Юрий Розин – Демон Жадности. Книги 6 (страница 20)

Подсчитывая в уме итоги, я с горькой усмешкой констатировал: покупать реликвии за пурпур было куда менее выгодно, чем за золото. И все же, переведя все эти потраченные миллиарды в эквивалентную энергию для Маски, я получил внушительную цифру — более сорока миллиардов пурпура.

Я стоял на почти пустой улице, глядя на первые лучи солнца. Груда купленного антиквариата будет отправлена в поместье Шейларон. В кармане лежал контракт с Фалианом. Впереди была церемония с принцем.

Элиан смотрел на меня с смесью восхищения и ужаса от того, сколько мы с ним обошли за эти два дня.

— Господин, мы закончили?

— На сегодня — да, — кивнул я. — Отведи меня обратно в поместье.

Я уже почти смирился с тем, что эта ночь не принесет ничего, кроме горы полезного, но безликого хлама, как вдруг в ушах зазвучал звон. Не просто сигнал ценности, а чистый, высокий и настойчивый зов. Он был таким ярким и «вкусным», что у меня буквально потекли слюнки. Вся усталость как рукой сняло.

Я резко развернулся, заставив Элиана, дремавшего на ногах, вздрогнуть и выпрямиться.

— Господин? Что-то не так?

— Молчи и следуй за мной, — бросил я через плечо, уже двигаясь в сторону, откуда доносился зов.

Он шел с окраины района, почти с самой границы Базара. Я почти бежал, продираясь через полутемные переулки. Зов усиливался с каждым шагом, превращаясь в навязчивую мелодию, которая тянула меня за собой.

Наконец, я нашел его. Небольшую, убогую лавчонку, зажатую между двумя массивными складами. Вывеска была настолько старой и выцветшей, что прочесть название не представлялось возможным. Но звон, тот самый, желанный звон, бился из-за ее дверей, как пойманная птица.

Я резко распахнул дверь, заставив колокольчик над ней залиться истеричным трезвоном. За прилавком, заваленным всяким бесполезным старьем, дремал тощий лавочник. Он поднял на меня глаза, полные сонного раздражения.

— Выбирайте, — буркнул он и снова опустил голову. Похоже, то, что лавки на Имперском Базаре обязаны были работать круглосуточно, его не слишком радовало.

— Мне нужно то, что у вас на складе, — выпалил я, едва переводя дух. — Прямо сейчас.

Лавочник снова поднял взгляд, на этот раз с нескрываемым подозрением.

— Склад закрыт. Не для посетителей. Что вам нужно?

Я стиснул зубы. Я чувствовал сокровище где-то там, за этой тонкой перегородкой, но не мог точно определить, что именно. Мои способности указывали направление, но не давали картинки.

— Я не знаю, что именно, — сквозь зубы признался я. — Но оно там. Принесите… принесите все, что у вас есть на складе. Все подряд.

Лицо лавочника вытянулось.

— Молодой человек, у меня там полторы сотни ящиков! Вы с ума сошли?

— Я обязательно куплю то, что ищу, и заплачу сверху. Просто начните выносить. Я скажу, когда найду то, что мне нужно.

Лавочник, ворча себе под нос о причудах богатых бездельников, нехотя поплелся вглубь лавки и скрылся за занавеской, ведущей в подсобку. Через минуту он вынес первый предмет — потрескавшийся глиняный кувшин.

— Не то, — мгновенно отрезал я, даже не глядя. Звон от него не исходил.

Он принес ржавый шлем с отломанным гребнем.

— Дальше.

Разбитый циферблат какого-то древнего прибора.

— Не то.

Так продолжалось еще минут десять. Лавочник выносил одну рухлядь за другой, его лицо становилось все мрачнее, а мое нетерпение росло. Я уже готов был предложить ему денег, чтобы он просто пропустил меня на склад, когда дверь в лавку снова открылась, и колокольчик звякнул, возвещая о новых посетителях.

Я машинально обернулся, чтобы оценить, не помешают ли они моим поискам, и замер. Словно кто-то выдернул вилку из розетки, и все внутри меня отключилось. Усталость, раздражение, навязчивый звон — все это растворилось в одно мгновение.

На пороге стояли две женщины. Одна — пожилая, с лицом, испещренным морщинами, но с пронзительным и умным взглядом, одетая в строгое платье из темного шелка. А рядом с ней…

Глава 11

Та самая блондинка. Та, что я видел тогда в парке, у резиденции Шейларон. Та, чей образ всплыл в памяти как вспышка света в сером тумане рутинных дел.

Она была одета в простое, но элегантное платье небесного цвета, которое подчеркивало ее стройную фигуру. Светлые волосы были убраны в небрежный, но оттого не менее очаровательный пучок, из которого выбивались несколько прядей.

Ее глаза, большие и ясные, с любопытством обводили лавку, и когда ее взгляд скользнул по мне, во мне что-то екнуло. Я стоял, не в силах пошевелиться, охваченный смесью острого удивления и странного, давно незнакомого восторга.

