Юрий Скок – Выборгское противостояние в современной политической истории России. Часть Первая. Перед штурмом (страница 15)

Сентябрь, 1994: «Выборгский ЦБК увеличил на 300 % выпуск полимерной пленки (6 тонн, вместо двух), но – зато намного сократил производство целлюлозы, кормовых дрожжей и обоев»[101]. «По сравнению с прошлым годом объемы производства выросли в два раза. Предполагается, что через некоторое время ЦБК будет загружен на 90 процентов. Средняя зарплата на комбинате составляет около 600 тысяч рублей[102].

В этом месте прервем ненадолго хронологию и послушаем комментарий Веры Васильевны Сураегиной[103], которая являлась заместителем главы администрации Выборгского района и одновременно возглавляла отдел экономики.

«Экономический потенциал Выборгского района весьма значителен. Всего на нашей территории функционирует около ста крупных предприятий различных форм собственности. Это и акционерные общества открытого и закрытого типа, муниципальные предприятия. Есть и государственные предприятия…

Промышленные предприятия Выборгского района можно разделить на три основные группы. Первая – это те предприятия, в работе которых наметилось оживление, возобновление приостановленных производств, увеличение объемов выпуска продукции. Так, АО «Светогорск», получив в ходе смены состава акционеров новые инвестиции, приступило к модернизации бумагоделательного оборудования, к внедрению новых технологий изготовления картона. Стабилизировалась деятельность Каменногорского карьероуправления, Гавриловского щебеночного завода, Приморского рыбокомбината, Выборгского пивзавода. Наметилась тенденция роста производства продукции Выборгского рубероидного завода, Лесогорского завода искусственного волокна.

Вторая группа предприятий характеризуется нестабильностью, падением объемов производства, неполной загруженностью производственных мощностей. В то же время у них имеются большие трудности в сбыте произведенной продукции из-за высокого уровня цен и ограниченной платежеспособности основных потребителей. Это такие предприятия, как Глебычевский керамический завод, завод «Вега» (бывший завод детских колясок), АО «Заро» (завод рыбообрабатывающего оборудования), комбинат хлебопродуктов и Выборгский молочный комбинат.

Деятельность третьей группы предприятий не адаптировалась до настоящего времени к новым рыночным отношениям. Так, по-прежнему резко сокращаются объемы производимой продукции, увеличиваются задолженности. Это машиностроительный завод в поселке Перово, завод «Электромаш», АО «Конфа», Каменногорский карьер[104], завод строительных материалов и некоторые другие».

Цитата весьма объемна, но где здесь хоть слово о Выборгском ЦБК? Неужели главному экономисту района нечего было сказать о третьем по величине предприятии в районе? Думается, что В. Сураегиной финал этой истории был виден уже тогда. Поэтому и промолчала, не соврала: о покойниках либо правду, либо ничего.

Подобное «умолчание» главного экономиста очень красноречиво подчеркивает (в том же номере газеты «Выборг») нескрываемую озабоченность судьбой предприятия, выраженную в весьма корректной, можно сказать, очень деликатной форме президентом «Выборг-банка» Павлом Андреевичем Байером:

«Однако не столь завидно положение сырьевых предприятий, таких, как целлюлозно-бумажные комбинаты. Они кормят и содержат целые населенные пункты, их инфраструктуру, которая лежит тяжким бременем. Я отдаю должное энергии таких руководителей, как Юрий Иванович Иванов, директор Выборгского целлюлозно-бумажного комбината, который сегодня находится далеко не в простой ситуации. Никто толком не знает, как и приватизировать-то этот комбинат. Там вопросов больше, чем ответов. Скажу более откровенно, мы не всегда друг друга хорошо понимаем. Он ушел из нашего банка. Мы не смогли предоставить ему те объемы кредитов, которые им нужны. Но, тем не менее, я с уважением отношусь к этому предприятию, которое продолжает кормить поселок Советский. Я считаю, именно такие предприятия – столпы экономики, они её держат»[105].

Однако директор ВЦБК Юрий Иванов на всё это попытался отделаться шуткой: «Чем больше трудностей, тем интереснее работать»[106]. Можно было бы порадоваться такому оптимизму руководителя: только что, 8 августа 1995 года, прошло первое общее собрание акционеров. Долгов пока совсем чуть-чуть (руководитель профсоюза того времени Лев Ханатаев: «было почти всё в порядке, долгов – тринадцать миллиардов рублей, причем нам тоже были много должны»[107]). Только работай…

Осень 1995 года. Сработали! Да ещё как! «В последние, месяцы общий показатель работы выборгской промышленности имел положительный результат. Это дало повод В. Шумейко, побывавшему осенью в наших краях, заявить, что промышленность у нас на подъеме. Что кризис миновал… В октябре ЦБК превзошел прошлогодние объемы на 58 процентов»[108].

Честно говоря, очень многое можно списать на бредовую отчетность, оставшуюся в наследство от старых времен. Судите сами.

