Юрий Трусов – Лучший из миров: как философы предлагали устроить общество и государство (страница 7)
Выпивку и азартные игры презирают на Утопии, большинство людей в свободное время занимаются науками. Утром до работы они устраивают публичные чтения, куда приходит послушать много людей, после ужина играют в садах или общих дворцах, занимаются музыкой.
Сокращение рабочего дня становится возможным благодаря всеобщему характеру труда: женщины[21], монахи, богачи и аристократы, их огромная прислуга и оруженосцы, нищие и безработные – все должны производить необходимые для общества товары.
Избавляя людей от лишней работы, даруя им больше времени и свободы, общество делает людей счастливыми, что, по мнению утопийцев, главная задача государства.
Часть 5. Позор заморских послов
На острове Утопия всегда всего вдоволь, ведь все жители задействованы в труде, а потребности у них малые. Все излишки везут за границу. Назад привозят железо, много серебра и золота, чтобы использовать его в случае нужды: например, чтобы нанять иноземное войско на случай войны и отправить его воевать вместо своих жителей или же чтобы подкупить врагов и посеять в их стане раздор.
Хотя Мор и мыслил Утопию автаркическим государством, он не исключал полностью торговые отношения с соседями. Необходимость торговли с соседями могла бы переубедить некоторых утопийцев в правильности выбранного пути, ведь, история знает, именно с помощью торговли усмирялись нравы и распространялись заморские привычки.
Отказ от роскоши является ключевым пунктом для Утопии, а значит, утопийцы должны устоять перед соблазнами, которые откроются перед ними за рубежом. Но как устоять? Чтобы обесценить символическое значение драгоценных металлов, из золота и серебра они делают ночные горшки, а также цепи для рабов. Если же они находят алмазы и рубины, то шлифуют их и отдают детям, чтобы они играли с камушками. Когда дети подрастают, они со стыдом откладывают все камни и украшения, они из них уже выросли.
Томас Мор был абсолютно уверен в том, что воспитать пренебрежение к помпезности и вычурности возможно. В подтверждение этого моряк Рафаил рассказывает следующую историю.
Однажды в Утопию прибыли послы из далекой страны, в которой не знали о традициях утопийцев. Послы где-то слышали, что на острове все ходят в одинаковой, простой и грубой одежде, поэтому решили предстать перед жителями во всей роскоши, будто боги. Они нарядились в шелковые костюмы, золотые цепи, пестрые платья и шляпы, увешанные бусами и драгоценными камнями. Надели на себя все то, что утопийцы презирают: золото, в которое на Утопии заковывают рабов, и украшения, с которыми играют дети.
Местные жители с почтением здоровались с незнатными членами делегации, а на послов не обращали внимания, ведь принимали их за рабов. Вместо торжественного приема их встретили насмешками. Дети кидали в них драгоценные камни и смеялись – «какой большой бездельник до сих пор играет с бусами». Мать одного мальчика остановила его, сказав: «Прекрати, видимо, это посольский шут». Через несколько дней послы увидели, что цепь одного раба стоила дороже, чем все их украшения вместе взятые. Тогда они стыдливо спрятали все свои одеяния.
В Утопии каждый находится на виду у всех. Ни у кого нет места для полного длительного уединения, поэтому, как полагает Мор, нет места и для коррупции и разврата. Приходится или работать, или культурно отдыхать.
Часть 6. Гигантские склады и дворцы общего пользования
Томас Мор описывает свое государство не крупными мазками. Как мы видели, все аспекты общественной жизни продумываются до мелочей, и в голову приходит слово «план». Не зря: государство Утопия находится на самообеспечении, а это значит, что и количество произведенных товаров, и количество производителей должно быть регламентировано.
Чтобы город не стал слишком большим или обезлюдел, в домашних хозяйствах должно поддерживаться определенное число людей: от 10 до 16 взрослых человек, остальных отправляют в другие хозяйства. Если город переполнен, граждан переселяют в город с численностью поменьше. Если же население всего острова слишком выросло, то из каждого города отбирают людей, которых отсылают на материк основывать колонию.
Как осуществляется доступ к товарам в отсутствие какой бы то ни было частной собственности, за исключением надетой одежды и предметов личной гигиены? Все произведенные товары свозятся на рынки и помещаются на склады. Любой глава хозяйства имеет доступ на склады без ограничений. Подразумевается, что жизненный уклад Утопии должен быть устроен так, чтобы быть мелочным или жадным было просто невозможно. Какой смысл брать лишнее при постоянном обмене домами? Какой смысл не давать товары со склада, если их более чем достаточно, но нет товарного разнообразия?
