Юрий Серов – Воины Андеграунда (страница 3)

Начало года выдалось слякотным. Циклон унёс снега на Урал: Оренбург, Новый Уральск, Екатеринбург утопали в снегу, а над Волжском светило солнце, стояла плюсовая весенняя температура, радующая горожан и порождающая разговоры о глобальном потеплении. Впервые за историю Волжской области аномальная погода достигла пикового предела и продержалась без малого неделю.

В один из погожих зимних дней Андрей Данилович Павлов, бывший губернатор, а ныне преуспевающий бизнесмен, владелец ресторанов «Луна», ожидал у себя собеседника. Встречу назначили в излюбленном месте волжан – кофейне «Марсианка» на Самарском проспекте, в месте скопления стеклянных высотных зданий и офисных центров, где работала основная прослойка частных предпринимателей и директоров компаний. Собеседник, Алексей Юрьевич, обладатель нескромного состояния и сети заправок «Волга нефть» опаздывал от назначенного времени на двадцать минут.

Павлов поглядел на часы, прикидывая какие дела перекинуть и какие встречи перенести на завтра. Он до ужаса не любил, когда выстроенный на неделю вперёд график, переносился из-за чужих ошибок, к коим относил и опоздания, и незнание материала на переговорах, и пустую трату времени. Андрей Данилович считал, что деловой человек не должен ни при каких обстоятельствах опускаться ниже допустимой планки. Доверие в сфере бизнеса теряется быстро, а возвращается редко.

За окном кофейни кипела жизнь. Ходили прохожие, гудели автомобили, Самарский проспект напоминал турецкий базар. Павлова удивило, как в разгар дня люди умудрялись находиться на улице. Не на работе, не на учёбе, не на службе, а на прогулке. Волжане были неторопливы, не спешили, и создавалось впечатление, что в городе выходной.

Андрей Данилович почесал аккуратную бороду-канадку и попросил бариста приготовить второй капучино, продолжая наблюдать за горожанами. Официант принёс кофе, и в этот момент в дверях показался Алексей Юрьевич. Поигрывая брелком от авто, он вошёл в помещение, подождал, пока глаза привыкнут к полумраку, направился к Павлову, поздоровался и сел напротив. Освоился, крикнул, чтобы принесли минералки, и пожаловался на затор.

– Пробки, повсюду чёртовы пробки, – сказал он. – Совсем, как в Москве или в Питере. Машин больше, чем муравьев в муравейнике. Скоро по тротуарам ездить начнут. Дали людям волю.

– Алексей Юрьевич, давайте ближе к делу, без лирических отступлений. Вы и так опоздали, так ещё пустые разговоры начинаете. Какая тема разговора? Если по поводу продажи ресторана, то моё мнение не поменялось. Я категорически против…

– Нет-нет, – перебил собеседник. – Ресторан оставим до лучших времён. Я приехал сюда по другому делу. Слышал, что вы финансируете проект по созданию подземного города для отбросов общества.

– Откуда вам известно? – Экс-чиновник побледнел и глотнул кофе, чтобы скрыть волнение. – Это секретная информация и доступна избранным.

– Успокойтесь, Андрей Данилович. Любой секрет в России покупается и продается за определённую сумму. Я не стану называть имён, скажу только, что заплатил немного, сущие копейки. Но и это не главное. Я приехал в Волжск со специальным заданием, касающимся вашего хобби.

На лице Павлова, хмуром и недовольном, появилась заинтересованность.

– Вы что-то знаете о моём хобби?

– Кое-что знаю. – Алексей Юрьевич улыбнулся официанту, поставившему перед ним стакан «Волжской минеральной». – Также есть информация, что вам известен отличный специалист в этой области, который поможет проекту в проведении опытов.

– В опытах? – удивился Павлов.

– Всё верно. Можете ознакомиться.

Собеседник достал из папки бумаги и протянул Андрею Данилович. Тот вздохнул, взял листы и несколько минут изучал. По окончании чтения руки Павлова тряслись, будто под напряжением.

– Это возмутительно, – сказал он, швырнув бумаги обратно. – Подсудное дело!

– Исключено. Знаете, кто взял проект под контроль? – Алексей Юрьевич взял со стола салфетку, вынул из кармана ручку, написал фамилию, показал и уничтожил улику, порвав на мелкие клочки.

– Изумительно. Выходит, куратор некто иной, как сам…

– Тише-тише, не надо криков и эмоций. Продолжим. Я хочу видеть вас в проекте на прежних условиях и на равных с остальными участниками и спонсорами. Вы заплатите предварительный взнос, прописанный контрактом, и познакомите нас со специалистом. Вряд ли когда-то представится шанс попробовать силы, подумайте.

Павлов не дал согласия и попросил время на раздумье. Алексей Юрьевич кивнул, залпом выпил минералку, оставил визитку и попрощался.

