Юрий Ра – Знаменосец забытого бога 2 (страница 34)

- Да ладно вам, с каждым может случиться! – Заступилась Загурная. Не по велению комсомольского долга и чисто от души.

Тимур засунул учебник, тетрадку и ручку в портфель и спокойно вышел. Вариантов всего три: или опять наезд от классной, или письмо из Федерации, или что-то еще.

Оказалось второе. Чирков это сразу понял, когда зашёл в кабинет, и директор предложил присаживаться.

- Садись, Тимур, разговор не на одну минуту. – Директор сказал так, словно не в этом самом кабинете снимал стружку по четверти часа с учеников, не предлагая им присесть. – Зачем я тебя вызвал, догадываешься?

- Хотите на доску почёта повесить, Олег Ольгертович?

- Что? Нет, хотя тоже можно. Даже уместно может быть. Если всё это правда.

- Что правда? – Тимур был не из тех, кто сам на себя вываливает компромат, то есть не из болтливых.

- Да вот из Федерации спорта пришло письмо, просят тебя отпустить на соревнования по стрельбе из лука. Ты что-то про это знаешь?

- Ну да, знаю. Я за «Динамо» выступаю, кандидат в Мастера спорта.

- Вот-вот. Честно сказать, как твою фамилию увидел в письме, первая мысль была про подлог. – Директор посмотрел на Тимура и поправился. – На неуместную шутку в твоём стиле.

- А чего сразу в моём стиле?

- А потому что от тебя не знаешь, чего ждать, Чирков. То из райкома звонят и благодарят за подкованных кандидатов, то жалоба на подрыв моральных устоев от классного руководителя. И везде твоя фамилия фигурирует. Уж очень ты творческая личность, Чирков. От таких всего ожидать можно. Так что не обессудь, позвонил по указанному телефону, уточнил информацию. Говорят, всё так и есть.

- Ну да, я ж и говорю, спортсмен.

- Скажи, а почему ты не рассказал о своих успехах нам? Ведь это очень даже хороший результат для тебя лично и для всего педагогического коллектива. Школа может гордиться тобой. Та же доска почёта, про которую ты говорил. Вполне значимое спортивное достижение.

- А я говорил. Я Алле и Ванне сказал, что стал призёром первенства города по луку. Доложил, что называется, непосредственному руководителю. А что она отмахнулась от меня, ну значит такое у нашей классной отношение. Ко мне или к школе, даже не знаю.

- Ладно, речь не про неё сейчас. С тобой что делать?

- Что делать… два варианта. Организовать досрочную приёмку у меня экзаменов и отпустить на Кубок. Или не пускать. Тогда в следующем учебном году сможете отчитываться, что ваш бывший ученик стал призёром Первенства Москвы.

- Тимур, ты же понимаешь, что досрочная сдача экзаменов нерядовое событие. Будет комиссия, твои ответы станут рассматривать под увеличительным стеклом. Не боишься, что завалишь экзамены? Что тогда?

- Тогда в следующем учебном году сможете отчитываться, что ваш бывший ученик стал призёром Первенства Москвы. – Тимур слово в слово повторил второй вариант событий, как бы намекая на что-то. – Скажете в РОНО, что допустили перекос, один из ребят ударился в спорт в ущерб учёбе. Мол вы осознаёте свои недоработки, в следующий раз не допустите такого фиаско.

- Ты про что?

- С вас же снимут стружку за то, что в школе не все сдали экзамены за восьмилетнюю школу.

- Тебе никто не говорил, что ты слишком наглый для своего возраста. – Директор произнёс это спокойно, без патетики и нервов.

- Алла Ивановна постоянно говорит, я запомнил.

- И что, выводы какие-то сделал?

- Ага. Что старшим нужно или говорить то, что они хотят слышать, или просто молчать.

- Но сейчас ты не молчишь.

- Я вас уважаю, поэтому не делаю скидку на возраст.

- А своего классного руководителя…

- А есть за что?

- Как минимум за возраст, за профессионализм. – Взрослому повидавшему многое мужчине было уже интересно вести этот разговор. Нигилистов он наблюдал и раньше, юношеского максимализма навидался тоже, но вот такого спокойного аргументированного ниспровергателя авторитетов не встречал.

- Возраст не есть достижение в нашу эпоху. Сейчас все выживают, даже самые никчёмные. В профессионализме Аллы и Ванны усомнюсь. Как педагог она слабовата, как предметник… тупо лупить по учебнику много ума не надо. Учебник я и сам могу прочесть.

- А что надо, по-твоему?

- Заинтересовать предметом учеников. Если тебе карта легла преподавать какой-то предмет, так делая это с огоньком, а не отбывай наказание. Сама согласилась на эту работу, так люби её. А она не любит свою работу.

