Юрий Шкапов – За полями, за лесами, или конец Конька-Горбунка. Сказка (страница 7)

а до Северной Земли

трассы южные легли.

На полях кому что надо,

от пшениц до винограда.

В недрах матушки-земли

толщи кладов залегли.

На основе братских уз

образован был союз:

прелесть юга, зной пустынь,

синь тайги и тундры стынь.

А всему здесь голова

и была, и есть – Москва.

Эх, Москва! Всему начало.

Ты по-разному встречала:

на руках одних качала,

величала и венчала;

от иных – одни мочала.

Но у всех мечта теплится

побывать в родной столице.

Там-то вот, в начале света,

и решил пытать совета,

и решил искать ответа,

наперёд как надо жить

(как о хлебе не тужить,

решета не зная, сита),

деревенский наш Никита.

7

Как ни прячься, ни тяни,

наступают эти дни,

дни тоски и дни тревог –

внук шагает за порог.

Хороша, легка дорога

из деревни в города.

Возвращается немного,

всё туда, туда, туда.

И чего так люди рвутся?

На асфальт с дворовой лужи?

Чтоб одеться и обуться,

подтянув живот потуже?

Теснота – милей простора,

грохот – лучше тишины…

Гарь машинного затора

пахнет слаще бузины?

Непонятно, непонятно.

Век живи и век учись.

Вот к каким «родимым пятнам»

поворачивает жизнь.

Мыслей, дум, сомнений схватки…

Дед всю злость срывал на бабке,

распалялся старый псих.

Ну потом кой-как затих.

Посчитал в уме, прикинул,

казначея-бабку сдвинул

чуть в сторонку – та кряхтит,

мол, в тряпице не ахти.

Что ж, работал не по найму

всю войну, после войны.

Облигаций всяких займов,

коль оклеить, в полстены.

Были святы те бумажки:

то – война, а то – на ГЭС.

Труд великий, горький, тяжкий…

Ну а тут попутал бес,

дед на всё махнул рукою:

эх ты, с жизнею такою! –