Юрий Петухов – Приключения, фантастика 1994 № 04 (страница 13)

— Кончено? — спросил он.

— Кончено, — стараясь говорить ровно, подтвердил Мельский, — вот только, хотел бы я знать откуда эта тварь взялась?

— Сейчас выясним, — Ларри задумчиво почесал подбородок и подошел к мертвому псу. — Черт, неужели Лоуренс не тот, кем прикидывается?

В ту же минуту снизу донесся голос Лоуренса:

— Что там у вас произошло?

Ларри, не спеша, подошел к лестнице:

— Поднимитесь сюда, сэр, нам нужно поговорить. Уже одетая, Дженнис выпорхнула из комнаты и, не сводя с мертвого пса глаз, скользнула в спальню. Мельский проводил ее взглядом.

Скоро со свечой в руке появился Лоуренс. Он долго рассматривал пса, затем тихо произнес:

— Понятно…

— А нам нет! — выпалил Кристиан. — Как это животное проникло в дом? И как вы могли выйти вчера из него, а затем вернуться обратно, если входная дверь была заперта на врезной замок?

— Понятно, — снова сказал Том. — Я не пользовался входной дверью… Ни разу. Когда мне нужно было покинуть виллу, я разбил окно в левом крыле здания.

— Почему вы нам ничего не сказали? — строго спросил боксер, и брови его сошлись вместе.

— Какое это имеет значение? Окна здесь довольно высоко. Эта тварь не могла проникнуть через него. Здесь где‑то есть другой лаз.

— Знаете что! — привлек к себе внимание Штопор. — В таком доме наверняка должен быть черный ход. Я уверен… Если он не заперт, то все ясно.

Вооружившись пистолетами и свечами, мужчины направились на поиски черного хода. Его удалось отыскать быстро. Он располагался в правом крыле и дверь его была приоткрыта. Удивительно, как вслед за первой, внутрь не проникли остальные собаки.

Лишь через час страсти снова улеглись. До рассвета оставалось каких‑то два часа и стоило, хотя бы, полежать и восстановить силы.

Опустив головы, псы медленно бродили вокруг виллы. Ни один из них не подходил близко к другому, а когда это случалось ненамеренно, между собаками возникала потасовка. Видно было, что они не держались вместе и к зданию их привела лишь общая цель… Собак было семь. Вытянув шеи, они с жадностью заглядывали в темные окна и иногда выли.

Один пес подошел с торца здания к стене и принюхался. В том месте, где он стоял имелось углубление в земле. Это была узкая отдушина ведущая в подвал. Животное легло брюхом в углубление и сунуло нос в отдушину. Скоро оно принялось рыть в этом месте яму. После недавних дождей земля была мягкой и податливой…

Почти час Ларри пролежал с открытыми глазами, не меняя позы. Все это время он вспоминал Аниту и безуспешно пытался разобраться в возникшей ситуации. От физического и умственного утомления начинала болеть голова, и Кристиан пытался не думать ни о чем. Он закрыл глаза, но, вдруг, услышал, как скрипнула кровать. Он открыл глаз и увидел, как Дженнис медленно подошла к столу и взяла почти догоревшую свечу. Ларри вздрогнул, когда осветилось ее лицо: казалось оно не принадлежит живому человеку. Широко раскрытые глаза казались пустыми и смотрели, как бы, сквозь все предметы.

Мисс Копленд, так же медленно, двинулась к двери. Она была похожа на лунатика, но отсутствие луны в этот предрассветный час, разбивало в пух и прах возникшую версию. Дженнис отворила дверь и вышла из спальни. Ларри подумал о трупе собаки, лежащем у двери, и ему стало не по себе… Зачем она вышла в бильярдную?

— Ларри, — тихонько позвал Мельский. — Ты видел?

— Да… Как думаешь, куда ее понесло?

— Ума не приложу. Может здесь и кроется разгадка нашего ребуса?

Кристиан резко встал и потянулся к пистолету.

— Так или иначе, но я иду за ней!

— Может, она решила флиртануть с моряком?

— С его‑то рукой?

— А может, они сообщники? Обожди. Я с тобой, корешок.

Мужчины приоткрыли дверь и увидели удаляющийся свет свечи.

— Она пошла вниз, — шепнул Мельский с отвращением посмотрев на окоченевшего пса в луже застывшей крови.

— Свечу брать не будем идем так.

Ларри и Штопор прокрались к лестнице в тот момент, когда Дженнис была уже в гостиной. Все так же медленно, словно во сне, она шла к двери в прихожую, а ее огромная тень зловеще колыхалась на стенах.

Распираемые любопытством, мужчины быстро спустились в гостиную. Оставаясь в темноте, они незаметно исследовали за мисс Копленд, ориентируясь по контуру ее освещенной фигуры. Неожиданно для себя, Мельский задел ногой стул. Дженнис резко повернулась и подняла свечу над головой, стараясь рассмотреть, кто еще кроме нее есть в гостиной.

Мужчин удивило то, что она не была напугана… Как будто что‑то изменилось в ней.

Мисс Копленд долго всматривалась в темноту, затем громко проговорила:

— Вернитесь! Не ходите за мной! Я должна побыть одна! Не ходите!

