Юрий Симоненко – Детали перманентной революции (страница 7)

Едва он вошел в кабину, нейроинтерфейс, а вместе с ним и мобильник поймали сеть. Макс тотчас связался с псевдоинтеллектом башни и сообщил о происшествии, добавив к сообщению файл записи увиденного и отчет интерфейса об отсутствии на этаже связи.

— Ну, и зачем ты туда пошел, Макс? Вот скажи мне, зачем? — вздохнув, спросила Ангелика, опершись локтями на стол и положив острый подбородок на сплетенные тонкие пальцы. Она смотрела на Макса без раздражения, как школьная учительница на нашкодившего мальчишку.

Макс промолчал, отрешенно глядя в лежавшее между ними мутное стекло.

— Ну, ладно, — продолжила тогда она, выпрямившись и положив ногу на ногу, — Ты пришел, увидел убитых полицейских под дверью… Разворачивайся и уходи! Зачем ты пошел внутрь? Кого ты думал там встретить? Айна, ждущего тебя с распростертыми объятиями и бутылкой виски? — теперь ее поза в точности повторяла вчерашнюю, с той лишь разницей, что в этот раз на ней не было брюк. Сквозь полупрозрачную поверхность стола Макс видел ее острые колени, одно над другим. Идеально прямые, немного суховатые ноги женщины были открыты до середины бедра, выше их прикрывала юбка из плотной ткани темно-синего цвета; сверху была строгая голубая блуза с высоким воротником. Короткие черные волосы Ангелики как всегда безупречно уложены в простую прическу. Рядом над столом застыла голограмма с образом из памяти Макса.

Пять минут назад он явился в кабинет управляющего директора и передал ей файл из квартиры Айна. Пока Ангелика смотрела запись, Макс молча сидел на том же месте, что и вчера, не глядя на картинку. Реакция Ангелики оказалась на удивление сдержанной. Зрелище лишь пару раз заставило ее поморщиться. Зато когда внимание Макса застыло на скульптурах, улыбнулась и коротко заметила: «Антонио Канова». Макс кивнул (по пути обратно он выяснил, чья это была репродукция).

Ему пришлось провести почти час в фойе башни, давая показания полиции, и это порядком утомило Макса. Вернувшись в офис, он отправился прямиком к начальнице, не дожидаясь приглашения (в том, что ей уже обо всем сообщили, Макс не сомневался). Ангелика приняла его сразу, предложила сесть и попросила показать видео с места происшествия. Макс передал файл, легко нарушив предписание полиции, и стал ждать, стараясь не смотреть на голограмму: ему хотелось отвлечься от пережитого, переключиться на что-то легкое и приятное. И он переключился: стал рассматривать сквозь мутное стекло острые колени и худые крепкие беда.

— Макс, ты здесь? — услышал он голос Ангелики.

— Что? — Макс оторвался от созерцания ног женщины. — …Да… Прошу прощения…

Ангелика изогнула бровь, перехватив взгляд Макса.

— Я спрашиваю: на хрена ты туда пошел? — повторила она вопрос.

— Ему могла требоваться помощь, — бесцветным голосом, наконец, ответил ей Макс.

— Кому?! Айну?! — гневно блеснула глазами женщина. — Этой свинье?!

— Да, — коротко кивнул Макс, собравшись с мыслями. — Ему. На этаже сеть не работала. Если бы Айн оказался внутри, и ему нужна была помощь, он не смог бы об этом никому сообщить. Я должен был войти и убедиться…

Последние слова Макса заставили Ангелику задуматься. Немного помолчав, она сменила тему:

— С тобой хочет встретиться Эмиль, — сказала она уже спокойно, — директор отделения нашей полиции.

— Хорошо. Буду рад помочь.

— Эмиль — та еще заноза в заднице, но придется потерпеть.

Макс пожал плечами:

— Потерплю, — сказал он, взглянув на обнявшихся девушек на голограмме. Из всего увиденного им в то утро, три грации были самым приятным впечатлением, поэтому нейросеть выбрала именно их для превью видеофайла.

Ангелика тоже посмотрела на девушек и сделала непринужденный жест узкой кистью, голограмма исчезла.

— Так чего он от тебя хотел? — спросила она, возвращая внимание Макса.

— Айн? Он написал, что не все так просто, как мне кажется… — сказав это, Макс на минуту замолчал, увлекшись изящными чертами лица женщины. В какой-то момент их взгляды встретились и он снова, как и вчера почувствовал эрекцию. Мысли его спутались, и он снова представил, как берет Ангелику там же, на столе…

Как и вчера, Максу пришлось сделать над собой усилие.

— Хотите, я перешлю вам диалог? — выдавил он, оторвавшись от ее лица и уставившись в сторону, на панораму Полиса.

— Пусть Эмиль читает… — отмахнулась Ангелика. — Я тебя не допрашиваю, Макс. И ни в чем не подозреваю. Я тебе верю, и лишь хочу понять, что на уме у нашего Иуды…

— Даже не знаю… — качнул головой Макс. — Вряд ли Айн собирался мне навредить…

Он снова посмотрел на женщину, и почувствовал новый призыв к действию, который твердо решил игнорировать. Макс сказал:

— Айн ясно дал мне понять, что мое назначение на его должность неслучайно. И, признаюсь честно, Ангелика, я и сам так думаю. Потому и поехал к Айну, чтобы во всем разобраться.

