Юрий Табак – Нескромные смыслы Торы. Потаенные сокровища еврейского фольклора (страница 22)

◾ Обрезание Гершома

Мудрый совет убедил Моше, и он с семейством отправился обратно в Египет. Но случилось непредвиденное: верный своему слову, данному Итро, Моше так и не обрезал Гершома. Причем довольно хитро выкрутился: дескать, Бог мне велел срочно в Египет идти, а если я его обрежу, то три дня придется сидеть и ждать, пока он поправится[518]. Но эти оправдания не помогли: Бог решил убить Моше (Шмот 3:24) и послал с этой целью ангела. Не совсем ясно, кто бы уговаривал фараона, если бы Бог прикончил-таки Моше. Впрочем, р. Шимон бен Гамлиил посчитал, что Бог хотел грохнуть необрезанного Гершома, а не самого Моше. В любом случае ангел явился к Моше в обличье огромного змея и заглотил Моше с головой, ровно до его гениталий, а точнее, места обрезания на члене[519]. Умная Ципора поняла, что это был посланный ей свыше знак: змей не мог заглотнуть Моше дальше – так велика сила обрезания! Она тут же сообразила, что к чему, схватила нож и обрезала Гершома – как сказано в святой книге Зоар, Господь окрылил ее[520]. В результате Моше живой и невредимый выскочил из утробы змея. Так Ципора дважды спасла жизнь Моше. А второй сын, Элиезер, так и остался необрезанным (Шмот 18:4)[521]. Этим отчасти был достигнут некоторый компромисс с Итро: обрезан все же был первенец, но второй сын так и не стал монотеистом.

Ваэра

◾ Встреча с фараоном

Итак, Моше воспользовался отличным советом Бога, поймав фараона у реки в момент дефекации и схватив его за грудки. Фараон попросил Моше чуть-чуть подождать и, сразу после того как облегчится, обещал с ним пообщаться на тему Исхода. Моше, при всем своем волнении от ожидаемого разговора, все же ехидно поинтересовался: «Разве богу требуется облегчаться?»[522] На что фараону пришлось ответить, что он только притворяется: египтяне такие идиоты, что их лучше считать ослами, чем людьми[523].

Стал ли Моше ждать завершения процесса у фараона, нам неизвестно. Но в любом случае этот исторический эпизод не мог не повлиять на нервную систему (а возможно, и на работу желудочно-кишечного тракта) фараона и, соответственно, на дальнейшую цепь событий по выходу еврейского народа из рабства к свободе. Кстати, этот урок Торы, вероятно, несложно реализовывать в повседневной жизни, когда что-то надо добиться от близких или начальства.

Но есть и иная версия первой встречи Моше с фараоном, описанная Луисом Гинцбергом. Он направился прямиком к дворцу фараона; его сопровождали Аарон и старейшины, но по дороге старейшины от страха разбежались. И было от чего. Уже сам дворец производил внушительное впечатление[524]: в нем было 400 входов (по сто с каждой из четырех сторон), и каждый вход охраняли 60 тыс. солдат – итого 24 млн человек. По-видимому, это был самый охраняемый объект в истории человечества. Трудно сказать, как они располагались у входов. Вряд ли толпилось по 60 тыс. человек – скорее всего, они выстроились колоннами по обеим сторонам входа: если взять за санитарную норму даже минимальную, по полметра на человека, то колонны составляли в длину по 15 км, поэтому дойти до дверей Аарону с братом было нелегко. Мало того, такой многочисленной охраны, видимо, не хватало, и у самых дверей еще размещались по паре львов, медведей и прочих диких животных, которые никого не пускали, если их не накормить мясом. Но Моше взмахнул посохом, и все эти звери облизали братьям ноги и чинно сопроводили их к фараону. В итоге собравшиеся у фараона по поводу его дня рождения цари Запада и Востока[525] чуть не спятили от страха и поклонились братьям[526].

Когда братья вошли во дворец, 70 секретарей фараона на 70 языках занимались корреспонденцией фараона. Они также пришли в ужас от посетителей: мало того, что те были похожи на ангелов, а бороды их напоминали пальмовые ветви – у них еще изо рта пламя вырывалось, когда они начинали говорить. Разумеется, секретари побросали бумаги и перья и простерлись ниц перед гостями.

Моше пришел в ярость и даже врезал фараону перед уходом после очередной аудиенции.

В любом случае последовали длительные переговоры, во время которых фараон проверил состоятельность притязаний братьев и могущество стоящего за ними Господа. В ходе беседы им пришлось нетривиальным образом показывать свою силу. Аарон бросил на землю посох, и он превратился в «танин» – то ли в змею, то ли в крокодила, в зависимости от воображения переводчиков. Но египетские маги легко сделали то же самое со своими посохами. Мудрецы приводят исключительно интересный комментарий на этот эпизод: фараон рассмеялся и немедленно приказал, чтобы его 4–5-летних детей привели во дворец из школы. И они в точности повторили фокус с посохами. Мало того, фараон послал за женой, и она сделала то же самое![527] Представляете, даже жена!!! Тогда Аарон усилил эффект: его змей сожрал посохи египетских магов, также превратившихся то ли в змей, то ли в крокодилов (Шмот 7:10–12).