Год спустя, ноябрь 1996 года: «Следует отметить, что оживилось производство и на Выборгском целлюлозно-бумажном комбинате. Если в октябре тут было выпущено продукции на 2,3 миллиарда рублей, то в ноябре – в три с лишним раза больше. Возобновилось производство товарной целлюлозы и бумаги. Выпускались также кормовые дрожжи, полимерные пленки и обои»[109]. А что в результате, если в ноябре 1995 года Выборгский ЦБК сработал с минусом в 35 процентов[110]? Если сравнивать с тем, что было в соответствующий период год назад, да ещё с диким количеством нулей в цифрах, растущих как снежный ком, то уверенно шли к победе «капиталистического труда».

Но отойдем от этих «победных» цифр, посмотрим на цифры, приближающие предприятие к экономической катастрофе, которые были видны всем и озвучивались регулярно.

Декабрь, 1995. Выборгский районный узел связи напоминает о своих «копейках»: «Есть престранные должники. Вот, Выборгский ЦБК. Его долг 25 миллионов рублей, дрейфующих по месяцам текущего года. При том, что злостный неплательщик делает хорошую мину при плохой игре, успевая быть спонсором разных начинаний»[111].

От себя добавим, что к разряду «спонсорства» можно отнести и совершенно необоснованные расходы на рекламу продукции предприятия, размещаемую в районной прессе[112]. Зачем это нужно было делать, если в районе о комбинате и его товарах и без этого знали достаточно хорошо? На действенную рекламу вложений «не хватило». Например, в июле 1995 года в Москве проходила промышленная выставка «Интергород-95», делегацию Ленобласти возглавляли первые лица – А. С. Беляков и Н. В. Смирнов. Выборгский ЦБК послал на выставку «лишь рекламные буклеты и инвестиционные проекты»[113].

Июль, 1996. Начальник Выборгской районной дорожной инспекции Валентина Кольцова: «Районные дороги финансируются за счет налога на их использование. Что имеем? Один только Выборгский ЦБК с декабря задолжал нам 7 миллиардов…»[114].

Сентябрь, 1996. «К сожалению, продолжается задержка с выдачей пенсий. Долг пенсионерам составлял на конец августа 12,5 млрд. рублей… Выборгский район задолжал в Пенсионный фонд 22 млрд. рублей.

Можно, конечно, назвать, имена всех должников Выборгского района в Пенсионный фонд, но их очень много. Поэтому назовем одного, самого крупного. Это Выборгский ЦБК, что в поселке Советском. Его долг – 9 млрд. рублей»[115].

Ну и, естественно, ситуация с бюджетом не исключение. По итогам 1995 года Выборгский ЦБК – должник № 2 в районе – 16 миллиардов (должник № 1 перед бюджетом – Светогорский ЦБК – 37 миллиардов рублей)[116].

По итогам 9 месяцев 1996 года в бюджет района недополучено 25,4 млрд. руб., в том числе от АООТ «Выборгский ЦБК» – 12,5 млрд. руб[117].

Итог к октябрю 1996: комбинат должен свыше 200 миллиардов рублей[118]. В основном, государству – в виде налогов и пеней по тем же налогам.

Кто виноват?

Нельзя обойти этот традиционный вопрос нашим вниманием.

Можно предположить, что ответ на него знал ещё осенью 1995-го года один из часто упоминаемых нами героев – заместитель главы администрации Выборгского района, председатель Комитета по управлению государственным и муниципальным имуществом Виктор Васильевич Дубинин. Афера с «инициативной группой» удалась, локомотив истории потащил Выборгский ЦБК дальше, но чувство тревоги осталось. А вдруг всё пойдет под откос. Кто будет отвечать? Оправдания были готовы. «Вовсе не хочу сказать, что мы уже пережили трудности. Сегодня трудно Выборгскому ЦБК, Светогорскому ЦБК, строительным организациям, судостроительному и приборостроительному заводам. Но у всех есть программы развития. Если у нас будет, наконец, отлаженная налоговая система, то многие вопросы решатся сами собой…»[119]. Лейтмотив «оправдательных» песен В. В. Дубинина всегда ложился на следующую строку: «Усилился налоговый пресс!»[120] (Чем-то напоминает исторические слова: «Тучи враждебные веют над нами!»).

Налоговики района, конечно, могли согласиться с главным районным приватизатором в «общих» вопросах того, что касалось объективной ситуации: «Финансовое положение предприятий и организаций осложняется неурегулированностью взаиморасчетов в экономике, в связи с чем недоимка предприятий по платежам в бюджет остается в довольно крупных размерах»[121].

Однако вот по части «налоговой системы» – не надо! На тот момент на территории Выборгского района зарегистрировано порядка 4000 юридических лиц. Да, многие плательщики продолжают уклоняться от уплаты налогов, но ничего, за всеми уследим! «По итогам контрольной работы Государственной налоговой инспекцией по Выборгскому району совместно с Выборгским отделом налоговой полиции дополнительно доначислено в бюджет налогов, предъявлено штрафов в 1-м полугодии 1995 года – 69,7 млрд. руб. За допущенные нарушения налогового законодательства привлечено к административной ответственности путем наложения штрафов 463 должностных лица…»[122]