— Макс! — Ангелика серьезно посмотрела на него. — Я хочу, чтобы ты крепко запомнил то, что я сейчас скажу, — она сделала паузу и медленно кивнула, призывая Макса к подражанию. — Если впредь у тебя появятся какие-то вопросы… любые вопросы, на которые, по твоему мнению, я могла бы ответить, я хочу чтобы ты задавал их мне. Договорились?

— Да.

— Отлично. Теперь о твоем назначении. Оно неслучайно. Как и все, что я делаю в этой компании. Я имею привычку наблюдать за персоналом, и к тебе давно присматриваюсь. Как сам думаешь, стала бы я ставить на такое место кого попало?

Макс медленно покачал головой.

— Вот именно. Нет. Не стала бы…

В этот момент на терминал Ангелики поступил вызов, и она жестом попросила Макса подождать, переключившись на нейросеть и уперев взгляд в видимый одной ей экран. Макс кивнул, обдумывая услышанное.

«Черт возьми!» — сказал он себе тогда. — «Почему бы и нет?!» Почему бы ему, Максу, не быть достойным теперешнего места? В самом деле! Еще вчера он был рядовым когнитаром, пусть и пятого уровня (с пятым можно прожить всю жизнь и так и не увидеть четвертого), сегодня же он уже управляющий четвертого! Для такого повышения нужно чего-то стоить. И он стоит! Он умеет работать. Он талантлив. Тому подтверждение — Клэр. Пусть о ней никто не знает, но она есть, она существует, и он, Макс, создал ее, дал ей жизнь. И даст больше. Теперь он точно сможет дать ей больше. И не только ей. Всему миру! Перейдя на четвертый уровень, он не откажется от своих принципов!

А его неожиданная и головокружительная карьера только кстати. Вот только бы голова слишком не закружилась…

И еще… Ангелика. Эта женщина с безупречно красивыми ногами. Она ему явно симпатизировала. Играла с ним. И Макс не мог однозначно ответить на вопрос: нравится ли ему эта игра? Ему 28, она намного его старше и при этом чертовски хороша! Но она его начальник и это капкан, ловушка, попадаться в которую опасно.

И еще была Рина — девушка, которую он желал не так… по-настоящему. Макс окончательно осознал это после вчерашнего разговора.

Ангелика, закончившая разговор, прервала его размышления:

— Кофе? — предложила она Максу.

— Нет. Спасибо, Ангелика.

— Может тогда виски? — улыбнулась женщина. — Тебе сейчас не помешает.

— Нет. Я лучше пойду… Если вы не возражаете…

— Не возражаю. Иди… Хотя, постой…

Макс остался на месте.

— Как тебе башня?

— Какая башня? — спросил Макс.

— Та, в которой ты сегодня был, конечно.

— Ну… — Макс пожал плечами, не понимая, какую оценку от него ждут. — Башня как башня…

— Триста двадцать восьмой этаж. Квартира «четыре», — улыбнулась управляющий директор. — Можешь переезжать, когда будет удобно, Макс.

Пешка и Ферзь

На черно-белом игровом поле сошлись двое: черный Ферзь и белая Пешка.

Поле, где они встретились, лежало на дне глубокого каньона: темно-зеленые нефритовые скалы заслоняли большую часть неба цвета янтаря, делая его похожим на ленту. Игровое поле было пустым — вокруг никого, ни одной фигуры. Все выходы из каньона надежно перекрыты защитными кодами.

— Докладывайте, агент, — сказал черный Ферзь. Измененный программой-деформатором голос звучал так, как если бы бульдозер или паровоз из археологического музея внезапно ожил и заговорил по-человечески.

— С Айном вышла накладка, — сказала белая Пешка тоже измененным голосом, более глухим и без металлического скрежета.

— Насколько мне известно, тело этой «накладки» сейчас лежит в морге и с ним работают люди комиссара Эмиля… — проскрипел Ферзь. — Шеф Эмиль взял дело под личный контроль.

— Насчет Эмиля можно не беспокоиться… — заверила его Пешка. — Вряд ли у него получится распутать этот клубок… Человека, которому я поручил устранить Айна, нет в полицейских базах. Полиция скоро передаст тело нашему ведомству. Вот файл-отчет из полиции… — На сотую долю секунды между стеклянными фигурами открылся канал, по которому от Пешки к Ферзю устремился поток данных.

Где-то высоко над каньоном сверкнула молния, ее вспышка отразилась на поверхностях скал, отполированной до глянца шахматной доски и в стекле фигур.

— Не беспокойтесь… это протокол программы-стражника… — сказала Пешка. — Проверка подключений.

— Где сейчас этот Айн? — Ферзь не обратил внимания на последние слова Пешки.

— Неизвестно. Его идентификатор нигде не отображается. Но ячейка, в которой я работаю, его постоянно отслеживает: покушение на объект влияния, которому было уделено столько времени и сил, вызвало у подпольщиков обеспокоенность. По словам главной, сам Александр распорядился найти Айна и обеспечить его безопасность. Он им нужен живым. Так что, как только Айн засветится, я об этом узнаю, — заверила Пешка.