да!
— Ты такая сладкая, «рыбка»… Чмок. Что я бы тоже на тебя набросился, если бы питался так как они.
— Но я же не знала, что они питаются рыбой! А еще у них такие зубы! М-м… Хватит меня целовать! А то я за себя не ручаюсь.
— Я сам за себя не ручаюсь!
Пришлось немного задержаться в этом прекрасном месте, совершив самый красивый ритуал, который явно пошел на пользу местной фауне, дав наглядный пример как нужно размножаться в естественной среде.
Вскоре мы пробились через череду болот и выехали на побережье Мексиканского залива, где и остановились в первом приличном городке. Сарасота утопала в зелени и была красива также как моя милая, которая цвела и пахла подобно самой красивой орхидеи, купаясь в своей и моей любви и казалось излучала свет привлекая этим внимание местных пейзан.
— Вы молодожены? — Сразу определила девушка на ресепшене, когда мы появились перед ней. Саманта щеголяла цветами заменившие белую шляпку с широкими полями, а мечтательные зеленые глаза вполне могли заменить лужайку.
— А как вы догадались⁈ — Воскликнул я, смущая довольно юное создание.
Девушка прыснула, зарозовела щечками и завистливо выдала, что это видно любому за целую милю.
— Мэ-эт… — Мы расположились в номере на втором этаже с огромным открытым балконом, увитым цветущей зеленью, и отправились на уютный почти безлюдный пляжик вкусить кусочек райской жизни. Первым делом искупались в почти спокойном море и легли на расстеленные полотенца, а Саманта пристроила свою головку на мой живот, щекоча кожу мокрыми прядями.
— А на что мы будем жить? — Оказалось, что в этой красивой головке завелись кое какие мысли практического плана, и я понял, что любовная лихорадка дорвавшейся до «сладкого» девушки пошла на убыль и теперь для нее наступила пора вить семейное гнездо. — Куда ты ездил в последний раз?
— Наконец то! — Я извернулся и поцеловал открывшееся розовое ушко.
— Ай!
— А я уже думал, что тебя кроме секса ничего не интересует!
— Ну, Мэт… Не будь букой! Где мы поселимся? Будем работать? А то я, кроме как стучать на пишущей машинке, ничего делать не умею!
— Ничего! Стирать, чистить картошку и доить коз ты сможешь. Дело не хитрое!
— А… а… Мы будем жить на ферме? — немного потерялась в мыслях моя милая, изображая лицом мыслительный процесс.
— Нет! Ты будешь жить во дворце, есть из серебра, а я только и буду делать, что носить тебя на руках и любить под каждым кустом.
— Опять шутишь… Хотя звучит заманчиво… Мне кажется вон те кустики вполне симпатичные!
— Ах ты, моя озабоченная! Малыш! У нас есть в номере великолепная кровать! А насчет милого семейного домика не беспокойся. Я все это тебе обеспечу! Клянусь!
Через три дня наполненных негой и любовью, мы перенесли наши подзагорелые тела дальше по побережью. Погуляли несколько дней в Майями, пройдясь по его бесчисленным ресторанам и дансингам вдоволь вкусив атмосферу молодежного отдыха. Потом перебрались в Вест-Палм-Бич, затем насладились великолепным пляжем в Дейтона Бич и закончили свадебное путешествие в маленьком домике под Джексонвиллом, спрятавшимся в густой зелени на берегу моря вдалеке от всех остальных застроек. В нем мы прожили почти неделю, наслаждаясь полным уединением и друг другом. И когда пришло понимание, что нужно возвращаться в мир, то пришлось преодолеть внутреннее сопротивление, чтобы покинуть это уютное гнездышко любви. У моей милой было точно такое же мнение и поэтому мы дали себе возможность остаться еще на два дня, но потом все-же выехали в сторону родного штата, полные положительными впечатлениями от своего медового месяца.
Глава 19
— Что думаешь делать дальше, Мэт? — Мы с отцом сидели у реки и в кои-то веки общались на серьезные темы. Вчера мы приехали в городок, и я оставил женушку дома делиться с родными впечатлениями о своем путешествии. — Я тут прикупил соседнюю ферму по случаю. Джон пока не женился… Можете жить там.
— Думаешь из меня выйдет фермер?
— Э-хе-хе… Конечно — не выйдет. Но и в городе тебе вроде не очень… Так и будешь летать туда-сюда?
— Не знаю, пап… Пока да, а со временем осяду где-нибудь, заведу детишек и буду — как все, ха-ха!
— Детишки… Они не спрашивают — когда родиться! Раз! И через девять месяцев — получите!
— Ты рассуждаешь прошлыми понятиями. Сейчас все по-другому. Раз, потом еще раз и еще много-много раз! И — никаких детей! Ха-ха! Так что скажи маме, чтобы она не волновалась и бабушкой она станет еще не скоро, если конечно Джон не постарается.
— Да, уж… А знаешь… Когда ты умирал, я думал… Ну, как про естественный отбор. Слабые умирают, остаются сильные — как у животных! Потом ты выжил… Спас семью от разорения, дал толчок для развития нашего бизнеса. Ты вдохнул во всех нас какую-то искру — и все стало ярче, а жизнь поменялась и расцвела красками. Джил говорит… Что ты в тот момент общался с Богом. Прости меня!
— Пап! Ну, чего ты⁈ — Я обнял отца и похлопал по широкой спине. — В принципе — ты прав, а Бог он в каждом из нас. Ведь в библии говорится, что мы созданы по образу его и подобию. Так почему же мы не можем творить подобно ему чудеса? Разве мало чудного сотворило человечество, еще недавно жившее в пещерах и размахивавшее дубинками? Один самолет чего стоит! А кино⁈ Радио⁈ Просто — надо жить, любить и верить!
— Я тебя люблю, Мэт.
— Я тебя тоже, папа…
На следующий день я уехал из отчего дома и, захватив по пути «гостившую» у родителей женушку, дал «газу» моей колесной кобылке, как только мы выехали на трассу ведущую на Север.