Лавочник, державший в руках очередной пыльный артефакт, застыл с открытым ртом, глядя на новых посетительниц. Даже Элиан, стоявший у двери, замер, впечатленный их появлением.

Она была прекрасна не той вычурной, упакованной в дорогие ткани и бриллианты красотой, к которой я привык на светских раутах. Ее красота была иной — хрупкой, почти неземной, словно она была соткана из солнечного света и утреннего тумана. Казалось, любая грубость могла ее расколоть, как хрустальный кубок.

Мой прямой, ничем не завуалированный взгляд заставил ее смутиться. Легкий румянец выступил на ее щеках, а в уголках губ заплясали очаровательные ямочки.

Она опустила глаза, а потом снова подняла их на меня и улыбнулась — стеснительно, но искренне. Это была такая простая и чистая улыбка, что у меня защемило где-то глубоко внутри.

— Как ты смеешь так нагло пялиться, плебей! — резкий, как удар хлыста, голос пожилой женщины вернул меня в реальность.

Я перевел взгляд на нее. Ее лицо искажала гримаса отвращения и гнева. Она шагнула вперед, заслоняя собой девушку, словно наседка цыпленка.

— Это же дочь герцога Мерланта! Ты, неотесанный грубиян, не смей осквернять ее своим похотливым взглядом!

Мерлант. Мозг, натренированный неделями зубрежки гербов и родословных, мгновенно выдал справку.

Герцогский дом. Императорская фракция. Семья матери правящего императора. Фактически, самый могущественный и влиятельный род в Роделионе после самого императорского семейства.

Любой другой на моем месте, услышав это имя, вероятно, обделался бы от страха. Мне, в реальности действующему офицеру Коалиции, бывшему пирату и человеку, чья жизнь не зависела ни от чего, кроме древнего артефакта, как я теперь понимал, уровня Мифа, на это было глубоко наплевать.

Однако разрешить недопонимание все-таки стоило, тем более что я собирался в будущем как можно чаще и как можно ближе пересекаться с одной конкретной предствительницей главного герцогского дома Роделиона.

Я не оправдывался и не огрызался. Вместо этого я принял ту самую позу, которую месяцами отрабатывал перед зеркалом — легкий, почтительный наклон головы, взгляд, устремленный чуть ниже глаз собеседника, чтобы выразить почтение, но не подобострастие.

— Приношу свои самые глубокие и искренние извинения, — мой голос зазвучал мягко и учтиво, я вложил в него всю вышколенную гильомовскую галантность. — Виной тому лишь ослепительное сияние, что исходит от вашей спутницы. Оно способно лишить дара речи и заставить забыть все приличия даже самого благовоспитанного человека. Позвольте мне, как джентльмену, исправить свою оплошность. Смею ли я осведомиться, как зовут ту, чья красота способна затмить само солнце Гиробранда?

Я видел, как глаза девушки вспыхнули от удивления и явного интереса. Ей, очевидно, надоели традиционные, заигранные комплименты придорных кавалеров. Мой же подход — сначала грубая прямота, а затем столь же прямая, но изысканная лесть — явно пришелся ей по вкусу. Пожилая женщина снова открыла рот, чтобы излить новую порцию гнева, но девушка мягко коснулась ее руки.

— Далия, — произнесла она, и ее голос оказался таким же легким и мелодичным, как я и представлял. — Меня зовут Далия.

— Далия, — повторил я, растягивая имя, давая ему прозвучать в тишине лавки. — Имя, достойное поэмы. Оно столь же прекрасно, как и его обладательница.

Затем я выпрямился во весь рост, снова приняв вид скромного, но знающего себе цену аристократа.

— А я — Гильом фон Шейларон. Человек, который вскоре, если небеса не будут к нему столь же суровы, как вы, мадам, получит из рук принца Лиодора орден Имперского Огненного Орла.

Эффект был мгновенным. Пожилая женщина, чье лицо еще секунду назад пылало негодованием, резко изменилась в лице. Ее взгляд метнулся от моего лица к моей одежде, словно пытаясь найти подтверждение моим словам.

Гнев сменился настороженностью. Сын маркиза, да еще и будущий кавалер одной из высших наград империи — это был совсем другой уровень, нежели просто случайный парень с улицы.

С герцогским домом Марлант маркизату Шейларон, конечно, было не тягаться ни во власти, ни во влиянии, но делать из меня врага просто за небольшое недоразумение тоже было бы глупо.

— О, простите меня, юный господин! — тут же заулыбалась она, делая реверанс. — Я не узнала вас! Я была груба, позволила эмоциям взять верх над разумом! Умоляю, простите старую дуру!

Я милостиво кивнул, делая вид, что принимаю ее извинения.

— Не извольте беспокоиться. Ваша ревностная защита вашей подопечной делает вам честь. — Затем я снова повернулся к Далии, но на этот раз мой взгляд был вежливо-заинтересованным, без прежней наглой прямоты. — Что привело вас в столь… нетривиальное место, леди Далия?