Юрий Ра – Знаменосец забытого бога 2 (страница 39)

Так что Тимур видел вокруг себя сугубых индивидуалистов. На международных соревнованиях, там может всё быть иначе, там кругом враги-иностранцы, там честь флага и сильные товарищи, которые все как один. А тут одна кака. Не задирают, не гнобят пятнадцатилетнего юниора, и то ладно. Кстати, прозвище «чемпион» тут к нему не приклеилось, на общем фоне он своими показателями не выделялся. Хорошо хоть рост не подкачал, со стороны не смотрелся шибздиком, спасибо зарядке и наследственности.

Игорь Гаврилович уже спрашивал, в какой одежде он будет выступать на Кубке – это обнадёживало, значит из команды его не списывают. Так что и Тимур обнадёжил тренера, мол не будет белой вороной на общем фоне. То есть будет в белом, как все уважающие себя лучники. А в чём будут его сокомандники-динамовцы, Тимуру до лампочки. А вообще, это хорошо, когда про такие мелочи разговор заходит. Это прямо маркёр, что у него началось получаться.

К концу сборов и старший тренер не мог не признать, что пацан, засунутый в его команду чуть ли не против воли вполне ничего, если не подведёт, если не сорвётся. Но вслух он этого не говорил, не желая раздавать авансы своим подопечным. По его мнению, тренер должен ругать, а хвалят пускай судью. Метод кнута тренер старой закалки выучил, а про пряник ему ничего не рассказали. Наступивший июнь старательно топтался не только по выпускникам, готовящимся к Кубку СССР стрелкам из динамовской команды тоже приходилось напрягаться. Немного успокаивало одно – самые сильные уехали, значит им будут противостоять самые несильные соперники. Такие же как они сами.

Глава 23 Фирменная упаковка

После финальной тренировке перед Кубком начальник команды и старший тренер построили всех семерых спортсменов в ряд и встали как сержанты перед залётчиками. Они примерно с таким же значительным видом осматривали своих бойцов, пытаясь усилить эффект тех слов, которые будут сказаны. Тимуру эта пауза казалась дешёвыми понтами или проявлением синдрома вахтёра. Ну решили вы, кого повезёте, так озвучьте решение и дело с концом. Но нет, пока не сказаны главные слова двое отсеянных еще в их воле, судьбы всех семерых в этих вот руках! Потому, наверное, говорилось много разных слов, кроме главных. У начальника команды был хорошо поставленный бас, которым он умело утомлял своих жертв.

Тимур вообще не переживал по поводу себя, он надеялся на счастливый случай. Даже не надеялся, не уверовал, а точно знал: по договору у него еще четыре года везения, и точка. Если правильнее ему попасть в команду – попадёт. Если лучше для здоровья, чтоб вылетел, так вылетит. Без вздохов, без сожалений, без вздохов сожалений и воплей проклятий. Без всего того, что так любят описывать писатели девятнадцатого века. Блин, а что вы хотели, кроме Дюма-отца в электричке ничего не читалось.

Его результат оказался лучшим в команде, всё из-за ветра. Вернее, по причине его отсутствия. Впрочем, Тимур теперь и в ветренную погоду показывает неплохие результаты. Но что значат результаты стрельб, когда всем рулит политика! Скажет главный, что кандидат не внушает надежд, и всё – кандидат остаётся дома. Результат даёт, а надежд не внушает, оказывается, в советском спорте случаются и такие истории.

А с международными соревнованиями вообще беда – там кроме результатов и надежд нужно еще и политическую грамотность показывать. И не быть подозрительным субъектом. А то вдруг у тебя мама неправильной национальности? Если ты из всеми гонимого народа, то иди в науку, снимай кино, пиши книжки. А международные соревнования, да еще в упаси-боже капиталистических странах, это всё не для тебя. Видали мы таких жертв пятого пункта, требующих политического убежища. Приедет такой мастер спорта на чемпионат мира, сбежит к врагам, а потом рассказывает всем, как его расстреливали по субботам за черту оседлости. Еще и в очереди заставляли томиться, сначала на расстрел, потом на благоустроенную отдельную квартиру.

- … и наконец пятым членом команды, понимаешь, будет Чирков. – Ой, Тимур всё пропустил, тут уже весь состав озвучили, пока он глобально мыслили. – Чирков, не вижу радости в глазах!

- А чего радоваться, товарищ тренер. Сначала результаты на соревнованиях, а потом радость!

- Вот! Что значит комсомолец-активист, понимаешь! Учитесь у товарища… - дядька долго подбирал подходящее слово, - пониманию требований руководства и Партии.

Слово-паразит в устах начальника звучало чаще, чем артикль на букву «б» на стройке. Вполне вероятно, это был артиклезаменитель. Его воспитание не позволяло говорить с подающими спортсменами живым русским языком, приходилось пользоваться литературным.