- Стоп! – Директор школы понял, что согласен с этим нахалом, но вслух он этого не скажет никогда. Та же профессиональная этика не позволит. – Ты считаешь, что в праве ставить оценки своим учителям?

- Конечно! Вот вы приходите в ресторан без кулинарного образования и выносите суждение, вкусно там готовят или нет. Имеете право, ведь так?

- Еще раз: я тебя вызвал не для того, чтоб обсуждать твоего классного руководителя. Вопрос сейчас состоит в другом: что будем делать с экзаменами? Ты готов к экзаменам?

- Более-менее. Раз географию сдавать в восьмом классе не нужно, то сдам. Уж на трояки-то точно.

- И тебя устроят эти трояки? Перед собой не будет стыдно?

- Не-а. Оценки за восемь классов вообще ничего не решают. Вот вы меня в девятый возьмёте?

- А если ты плохо выступишь на Кубке?

- И что? На Мастера по-любому исполню. Так что вам только в плюс будет рапортовать, что в вашей школе Мастер учится. Какую-нибудь палочку или галочку заработаете.

- Знаешь, Чирков, мне уже не очень хочется иметь в своей школе такого ученика. Ты карьерист, шантажист и нигилист. От тебя одна головная боль.

- Олег Ольгертович, вы в любой момент можете от меня избавиться. Просто скажите, и я переведусь в другую школу. Да хоть в пятьдесят седьмую. Далековато, но оставшуюся пару лет потерпеть можно. Опять же знакомствами обрасту полезными.

- Кому ты там нужен такой хороший?

- У них с представителями титульной нации напряг, ну и спортсменов много не бывает.

Было видно, что школьник не бравирует, а просто делится мыслями. Просто у подростка такие мысли, просто он не считает нужным их скрывать. Смелость, глупость, пофигизм в крайней степени? Или сила, которую он уже ощущает? Олег Ольгертович этого не знал, но сейчас прямо посочувствовал Алле Ивановне. За такого ученика ей нужно молоко выдавать как на вредном производстве. С другой стороны, если к нему найти подход, если огранить, то будет сиять как брильянт «Орлов» в царской короне. Но для этого его нужно в другой класс переводить к более сильному педагогу. Впрочем, в девятом такое делается легко, всё равно будут составы тасовать. Из трёх восьмых два девятых…

- Хорошо, Чирков, я твою точку зрения услышал.

- И что решили?

- Будем подавать в РОНО запрос, потому что случай не рядовой. Подрезать тебе крылья на старте спортивной карьере не хочется, задача систему образования раскрывать таланты, а не душить их. Если нам пойдут навстречу, будут тебе досрочные экзамены. Так что готовься. И к сдаче, и к соревнованиям. Будем за тебя всей школой болеть.

- Понял, Олег Ольгертович. Тогда я пойду уже? А то урок скоро того, надо на следующий нацеливаться.

- Да, конечно. Погоди, - под занавес директор приготовил самый главный личный вопрос, - скажи, а из лука стрелять трудно?

- Из спортивного несложно, там натяжение небольшое, меньше двадцати кило.

- Понятно. А чего тогда с этим всем такая карусель? Все эти соревнования, звания. Вон, даже в Олимпийскую программу вернули.

- Стрелять нетрудно, - повторил Тимур. – Трудно попадать в десятку, да еще и делать это стабильно. Один раз можно каким-нибудь счастливым случаем, а чтоб шестьдесят раз в красное, тут надо много тренироваться.

- А ты как, стабильно попадаешь в красное?

- Ага.

- Многолетние тренировки? Давно занимаешься?

- Я нет. Я чудом с божьей помощью. – ученик улыбнулся и добавил. – Шутка.

Тимур вышел из кабинета и сразу начал воспитывать себя, мол нафига снова это ребячество? Что, не мог не вышутить целого директора школы? А вот поди ж ты, не мог, получается. Детство или подростковость вырабатываются организмом и выпрыскиваются в кровь неконтролируемо. Это как с его прошлой жизнью, когда мальчик Вася жёстко поглумился над коммерческим директором своей фирмы в Сандуновской бане. А раз мальчики в сорок лет себя не очень контролируют, то с чего бы у них это получалось в пятнадцать?

Около класса он оказался первым, вернее прошлый урок еще не закончился, а Тимур уже стоял у окна напротив дверей и читал учебник. А чего время терять, если интересная книжка под рукой. Там его и нашли одноклассники.

- Тим, тебя отпустили?

- А говорили, с вещами! Пугали!

- Да, Чирик, колись: чего тебя к директору таскали?

- Сказали, комиссию по мне соберут. Проверять будут.

- Ха! Во ты отмочил! Ну не хочешь говорить при всех, хрен с тобой!