В итоге фараон страшно перепугался, что посох Аарона проглотит и его самого вместе с троном[528], но упрямство его победило, и он стал еще больше притеснять евреев. Тогда Бог и стал насылать кары (казни) на Египет. Далее прошу меня простить за некоторые неприятные физиологические подробности:

◾ Кровь

В качестве первой казни вся вода в Египте превратилась в кровь. Причем не только речная вода, но и слюна во рту египтян; сочились кровью идолы и их пьедесталы, даже каменные и деревянные предметы интерьера в египетских жилищах источали кровь. Когда египтяне садились на камень, их одежда пропитывалась кровью и становилась непригодной. Обычная вода, даже когда египтянин и израильтянин жили в одном доме, оставалась для израильтянина чистой, в руках же египтянина она тотчас же превращалась в кровь. А теперь внимание! Только когда египтянин покупал воду у израильтянина, она оставалась чистой! Нет нужды говорить, что продажа чистой воды стала довольно прибыльным бизнесом для евреев, и у них на этом деле получился хороший гешефт[529]. Но даже при таком повальном бедствии для Египта фараон все равно не согласился отпустить евреев. По сообщению р. Реш Лакиша, Моше пришел в ярость и даже врезал фараону перед уходом после очередной аудиенции[530].

◾ Жабы

Потом Господь наслал жаб. Жабы сплошь заполонили всю египетскую территорию, но в этом был и свой небольшой геополитический плюс. Дело в том, что Эфиопия и Египет никак не могли осуществить демаркацию границ, и приграничные территории являлись предметом долгих споров двух государств. Но поскольку жабы заполнили строго египетскую территорию, не переходя границы, то эфиопы и египтяне теперь точно знали, где эти границы проходят[531].

Жабы кишели всюду – прыгали в тесто и пожирали его, прыгали в печь и остужали ее своей холодной кожей, забираясь внутрь пекущегося там хлеба (самые крупные жабы, разумеется, поселились во дворце фараона[532]). Так они попадали в желудки и кишки египтян, где непрерывно и мерзко квакали[533]. В связи с этим мудрецы провели горячую и важную дискуссию на исторические темы, которую я кратко воспроизведу.

На основании глубокой интерпретации слов из Торы «и на тебя… взойдут [жабы]» (Шмот 8:4) р. Аха утверждал, что каждая капля воды, выпитая фараоном, превращалась внутри его в жабу и заползала в его сердце, где и размножалась. Однако р. Акива полагал, что вначале на египтян напала всего одна жаба – поскольку в соответствующем стихе Шмот 8:6 слово «жаба» стоит в единственном числе; просто она очень быстро размножилась. Р. Элеазар бен Азария согласился с р. Акивой, что сначала была всего одна жаба, вопреки мнению р. Ахи, но призвал его отказаться от рассмотрения аггадического материала и обратиться к трактатам «Негаим» и «Охолот» из Мишны, посвященным вопросам нечистоты. На основании этих трактатов р. Элеазар бен Азария сделал твердый вывод, что первичная жаба только привлекала своим кваканьем других жаб, а вовсе не размножалась. Р. Йоханан дополнил его: «Туда, где оставался хотя бы крошечный кусочек земли, падала капля воды, и тотчас превращалась в жабу». Он интерпретирует Теилим 105:30 («земля произвела множество жаб») в том смысле, по мнению комментаторов Сончино, что сама земля превратилась в жаб. Р. Езекия бен Рабби обратил внимание на то, что жабы вошли «в дома» (Шмот 8:3), предположив, что жабы взывали к мрамору домов: «Приготовь место для меня, чтобы я выполнила волю Творца», после чего мрамор раскалывался и пускал жаб. А на основании Теилим 78:45 «послал на них… жаб, чтобы губили их» он сделал вывод, что, оказавшись в доме, жабы заползали в «укромные места» несчастных египтян и кастрировали их[534]. Остается вопрос, как жабы (лат. Bufonidae) могли кастрировать египтян (известно, что у жаб отсутствуют зубы), но если это был род лягушек, обладающих зубами (лат. anura, anidas, rana), то могли. Впрочем, не столь важно, какие там жабы были, поскольку у мудрецов всегда есть универсальный, блестящий и неопровержимый ответ на этот и подобные вопросы, нам уже знакомый: тогда все организмы, и жабы в т. ч., могли быть другими.

После катастрофического нашествия жаб фараон вроде бы сдался и пообещал отпустить Моше. В итоге жабы сдохли, их трупы заполонили всю землю, и они гнили, издавая зловонный запах (Шмот 8:13–14). Дохлых жаб было такое огромное количество, что каждый египтянин собрал четыре огромные кучи трупов[535].