Юрий Силоч – То, что не убивает (страница 48)

— Ага, — легко согласился Эрвин. — Но теперь-то мы точно будем друзьями. После того, как я заявился тебя спасать.

— Не нужно мне никакое спасение. Тем более от тебя. Пошёл вон.

— Маки, не будь капризной сучкой! — поморщился Эрвин. — Бескорыстную помощь надо принимать с благодарностью.

— Не думай, что я совсем мозги потерял! — любое напряжение голоса давалось с большим трудом, но спорить с бывшим напарником не повышая тона я не мог. — Я помню, о чём мы с тобой говорили. И повторяю, твоя помощь мне не нужна. Проваливай.

— Ладно-ладно, давай так: это не помощь, а задаток. Теперь я тебя прошу о помощи. И готов достойно отплатить. Окей?

Это было интересно, но я слишком хорошо знал Эрвина, чтобы поддаться на очередную уловку.

— Не окей.

— Давай объясню, в чём дело, — скаут ожидаемо пропустил мои слова мимо ушей. — У нас с тобой сейчас одна цель. Ты хочешь найти мудаков, которые на нас охотятся, я тоже хочу это сделать. Моя затея сделать всё красиво и изящно провалилась, потому что…

— Потому что не удалось меня сдать, я помню, — съязвил я.

— …потому что провалился мой план, частью которого было ПРИТВОРИТЬСЯ, будто я тебя сдал. Почувствуй разницу.

— Нет!

— Маки, мне нужен союзник. И тебе он нужен. Теперь-то ты перестал страдать хернёй, и мы сумеем вдвоём…

— Нет!

— …как два равноправных партнёра сделать то, чего не можем по отдельности.

— Говорю же, нет! — выкрикнул я так, что в глазах потемнело. В правый висок словно вонзили раскалённую отвёртку. — Я не хочу даже видеть твою рожу. Уходи и больше не появляйся.

Пауза.

— Значит, вот так? — скаут навис надо мной, скрестив руки на груди.

— Да! Так! — запоздало промелькнула мысль, что я валяюсь тут ослабленный и неспособный сопротивляться.

— Хорошо. Договорились, — бывший напарник повернулся (я мысленно выдохнул) и направился в ту часть подвала, где располагались стол, канистра и пакет с батончиками.

— Эй! — позвал я, будучи не в силах повернуть голову, чтоб разглядеть, что он там делает. — Ты что там?.. Эрвин!

На пол возле моего левого уха с металлическим стуком опустилось нечто — и я с ужасом увидел белое эмалированное ведро.

— Мы будем сотрудничать?

— Иди нахер! — злобно выплюнул я. — Ничего мы с тобой не будем!

— И ты хочешь, чтобы я ушёл? — прищур и уверенность, с которой скаут задавал этот вопрос, наводили на мысль, что он с подвохом.

— Да! Хочу! Вали отсюда!

— Тогда-а, — протянул Эрвин, — я возьму с собой крышку этого ведра. На память о нашей дружбе.

— Ты не посмеешь, — прошипел я.

— Тебе что, жалко? — скаут прижал руки к груди в притворном потрясении. — Скотина неблагодарная! Я ему и воды, и таблетки от жара, а он… Нет, я точно ухожу. С крышкой.

Меня прошиб холодный пот от осознания, что я ещё какое-то время не смогу подняться и буду вынужден лежать рядом с… этим.

— Нет, ты оставишь крышку!

— Нет, не оставлю, — передразнил Эрвин. — Маки, богом клянусь, если ты откажешься помочь мне, я заберу её и брошу тебя лежать и нюхать всё, что ты наделал за эти десять дней!

«Десять дней?!» — с ужасом подумал я.

Выбор, конечно, сложный. С одной стороны, согласиться, пусть и притворно, стать союзником неадекватного придурка, который меня едва не угробил, а с другой… Чёрт.

— Ладно, мы можем что-нибудь придумать, — я постарался сохранить максимум пространства для маневра. — Выкладывай, чего тебе надо.

— Да того же, чего и тебе, — скаут расплылся в довольной улыбке. — Найти гадов, оторвать пару рук, продырявить пару тушек. Обычное дело. Вижу, ты даже проводил расследование.

— Да, я уже близок, — кивок усилил головокружение так, будто меня положили на карусель.

— Я бы так не сказал, — усмехнулся Эрвин.