Однако сказать, что утопийцы живут бедно, было бы в корне неправильно. Скромность предметов личной собственности компенсируется функциональностью и многоликостью общественных мест, главное из которых – Дворец филарха, где жители хозяйств совместно принимают пищу, приготовленную профессиональными поварами. Всю грязную работу в общем дворце делают рабы – бывшие осужденные на казнь.
Идея переноса того, что прежде было семейным и приватным, в общественное, проявилась в проектах нового типа жилья, освобождающего своих обитателей от тягот домашнего труда. С особой силой проекты такого рода позже развивали социалисты-утописты.
Философ Шарль Фурье[22] придумал дворец трудящихся – «Фаланстер». В Советском Союзе тоже строили дома-коммуны, а в 1971 году возвели экспериментальный Дом нового типа – ныне Дом аспиранта и стажера МГУ[23]. Под крышей Дома нового типа планировались бассейн, спортзал, библиотека, поликлиника, столовая, зимний сад, коммунальные службы, чтобы избавить жильцов от тягот домашнего хозяйства.
Дом нового типа – это, прежде всего, дом для Нового Человека. Живущий в стране победившего коммунизма, он будет больше времени уделять саморазвитию и образованию, банальная стирка и приготовление еды должны быть оптимизированы, и сделать это можно в первую очередь за счет пространств общественного назначения.
Общие пространства должны были помочь преодолеть одиночество и отчужденность жизни людей в современном городе, построить социальные связи между соседями. К сожалению, проект Дома нового типа так не был воплощен. После смерти архитектора его упростили, а после передали Московскому университету. Подробнее к этой теме мы вернемся в главе про социалистов-утопистов.
Часть 7. Веротерпимость, эвтаназия и голые супруги
Мы уже многое узнали о скромности утопийцев, и может показаться странным, что Томас Мор постулирует удовольствие главной целью их жизни. В удовольствии заключено человеческое счастье… Но в каком удовольствии! Целый ряд классических философов разделял счастье и удовольствие. Удовольствие – кратковременно и без конца требует своего увеличения. Чем выше импульс удовольствия, тем негативнее и скучнее может восприниматься жизнь в ее спокойном беге. В отношении удовольствия от роскоши и денег, превысив определенную денежную планку, каждая новая тысяча долларов со временем будет приносить меньше удовольствия. С удовольствием можно переборщить и вообще потерять к нему вкус.
Говоря о счастье как удовольствии, Томас Мор ограничивает понятие удовольствия, исключив из него удовольствие от вещей и владения, выдвинув на первый план удовольствие от работы и общения.
Скромность утопийцев не обусловлена конкретной верой. На Утопии установлена свобода вероисповедания: одни верят в высшее существо Солнце, другие – в Луну, кто-то – в Великого Прародителя всего. Поэтому многие охотно переняли от путников христианство, которое показалось им разумным.
Религиозные преследования, конечно, караются, но утопийцы не принимают тех, кто отрицает посмертное существование души. Такие люди могут быть опасны, так как не боятся посмертной кары за злодеяния. Им будет проще нарушить законы государства ради своих желаний.
Правда, их не выдворяют, а только не доверяют никаких политических должностей. Им разрешено обсуждать свою ересь со священниками, чтобы образумиться. Кстати, священниками на Утопии могут быть как мужчины, так и женщины, что удивительно, учитывая, что Томас Мор умер за католическую веру, а потом был канонизирован. В католической церкви женщины до сих пор не могут стать священниками.
Томас Мор был новатором своего времени в отношении восприятия смерти. В Утопии религия и государство не запрещают, а поощряют уход больных из жизни, чтобы их мучения закончились. Это святое и почетное дело, на которое благословляют людей священники. Об остальных больных утопийцы заботятся с большим усердием и делают все, чтобы вернуть им здоровье, а неизлечимым больным пытаются организовать счастливый остаток их жизни.
Что же касается брака, ни о каком «таинстве» речи не идет. Женщина выходит замуж не раньше 18 лет, а мужчина не раньше 22. Будущие супруги должны четко понимать, что у партнера нет никаких скрытых изъянов, которые могут испортить супружество. Для этого женщина и мужчина должны предстать друг пред другом нагими.
Разрушить брак может только смерть… или измена. Изменщик будет до конца своих дней влачить позорную и одинокую жизнь в рабстве, а тот, кому изменили, получит компенсацию и может снова вступить в брак. Конечно, в редких исключениях допускается развод, если супруги не сошлись в нравах, но на это требуется одобрение сената.