Андрей Данилович задумался, раскладывая по полочкам полученную информацию. Он колебался, понимая, что вмешивается в серьёзное дело, за которым стоят непростые люди, осознавал риск и боялся за семью и детей. Однако его имя фигурировало в списке участников, и дать обратный ход означало полную капитуляцию.

Вечером, когда дела устаканились, встречи закончились, Павлов заперся дома в кабинете и включил ноутбук. Жену и дочек он решил отправить в путешествие по Европе до конца августа (подходящие туры отыскались в один клик), а сам прикрылся Международной конференцией бизнеса (заканчивалась в начале осени) и подал заявку. Придумав алиби, набрал телефон Алексея Юрьевича и сообщил о согласии.

– Принято, – ответил голос в мобильнике.

Николай проснулся от холода. В секунды, когда организм встрепенулся и вырвался из пелены сна, показалось, что он ослеп, но слабые очертания труб над головой, успокоили панику. Пробежавшие по телу мурашки возвратили мозг в реальность. Проявились признаки похмелья: раскалывалась голова, желудок ворчал вулканом и норовил совершить извержение. В нос ударили запахи сырости и затхлости.

– Эй! Есть здесь кто-нибудь?! – крикнул художник в темноту.

– Кто-нибудь… нибудь… – вторило эхо.

Художник сел, принял вертикальное положение, но не ступил и шагу, как нога поехала, и он упал, содрав со спины кожу. Следующая попытка оказалась удачнее. Ощутив под собой твердую поверхность, Коля продвинулся вперёд на пару шагов и замер, нащупав препятствие. Он попробовал обойти, наступил на что-то хрупкое и отпрянул назад. Послышался шорох, и нечеловеческий крик напугал Николая, заставив вжаться в холодную стену. Художник зажмурился, ожидая удара, и часто задышал, не в силах справиться со страхом, рвущимся наружу. Похмелье вмиг отпустило.

– Кто здесь? – прошептал Коля. В горле пересохло, и образовался комок. – Витя ты?

– Это я, – ответила темнота голосом Витька. – Ты мне кисть отдавил. Я внизу, подними меня.

– Погоди, переведу дух. Напугался до грязных штанов. Темно, страшно… Видать, вчера здорово приняли. Как мы здесь очутились?

– Вообще без понятия. В памяти полный провал. Даже не предположу.

– Зажигалка есть?

– Спички должны быть.

Витёк зашуршал в карманах в поисках спичек и отыскал коробок. Чиркнул спичкой, и они осмотрели помещение, в котором находились.

– Похоже на тоннель метро, – сказал Витя. – У меня брат строил метрополитен в Москве, присылал фотки. Очень похоже.

– Не исключено, – согласился Николай. – Позади тупик, остается идти вперед, без вариантов. Тот, кто нас сюда бросил, всё рассчитал. Спичек много?

– Коробок полный. Если будем экономить, хватит надолго. Тронулись.

Художник помог приятелю подняться, и они пошли. Под ногами хлюпала грязная жижа, на стенах и потолке висели слизь и тряпки болотистого цвета, толстые крысы бегали по полу, сверкали красными глазками и пищали, наводя мандраж на взрослых мужчин.

Здесь, в подземелье, они напоминали откормленных домашних котов, но не толстых, а упитанных и играющих мускулами. Коля подумал, что отделался испугом: «котятки» могли перегрызть горло, когда они были в отключке.

– Ты помнишь хоть что-то после «Калинки»? – спросил Николай. – Мы сидели или двинули на улицу? У меня в памяти провал.

– Момент, когда ты сел рядом с пивом – отчетливый. Выпили водочки, поели пиццы, о жизни поговорили, а дальше туман. И как сюда попали, не представляю. Мы очнулись в тупике: ни окон, ни дверей, ни люка наверху.

– Да, дела. – Художник улыбнулся, и при тусклом свете спички, окружённого тьмой, получился эпизод из фильмов жанра «хоррор». – Я бы не назвал это тупиком. Туннель куда-то ведёт, вполне вероятно, нас принесли оттуда и бросили здесь. Но зачем? Какой в этом смысл? Не понимаю.

– Возможно, не всё так просто, – ответил Витёк.

Они полчаса волочили ноги и отчаялись, когда содержимое спичечного коробка заканчивалось, как вдруг туннель свернул резко влево, и перед горе-выпивохами возникла железная дверь с табличкой «Добро пожаловать» и чёрным черепом наверху.

– Оригинальное добавление к надписи, – заметил Витя. – Зайдём в гости?

– Давай вернёмся обратно, – пошутил художник.

Они толкнули дверь и заглянули. То, что увидели, повергло в шок обоих любителей заложить за воротник.

Пять или шесть лет назад Николай смотрел по телевизору американский художественный фильм «Разрушитель», действие которого разворачивалось в мегаполисе Сан-Анжелесе в далёком будущем. В домах и небоскрёбах проживали обыкновенные люди, а в канализации бурлила жизнь и строился собственный город, где обитали жулики, воры, бандиты, экстремисты и прочие криминальные элементы, боровшиеся против сложившейся системы власти.