Юрий Тарарев – Звездный бруствер. Книга 11. Бойцы времени. (страница 7)

Ирина молчала, слушала, и лицо её становилось всё серьёзнее.

– Ну а дальше – дело техники, – горько усмехнулся Иван. – Как в прошлом Ту’мы брали под контроль людей, помнишь? Так теперь и Кыштыны. Только у них это тоньше, изощрённее. Она вошла в мою голову, Ира. Просто вошла и начала хозяйничать. Я чувствовал, как таю, как теряю себя…

Короче, на последнем издыхании, на последних искрах памяти, я дотянулся до панели и активировал катапульты. Выбросил магов в открытое пространство. И всё, отпустило. Она исчезла.

– Ну слава богу, – выдохнула Ирина, и в голосе её было такое облегчение, что у Ивана на миг сжалось сердце. – Обошлось…

Она помолчала, глядя на него с экрана, и Иван поймал себя на том, что ждёт продолжения. Чего-то ещё. Вопроса, уточнения, детали.

Но она лишь улыбнулась – тепло, но как-то… слишком быстро.

– Видишь нас? – спросила она, и взгляд её на мгновение ушёл в сторону, будто она смотрела на что-то за пределами камеры. – Приземляйся рядом, драконы тебя сопроводят. До встречи, дорогой.

– До встречи, – ответил он автоматически.

Экран погас. Связь оборвалась.

Иван сидел неподвижно, глядя на потухший монитор, и чувствовал, как внутри разрастается холодное, липкое, неприятное ощущение. Что-то было не так…

Иван нахмурился, пытаясь ухватить ускользающую мысль. Она вертелась где-то на периферии сознания. И тут его осенило. Ирина его жалела. Да, жалела. И это было естественно. Она не спросила о главном, не задала единственно важного, единственно правильного вопроса в этой ситуации.

Что успела узнать или скачать из его сознания Шерр?

А это было главным. Это было критически важным. Шерр вошла в его голову, пробыла там достаточно долго, чтобы взять под контроль, чтобы начать вытягивать информацию. Она узнала многое. Наверняка не всё, но многое. Где они, кто они, каковы их планы, их слабые места, их союзники.

– Пилот, готовься к посадке.

– Понял, командир, – отозвался пилот.

Шаттл снижался к зелёному массиву джунглей, где его ждала Ирина. Иван смотрел на приближающуюся землю и понимал: самый трудный разговор в его жизни ещё впереди.

– Пилот, видишь поляну в джунглях?

Иван стоял за креслом пилота, вглядываясь в тактический экран. На фоне бескрайнего зелёного массива чётко выделялось небольшое пятно – естественный разрыв в кронах, поросший невысокой травой. Место выглядело достаточно ровным, чтобы принять шаттл.

– Да, отлично вижу, – отозвался пилот, не отрывая взгляда от приборов. Его пальцы, всё ещё погружённые в контактный гель, едва заметно шевельнулись, корректируя курс.

– Хорошо. Сажай шаттл на той поляне.

– Понял. Приступаю к посадке.

Шаттл медленно снижался в окружении золотых драконов. Огромные рептилии не отставали ни на метр, их крылья почти касались корпуса, создавая мощные потоки воздуха, от которых машину слегка покачивало. Драконы начали расходиться в стороны, освобождая пространство для посадки.

Шаттл завис над поляной на долгую, напряжённую секунду. Турбины взвыли на пределе, сдувая траву и мелкие ветки в стороны, создавая идеально ровный круг. Потом машина плавно, почти невесомо, опустилась.

Опоры с глухим стуком коснулись грунта и сразу просели под тяжестью корабля, увязнув в мягкой, влажной земле. Корпус вздрогнул в последний раз и замер.

Двигатели остановились. Тишина, наступившая после их гула, показалась оглушительной. Только потрескивала остывающая обшивка, только ветер шелестел в кронах деревьев, только где-то далеко кричали невидимые птицы.

– Отлично сработано, – бросил Иван пилоту, хлопнув его по плечу. – Отдыхайте. Дальше я сам.

Он прошёл в десантный отсек, где уже собирались остальные члены экипажа. Лица у всех довольные. Кто-то улыбался, кто-то просто молчал, приходя в себя после пережитого. Девушка-оператор, ещё недавно дрожавшая от ужаса, теперь с любопытством выглядывала в иллюминатор, разглядывая джунгли.

– Ждём, пока остынет обшивка, – сказал Иван, останавливаясь у люка. – Ещё пара минут.

Он смотрел на индикатор температуры. Красная полоса медленно, неохотно ползла вниз. Наконец загорелся зелёный.

Лязгнули запоры. Гидравлика зашипела, и тяжёлый люк начал медленно опускаться, превращаясь в трап. Наружу хлынул тёплый, влажный воздух, пропитанный запахами зелени, цветов и прелой листвы. После стерильной атмосферы шаттла это казалось невероятным, почти пьянящим.

А на землю, сверкая на солнце, стекли металлические ступеньки – тонкий ручеёк жидкого металла, сбежавший из-под обшивки и застывший ровными, удобными перекладинами. Корабельные системы заботились о комфорте экипажа даже здесь.