— А я бы сказал. Я вышел на… Этих. Как их? — странное чувство — словно попробовал пошевелить конечностью, которой нет. Я точно знал, что у меня была информация, но при попытке выудить её оказалось, что память абсолютно пуста. — Э-э-э…

— Ага. Вот и я о том же, — понимающе кивнул Эрвин. — Это побочный эффект твоих таблеточек, кстати.

Я тихонько выругался и добавил:

— Ничего. Думаю, по фото и схемам можно всё восстановить.

— Ну-у-у… — выражение лица скаута говорило «Это вряд ли, приятель». — Я вижу тут пару этикеток от бутылок, портрет Нельсона Манделы, надписи кровью и… кхм, содержимым ведра. А нити — ну, знаешь… Как, например, связаны Блю Ай Фармасьютикалс с Манделой?

Пауза, в течение которой я безуспешно старался запустить заржавевшие мозги.

— Не знаю, — сдался я, когда понял, что вообще ничего не помню. — Но в этом должна быть какая-то логика. Совершенно точно.

— Уверен, что есть, но нам-то от этого не легче. Я засниму всё, может, потом разберёмся.

Пока напарник тщательно рассматривал и фиксировал схему, я заскучал и попробовал встать, но скаут заметил это и прикрикнул:

— Не вздумай! Лежи, не двигаясь. Сейчас я тебе капельницу поставлю.

«Не очень-то и хотелось», — подумал я и решил развлечься единственным доступным сейчас способом: смахнуть накопившиеся оповещения, чтоб красный значок не маячил слева-внизу, привлекая внимание. Последнее сообщение гласило, что включено приглушение болевых ощущений: моё мясо терзала жесточайшая абстиненция, и без кибернетических штук я бы сейчас, скорее всего, корчился и орал на весь город.

Напарник убрал ведро, заменив его капельницей (оставалось только догадываться, откуда он её взял), надавил ногтем на предплечье, выщёлкивая встроенный в вену катетер, и вставил иглу. Анализатор опять завис и предложил обновить драйвера.

— Пока я не залью в тебя цистерну лекарств, мы никуда не пойдём. Благо время есть. Тебе там ничего не приходило?

— Эм-м… Что ты имеешь в виду? — насторожился я.

— Отбивка от системы безопасности. Или ты и этого не помнишь? — удивился скаут. — Странно. Ты же тут устроил настоящий Форт-Нокс.

— Какая система? Какой Форт-Нокс?

— Ясно… — расстроился Эрвин. — Что ж, жаль. А я собирался тебя похвалить за яму со змеями. Они, правда, расползлись по всему зданию, но так получилось даже лучше.

— Змеи?! — глаза полезли на лоб. — Какие змеи?! Ты можешь нормально сказать, что там происходит?

— Ничего там не происходит, — успокоил меня скаут. — Отдыхай. Благодаря тебе мы тут в полной безопасности, вот и всё.

Не знаю, что стало причиной — слабость или небольшая доза успокоительного в капельнице, но я потерял всякое желание задавать дополнительные вопросы, махнул на всё рукой, расслабился и вскоре задремал.

Периодически я дёргался, и яркие картинки, подброшенные подсознанием, снова сменялись серой скучной реальностью, где всё плыло и Эрвин копошился возле стола, негромко бряцая какими-то железками. Температура упала, я почувствовал себя намного лучше.

Мне снился какой-то старый фильм. По чёрно-белому городу ездили смешные машины, и ходили мужчины в смешных шляпах, спасавшие от неприятностей роковых красоток. Почему-то я смотрел на всё через старый интерфейс стрельбы в боевом шлема скаута: красные треугольнички пометки целей, миникарта, количество патронов, разные оповещения… Одно из них повисло прямо перед глазами: красный стилизованный колокольчик трясся и издавал мерзкий звук до тех пор, пока я не проморгался и не понял, что это не часть сна.

— Что за?..

Задремавший за столом Эрвин резко выпрямился и яростно протёр глаза:

— А? Что такое?

— Тут написано «Вторжение», — прочитал я. — И предложение перейти к камерам.

Скаут выругался:

— Начинается… А ты чего ждёшь? Переходи, конечно! И мне приглашение скинь, — он поднялся и забегал по подвалу, что-то разыскивая, пока наконец не хлопнул себя по лбу, вернулся к столу и вытащил из-под него Пигги.