Голос ее, жесткий и твердый, эхом пронесся по обширному залу гостиной и заставил Ларри вздрогнуть.

— Я ее не узнаю, — прохрипел Штопор. — Все эти тайны мне уже порядком надоели!

— Такое впечатление, что она находится под гипнозом, — добавил боксер. — Слушай, Пит… Останься здесь на всякий случай, а я все же пойду за ней. Если услышишь что подозрительное — вмешаешься. О, кей?

Мисс Копленд уже скрылась за дверью, и пришлось продвигаться наощупь. Это отняло немало времени, но Ларри достиг тяжелой двери и заглянул в прихожую. Там было так же темно, как и в гостиной, только где‑то в глубине помещения маячил слабый отблеск свечи. Там находился подвал «Что ей нужно в подвале?» — машинально подумал Кристиан и пошел туда, где виднелся свет. Он тихонько спустился в прохладное подземелье и замер на сырых ступеньках. Дженнис была внутри. Поставив свечу на пол, она склонилась над боченком с пропавшей селедкой. Ларри видел только спину девушки, но доносившееся до него чавканье говорило о том, чего ему не было видно. Происходящее не укладывалось у Ларри в голове и было настолько диким и мерзким, что ему хотелось подойти сзади, схватить Дженнис за ноги и окунуть ее головой в зловонную массу. В ту же секунду боксер подумал о том, что всему всегда есть реальное объяснение, но сколько он ни ломал голову, объяснения тому, что видел, не находил.

Мисс Коплеад повернулась в профиль, но увлеченная своим занятием, не замечала притаившегося у двери Кристиана. Ее глаза напоминали глаза оголодавшей собаки, которой, вдруг, достался кусок мяса. Казалось, стоит попытаться его отобрать, и она, не задумываясь, перегрызет горло любому. Она вытаскивала из бочки сельдь и поспешно начинала есть ее… с живота, всасывая внутренности, словно сок соленого помидора. Нижняя часть лица девушки была выпачкана бурой слизью, которая стекала с подбородка на пол.

Ларри почувствовал, что съеденные им накануне консервы сейчас покинут желудок, и он бесшумно отступил назад, в темноту прихожей.

— Ларри… — услышал он, — ну, что там?

Мельский был где‑то рядом и выражал свое нетерпение частым и хриплым дыханием.

— Идем обратно… Девчонка обойдется без нашей помощи, — Кристиан сделал шаг и уперся в широкую грудь Штопора, который, похоже, не собирался уходить.

— Ты мне так и не сказал, что там делает наша мисс?

— Она хотела есть и пошла в подвал. Вот все, что я могу тебе сказать, — сглотнув подступивший к горлу комок, выдавил из себя Ларри и отпихнул Мельского в сторону.

— Не темни, корешок. Я ведь спущусь и посмотрю сам, — донеслось из темноты.

— Спускайся, — равнодушно бросил Ларри и осторожно добрался до двери в гостиную. В его голове мелькали сценки из того, что у них с Дженнис происходило каких‑то полтора часа назад. Представить себе ее поцелуй, Кристиан без отвращения уже не мог, он вызывал у него рвотный позыв. Добравшись до бильярдной, Ларри прислонился спиной к стене и еще раз попытался отыскать в голове объяснения странного поведения мисс Копленд, но с таким же успехом можно было объяснить свое пребывание на острове.

Кристиан вернулся в спальню и лег. Через пять минут вернулась Дженнис. Приоткрыв глаза, Ларри наблюдал за ней, пока она не легла. Странно, но сейчас она была такой же, как обычно. Мельского не было, и в душе зарождались самые дурные предчувствия. Впрочем… дать волю своей фантазии боксер не успел: открылась дверь и в комнату вошел Штопор. Он был совершенно спокоен и, как показалось Ларри чем‑то доволен.

«Наверное не успел застать Дженнис за ее гнусным занятием», — подумал он и повернулся набок. Тошнота вдруг прошла, но зато немного заныло бедро. Неприятное ощущение в мышце быстро исчезло и Кристиан почувствовал, что хочет есть. Чувство голода пришло внезапно, такое, будто он не ел целый день и вдруг увидел перед собой шикарно накрытый стол с самыми разнообразными блюдами.

Ларри снова повернулся на спину и сглотнул обильно выделившуюся слюну. Чувство голода было ему знакомо, и он знал, что в такие минуты мозг рисует перед глазами продукты, которые с удовольствием съел бы, однако сейчас этого не было. Представляя перед собой яичницу с ветчиной, он не чувствовал обострения своего желания, как это бывало раньше, после длительных изнуряющих тренировок.

Перешагнув через доктора, на перины плюхнулся Штопор. Он причмокнул губами и через минуту заснул как после большой дозы снотворного. Его дыхание заставило Ларри насторожиться. Он повернулся к Мельскому и в нос ему ударил резкий запах, точно такой же, какой он чувствовал в подвале. Кристиан не отвернулся, не зажал нос, как сделал бы десять минут назад, а напротив ~ он жадно вдыхал запах испорченной сельди, чувствуя, как разжигается аппетит. Перед глазами стояла бочка с ее отвратительным, содержимым и как Ларри не старался, убрать видение не удавалось.