Иван шагнул вперёд, первым ступив на землю Румиха. Трава под ногами была мягкой, упругой, чуть влажной после недавнего дождя. За ним спустились остальные – пилот, операторы, техники. Все жадно вдыхали воздух, щурились на солнце, оглядывались по сторонам.

Из-за деревьев, с противоположного края поляны, вышли люди. Десантники в лёгкой броне, техники, несколько офицеров. А впереди, чуть оторвавшись от остальных, бежала она. Ирина. Иван замер.

Она неслась к нему, не разбирая дороги, спотыкаясь о кочки, разбрызгивая грязь из луж. Волосы разметались, на лице – счастливая, почти детская улыбка, в глазах – слёзы, которые она даже не пыталась скрыть. Они встретились на середине поляны.

Ирина влетела в него, как снаряд, обхватила руками за шею, повисла, прижалась так сильно, будто хотела слиться с ним в одно целое. Иван покачнулся, но устоял, обнял её в ответ, прижимая к себе, чувствуя, как дрожит её тело, как бьётся её сердце где-то рядом с его собственным. От такой искренности у него перехватило дыхание.

Все обиды, все сомнения, вся горечь последних часов – всё растворилось в одно мгновение, смытое теплом её объятий, её запахом, её слезами на его шее. Иван закрыл глаза и просто стоял, чувствуя, как она целует его куда-то в щёку, в ухо, в шею, бормоча сквозь слёзы что-то бессвязное, горячее, бесконечно родное.

– Больше никогда… – шептала она, задыхаясь. – Никуда не отпущу. Слышишь? Никогда. Чтобы рядом. Всегда. Я думала… когда связь пропала… я думала, всё…

– Тише, тише, – бормотал он в ответ, гладя её по спине, по волосам, чувствуя, как по собственным щекам тоже текут слёзы, и не стыдясь этого. – Я здесь. Я живой. Всё хорошо.

– Хорошо?! – она отстранилась на миг, посмотрела на него заплаканными, но счастливыми глазами и вдруг рассмеялась сквозь слёзы. – Дурак ты, Иван Артамонов. Самый любимый мой дурак.

И снова прижалась, спрятав лицо у него на груди.

Вокруг уже собирались люди. Экипаж шаттла встречался с теми, кто ждал их на Румихе. Слышались радостные возгласы, хлопки по плечам, короткие рассказы о пережитом. Кто-то уже доставал фляги, кто-то разводил небольшой костёр – вечер обещал быть тёплым.

Драконы Врона кружили над поляной, медленно набирая высоту, но несколько самых крупных остались барражировать неподалёку, готовые в любой момент прийти на помощь. Их золотые силуэты на фоне темнеющего неба казались живыми обелисками, охраняющими этот маленький островок покоя в океане войны.

Ирина наконец оторвалась от Ивана, вытерла слёзы тыльной стороной ладони и посмотрела на него снизу вверх, всё ещё не отпуская его рук.

– Идём, – сказала она тихо. – Там Лея и другие наши друзья. Нужно многое обсудить. Но сначала… сначала просто побудь со мной. Хоть пять минут.

Иван кивнул, чувствуя, как внутри разливается тепло, которое он уже и забыл, оказывается, как сильно любил.

– Пять минут, – согласился он. – А потом – всё, что скажешь.

Они пошли к лагерю. Вокруг кипела жизнь, люди обустраивались, готовились к ночлегу, проверяли снаряжение. Но для них двоих сейчас существовал только этот момент, эта минута, эта тишина после бури.

Где-то в глубине сознания Ивана ещё теплилась тревога, ещё билась мысль о том, что разговор с Ириной о Шерр и её вопросах не закончен. Но он отогнал её, решив, что всему своё время.

Сейчас было время для простого человеческого счастья. Пусть даже посреди войны, на чужой планете, в окружении драконов и магов. Они были вместе. А значит, всё остальное – преодолимо.

Глава 3

Атака на Румих

Шерр стояла у главного экрана «Светоча Ксенона», вцепившись ногтями в холодный металл пульта. Перед ней, в глубине голографической бездны, пульсировала карта магических потоков всего сектора. Родник Реальности горел ярким, ровным пламенем в самом центре, и от него во все стороны расходились нити Текры – чистые, упругие, наполненные силой. Они пронизывали пространство, добираясь до Рованы, до драконов, до каждой живой души.

З’кыр отвечал. Чёрные, вязкие потоки отрицательной магической субстанции поднимались из глубин Оскита, просачивались сквозь разломы, встречались с магией Текры на границах реальности и гасили её, уравновешивали. Баланс пока обнадеживал. Родник пульсировал сильно, но магия З’кыра держала удар, не давая свету затопить всё без остатка. Ритуал Антимагии сыграл свою роль. Тем не менее времени на раскачку не оставалось. Пора атаковать.

Шерр резко развернулась. Взгляд её зелёных пылающих глаз, упёрся в наместника Шадона. Тот стоял у алтаря в глубине рубки, окружённый свитой магов, готовый к любому приказу.

– Наместник, – голос прозвучал жёстко, – я атакую континент Румих. Отберу свои короны. Твоя задача – Центральный континент и аэтрионцы. Действуй жёстко, но осмотрительно. Мы не должны проиграть ещё раз.