Юрий Скок – Выборгское противостояние в современной политической истории России. Часть Первая. Перед штурмом (страница 36)
Эксцессов не было, по тексту «Выборгских ведомостей» могло показаться, что это нечто напоминающее светское мероприятие: «Несколько часов представители ЦБК, глава Администрации, первый зам. главы Администрации, председатель Комитета по управлению государственным и муниципальным имуществом Выборгского района Виктор Дубинин дебатировали на политико-экономические темы», «несколько раз в кабинет входил начальник выборгского УВД Александр Орлов, о чем-то переговаривался с председателем стачкома» и т. д.
«В перерывах между дебатами Владимир Кириллов звонил по различным инстанциям, чтобы выполнить слово, данное губернатором Ленобласти».
В начале девятого вечера глава Администрации закончил все телефонные переговоры. После короткого обсуждения ситуации с председателем стачкома Осипом Кикибушем было решено, что стачкомовцы покинут кабинет главы и здание Администрации до завтрашнего полудня. Именно в это время власти обещали решить вопрос о двух миллионах.
Но завтра всё повторилось с тем же финансовым результатом…
6 марта губернатор Вадим Густов приехал в поселок Советский, чтобы на месте ознакомиться с ситуацией и принять участие в совместном заседании Совета кредиторов ЦБК и трудового коллектива. Под занавес губернатор встретился с этим коллективом, но ничем конкретно порадовать не смог: переговоры с «Мосбизнесбанком» о перечислении на счет профсоюзного комитета ЦБК двух миллионов новых рублей закончились неудачей. Стало ясно, что к празднику 8 марта их не будет. В лучшем случае 12 марта, да и то из областного бюджета, «за счет зарплаты учителей и врачей». Это обстоятельство огорчило многих женщин. Был откровенный ропот: не получать материальную поддержку таким образом[348].
Последнее «великое сидение» в мэрии («куда остальные визитеры попадают не иначе, как по записи либо в порядке очереди») было в понедельник 23 марта. В этот же день «мятежный Выборгский ЦБК, наконец, получил 2 миллиона деноминированных рублей, обещанных ему сначала (20 февраля) нашим МУСо, а затем (6 марта) – лично губернатором Ленобласти»[349].
«Выборгские ведомости» прокомментировали эту историю следующим образом: «Губернатор поначалу мыслил поддержать бастующих «беспроцентной ссудой на кассовый разрыв» – с такой «сопроводиловкой» деньги и были перечислены на наш бюджетный счет. Но коли ссуда – значит, под будущую зарплату, и в таком случае с неё надлежало уплатить налоги и отчисления, и потерять почти треть денег. Профком и стачком ЦБК в лице Осипа Кикибуша от такой «поддержки» отбились. («Выборг» несколько иного мнения на этот счет: «Поначалу предполагалось выделить эту сумму из областного бюджета в качестве возвратной ссуды. Понятно, что обстоятельство это не устраивало бастующих: деньги, не в меньшей степени нужные врачам и учителям, они брать отказались, да и должниками быть не захотели»[350]). В итоге, после длительных переговоров с областью, губернатору пришлось внести коррективы в собственное распоряжение: вместо ссуды в документе появилась «безвозмездная единовременная материальная помощь работникам Выборгского ЦБК», выделенная из средств областного бюджета по разделу «Социальная политика».
Дальнейший процесс пошел споро: глава Администрации Владимир Кириллов распорядился перевести областные деньги на счет муниципального Фонда социальной поддержки, а фонд уже на месте, в Советском, производил выплаты – на каждого работающего пришлось по 787 рублей»[351].
Значит, всё же есть в Ленобласти «Социальная политика», а Выборгском районе – Фонд социальной поддержки. Помощь получили 2541 человек, как числящиеся на предприятии, так и уволенные по сокращению.
Где собственник? Кто «собственник»?
Сюжет с появление нового хозяина Выборгского в лице «Нимонора» с первых же дней нес привкус детективного жанра.
По результатам январской пресс-конференции в кабинете главы районной администрации, выборгская пресса отмечала: «Представитель компании… умудрился практически ничего не сообщить о самой компании»[352]. Шутник Майкл Роудз, который уже явно настроился на то, что ему будет «не скучно», говоря о себе и своих коллегах, отметил, что они уже имеют определенный опыт деятельности в России[353]. О своей компании он сказал не так много. Это фирма, зарегистрированная в оффшорной зоне на Кипре. Акционеры её – частные лица, и они не очень хотят афишировать себя, «хотели бы сохранить свое инкогнито». То есть, практически ничего не сказал господин Роудз. Пришлось журналистам домысливать: «По слухам, они имеют отношение к крупному британскому капиталу»[354].
