Юрий Романов – БЕРЁЗКА (страница 2)
Но всё хорошее, как говорят взрослые, всегда заканчивается невовремя. Однажды Жасмин пришла грустная и сообщила мне, что завтра они уезжают, так как папу куда-то переводят. Её тихо произнесённые слова меня очень расстроили. На следующий день я сделал ей подарок. На большом портрете она улыбалась, а мои грустные глаза, отражённые в нашем трюмо, смотрели прямо на неё.
Через некоторое время моего папу тоже перевели в другую часть, и свою учёбу я уже продолжил на Северном Сахалине – в городе Смирных. Там папа познакомил меня с художником нашей воинской части – Дурициным, который научил пользоваться масляными красками и показал некоторые приёмы художников.
Время шло, и как-то раз в очередном письме бабушка сообщила, что дедушка заболел и ему сделали операцию. На этом основании папа попросил перевод… Его просьба была удовлетворена, и уже к новому учебному году мы прибыли домой в Хлебниково.
Старое здание деревяшки к тому времени уже снесли, а на его месте красовалась четырёхэтажная кирпичная школа. По прибытию меня сразу определили в десятый «А» класс, видимо, памятуя, что раньше (в бывшей школе-деревяшке, ещё в младших классах) я учился тоже в «А». Все в этом прежнем классе как-то повзрослели, и я, кроме нескольких парней, не узнал никого. Это были мои знакомые, которых, в соответствии с тогдашней местной странной традицией младших классов, когда-то лихо колотил. В этой школе я скоро подружился с Олегом Цукановым из нашего класса. Он немного заикался, но был интересный и верный товарищ.
Из девчонок я вообще не узнал никого. Они, изменив причёски, сильно повзрослели. Стали более привлекательными, но одна из них, шатенка, была особенно хороша! Она внешне на порядок превосходила других. Плюс великолепная фигурка и большие ярко-синие глаза на прекрасном загорелом лице…
Как позднее поведал мне старый знакомый Юлий Швец: «Это Берёзка — фамилия такая! Она из нашего класса и только одним своим внешним видом и манерой держаться сводит парней с ума… Одним словом, как в том легендарном фильме — отличница, комсомолка, спортсменка, да и просто красавица! Наши парни поголовно в неё влюблены! Да и не только нашей школы, но и соседних школ области. Особенно настойчиво и открыто волокутся влюбленные — Пелёнкин с Матковским из нашего класса и Пильчин с Валуевым из десятого «Б». Хотя в принципе эти парни, в общем, ничего, … но уж слишком заносчивые».
Юлий рассказал мне, что в нашей школе девочки почему-то прозвали меня Аленом Делоном. Я не обиделся, потому что тогда ничего о нём не знал. Да и называли они меня так только между собой.
Юлий Швец жил рядом с моим домом, поэтому по пути в школу часто заходил за мной. Он собирал комсомольские взносы и, видимо, знал все школьные сплетни. Юлий не был любителем досужих разговоров, но часто упоминал о любви других ребят к Берёзке. Создавалось впечатление, что и сам он неравнодушен к ней.
Однажды я спросил Юлия:
– Откуда ты решил, что почти все парни в нашей школе влюблены в Берёзку?
– Да у них же у всех её фотография в комсомольском билете!
– Но вот, например, у меня и у тебя фотографии ведь нет!
– Ну, Серж, ты меня недооцениваешь, – и, раскрыв свой комсомольский билет, показал её фотку…
Я тоже был к ней неравнодушен, но скрывал чувства даже от себя, боясь утонуть в море влюблённых. При редких встречах я старался держаться спокойно. Честно говоря, это было непросто, и каждый раз я боялся, что мои глаза выдадут мои чувства.
Однажды она, проходя мимо меня, быстро вручила мне какую-то бумажку. Я весь напрягся, но, раскрыв записку, увидел какие-то закорючки. Сообразив, что это какое-то зашифрованное послание, через некоторое время я, сильно озабоченный содержанием записки, сам попросил Берёзку написать ещё что-нибудь. Она написала и также скрытно передала мне. Опять для меня это были какие-то каракули…
Прошло время. Как-то перед майскими праздниками ко мне подошёл Геша Сотников:
– Привет, Серж! Мы с моей Лилей решили съездить на ВДНХ, так сказать, на открытие летнего сезона. Не составишь ли ты нам компанию?
– А что… Погода отменная – согласен и спасибо за приглашение! Лиле привет!
– Тогда встречаемся послезавтра на Савеловском вокзале ровно в одиннадцать…
Чтобы не оказаться одному, мне удалось встретиться и переговорить с моим двоюродным братом Анатолием. Согласно договорённости, мы с ним в назначенное время уже стояли на Савеловском, внимательно вглядываясь в прохожих. Вдруг за спиной я услышал голос Геши:
– Серж, привет! Рад тебя видеть! – мы повернулись.
От увиденного я опешил, передо мной стояла ОНА – Березка и Гоша с Лилей. Несколько секунд я молчал, а затем, поздоровавшись, представил брата...
По выставке я ходил каким-то заторможенным, но при расставании Берёзка незаметно сунула мне в руку новую записку.
Дома, разложив на столе записки и анализируя обстановку, время, события и слова, сказанные ею в мой адрес, я пытался понять, как они могут быть связаны с посланиями и помочь расшифровать её шифровки. Вдруг, разгадав несколько букв, я понял смысл последней зашифрованной записки – «МАЗИЛА».
Глава 2. За гранью разумного
Как говорится, всему своё время. Для нас настало время изучать технику танца, а не просто двигаться в одиночку или группой, изображая безумца. С возрастом парный танец становится более интимным и позволяет делиться личными мыслями, не привлекая посторонних ушей. Эту благородную миссию неожиданно взяли на себя соседские девушки, которые были старше нас. Я узнал о бесплатных «курсах» от своих друзей, с которыми дружил с детства. После седьмого класса они пошли в профтехучилища, но иногда заходили ко мне. Однажды они пришли и уговорили меня присоединиться к ним.
Через дом от меня жила тётя Маруся с дочкой Лидой. У Лиды было много подружек, старый патефон и много довоенных пластинок. Удивительно, но к ним и их музыке на террасу тянулась молодёжь из соседних домов. Улица сразу оживилась. На эти воскресные танцы стали приходить даже девушки из Москвы. Меня они не интересовали, но мои друзья, с которыми я постоянно общался, сильно увлеклись одной из них. Её звали Рая.
После нескольких уроков Лиды я освоил основные движения и прекратил посещать эти курсы, полностью погрузившись в живопись.
В одно из воскресений на мою террасу пришли друзья с патефоном. Они попросили разрешения «приютить» их на время. Оказалось, у тёти Маруси только что покрасили террасу, и сильный запах краски не позволял там танцевать, а одежду можно было испортить. Вскоре пришли Лида, дочь тёти Маруси, и Рая.
Светловолосая девушка с короткой стрижкой была очень привлекательной. У нее была отличная фигура и хорошие манеры. Она прекрасно танцевала, и от парней не было отбоя. Среди других девушек она выделялась, и к ней выстраивалась большая очередь. Я не танцевал, потому что заканчивал картину «Последний день Помпеи».
Лида подошла ко мне и спросила:
— Серж, почему ты не танцуешь?
Я ответил, что должен закончить картину.
— А я бы на твоём месте Раю у ребят отбила! — добавила она.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.