- Ага, легко быть активистом с такими родителями. Или кто там его двигает, этого вашего гонщика. С «Ямахой» бы и я изобразил. – Судя по тону, высказался один из двух некуда не уехавших пассажиров.

- Добрынин, не тебе жаловаться! Тренер с тобой третий год возится, а очков выбиваешь меньше, чем молодой пацан, всего год отзанимавшийся всерьёз. Талант нужно иметь и трудолюбие, тогда и «Ямаха» не нужна будет.

- Ну да, а давайте тогда все будем из Львовских пулять. Результаты будут на загляденье!

- Отставить шуточки! Какая наша главная цель?

- Наша цель – коммунизм! – Глумливо подсказал кто-то.

- Верно сказано, товарищи! Коммунизм наша цель на перспективу. А на предстоящих соревнований нужно показать себя, выполнить нормативы на следующие разряды, а может, и на звания. Занимать пьедестал почёта – это здорово, но пока к вам такое требование никто не предъявляет в командном зачёте. Хотя было бы хорошо. А вот в личном – старайтесь, это было бы совсем здорово.

Насчет «Ямахи» - дело было не в мотоцикле, просто папа по совету Игоря Гавриловича и с помощью каких-то знакомых купил, вернее достал любимому сыну японский дорогущий лук знаменитой фирмы, которая, как оказалось, делает не только мотоциклы. Сколько стоит лук, он Тимуру говорить не стал, маме тоже. Но намекнул, что дороже «Минска» и дешевле «Урала». Мама ничего не поняла, сын примерно понял – дороже трёхсот и дешевле тысячи. Нифига себе заявочка!

Год отзанимался всерьёз Тимур только по документам своего тренера, но это их маленький секретик. Вон стоит в сторонке Гаврилыч и лыбится. А чего б ему не лыбиться, когда он аж до второго тренера на соревнованиях союзного уровня дорос, воспитанника вывел туда же. Еще немного, и категорию повысят, а это не только почёт и уважение, это пятнашка к зарплате. В месяц пятнашка, а за год сто восемьдесят набирается – очень заметная прибавка к заработку для отдельных категорий советских граждан.

Тимур читал в какой-то юмористической книжке, что в СССР граждане делились на три основные категории: просто граждане, люди и товарищи. У всех были разные ареалы обитания, не географические, а социальные, разные доходы и возможности тоже разные. Больше всех «зарабатывали» люди, самые большие возможности были у товарищей. Попав в эту эпоху, Тимур осознал, как прав был тот писатель. Реально как в разных мирах живут. И не смешиваются, как вода и масло в одной ёмкости.

- Отсеявшиеся могут быть свободны, - продолжал старший тренер, - а вас ждёт короткий инструктаж и дальше встречаемся уже послезавтра на Ярославском вокзале.

- Как на вокзале? Почему на вокзале? А чего, не полетим? – Сразу куча дублирующихся запросов была сгенерирована спортсменами. Вот только она не смогла перегрузить дуракоупорную психику начальства.

- С Ярославского вокзала отправляются поезда, в нашем случае дальнего следования. Самолёты от него не отправляются, понимаешь. Так что да, вы правильно догадались, поедем по «железке». Авиабилетов нету. Лето, все бросились летать, время отпусков, понимаешь.

Все сиявшие еще минуту назад избранные слегка приуныли, словно им было не всё равно, каким транспортом добираться до Улан-Удэ. Как по мнению Тимура, так пара дней в поезде – вполне такое маленькое приключение. Или сколько дотуда дней ехать? За четыре дотащатся? Подумаешь, четыре дня в не-пойми каких условиях без душа, зато с пованивающим общественным туалетом, с очередью в него, с духотой или сквозняками от открытого окна…

- Купе хоть будет? – Не выдержал он.

- А вот тут нам повезло, буквально перед нами сняли бронь. Опять же в руководстве не совсем уж звери, разрешили оплатить за купейность. Так что поедем как белые люди. Как раз нас восемь человек, получается два купе. И главное, не забывайте свои луки! – Пошутил начальник команды.

А Тимур подумал, что этот человек скорее всего и есть самый бесполезный человек из всех восьмерых. Какой с него толк? Со снарягой не поможет, совет дельный не даст. Разве что про политику партии задвинет, когда не просят, про долг каждого комсомольца. Вслух он про эти моменты шутить зарёкся, это местные хроноаборигены в реалиях ориентируются как рыбы в воде. А он не очень сечёт нюансы, может налететь. Вообще всё не очень понятно даже изнутри: с одной стороны, вроде как борьба с инакомыслием и всесильный КГБ, который типа за всеми подслушивает и везде свои глаза имеет. С другой стороны, все рассказывают политические анекдоты, глумятся над идеологией и каждый второй циник. Причём анекдоты в одной и той же компании то можно рассказывать, то нельзя категорически. Хрен их разберет, этих местных.