Поговорив с прессой, Майкл Роудз, по всей видимости, решил «заняться разработкой бюджета на ближайшие 12 месяцев»[355]. Хотя уже надо было давно «платить по счетам». А платить явно не хотелось, или не моглось, или всё вместе: 22 января представитель «Нимонор Инвестментс Лтд» направил А. С. Бочкареву письмо с «изложением причин приостановки последующих выплат и попросил выполнить ряд обязательств продавца, которые пока не выполнены»[356]. Тут-то и началось…
Хотя и этот вариант, вариант с «новыми» «отлагательными условиями» хозяев «Нимонора» устраивал. Из письма Майкла Роудза, направленного губернатору Вадиму Густову 5 февраля (в этот день по словам высокопоставленного чиновника из районной администрации Валерия Ременюка было «снято последнее условие – удалось отбиться от иска о признании сделки купли-продажи незаконной»[357]): «Учитывая произошедший инцидент мы должны заново оценить целесообразность инвестирования и участия в коммерческой деятельности в Ленинградской области»[358]. Про «нимоноровская» пресса достаточно четко и откровенно разъясняет смысл сказанного: «Теперь у «Нимонора», какой бы ни была эта фирма – честной или подставной, на руках отличные козыри. Любые их действия, или бездействие – будут оправданы»[359].
Однако, если можно так сказать в данном случае, «под давлением общественного мнения» «Нимонор» частично признал свои тактические ошибки, обозначив одним из стрелочников недавно назначенного генерального директора ЗАО «Выборгская ЦБК» А. Б. Бузулеева. Это доходчиво попытался объяснить в своих лит-полит-изысканиях чиновник из районной администрации Валерий Ременюк: «А. Б. Бузулеев отступил от условий договора и вместо 2100 чел. назвал 1800 чел. работников, которых «Нимонор» согласна трудоустроить»[360]. Это, во-первых. Во-вторых, генеральный директор «попытался организовать на комбинате новую охранную структуру взамен службы безопасности прежнего предприятия»[361].
2 февраля конкурсный управляющий комбинатом Александр Бочкарев признал факт незаконного увольнения работников комбината[362]. Но потребовался целый месяц, чтобы им же были документально исправлены допущенные нарушения закона. Конкурсный управляющий 2 марта отменил пункт приказа № 12 от 30.01.98 об увольнении с ЦБК 75 человек по переводу[363] («Тем самым выполнено одно из требований трудового коллектива». Господин Ременюк: «Сейчас решается вопрос руководством «Нимонор» о том, будет ли г-н Бузулеев продолжать исполнять функции генерального директора «Выборгской ЦБК»…
Вторым стрелочником господин Роудз назвал обезличенного Продавца, которым «не выполняются условия договора, а в отношении нового собственника проводятся незаконные действия»[364], поэтому «график платежей не может оставаться неизменным». «Нельзя платить за комбинат, если продавец не оформил документы надлежащим образом, дающим новому владельцу уверенность, что завтра он этот комбинат не потеряет». Комментарии, как говориться, излишни.
Через месяц после начала стачки даже лояльная по отношению к «инвестору» газета «Выборгские ведомости» не смогла не сыронизировать: «Уже объявился таинственный «Нимонор» и выразил готовность сделать ряд шагов навстречу, вплоть до выплаты авансов»[365], сославшись на письмо представителя «Нимонора», опубликованное в предыдущем номере.
Господин М. Роудз снизошел до обращения к трудовому коллективу Выборгского ЦБК и жителям поселка Советский. И вот уже «Нимонор» в одеждах благодетеля: «…Принимая во внимание бедственное положение работников комбината, мы готовы сделать непростой для нас шаг – принять на работу и выплачивать заработную плату сотрудникам до решения всех вопросов, связанных с Договором купли-продажи. Этот шаг надо рассматривать исключительно как помощь тем людям, с которыми нам предстоит долгие годы работать вместе. Для этого мы, по согласованию с Конкурсным Управляющим, организуем максимально быстрый прием на работу сотрудников бывшего ВЦБК в новую компанию». Только как-то трудно под овечьей шкурой скрыть волчью сущность: ««Нимонор» не несет ответственности за выплату задолженности по заработной плате, сформировавшейся в период внешнего и конкурсного управления»[366]. После этих слов стачком вряд ли мог верить каким-либо обещаниям заморского хозяина, «а трудящиеся поймут правильность действия «Нимонора».
«Нимонор» не был понят, решение стачкома о запуске предприятия в очередной раз возродил повышенный интерес к «собственнику» предприятия: кто он и где он?
Питерская городская газета «демократической ориентации» «Смена» коленопреклонно «расшаркалась» перед «западным» инвестором: «Кстати сказать, проверка платежеспособности последнего и нынешнего владельца Выборгского ЦБК – кипрской компании «Нимонор Инвестментс ЛТД» показала, что эта фирма является одной из ветвей финансовой группы, осуществляющей инвестиционную программу в России в самых разных областях экономики. Неудача с покупкой акций Выборгского ЦБК – пока первая в деятельности кипрской фирмы»[367].