Юрий Павлов – Ведьмина травка. Первая книга цикла под общим названием «Старая сказка на новый лад» (страница 7)

Устоять, видя такое, было невозможно. Я перекинул подол сарафана через Наташкину голову, скинул трико и пристроился сзади. Её жопа уже была в мыле и член вошёл, почти не встретив сопротивления и, вдвоём с палочкой, мы трахали Наташку в обе дырки и, минут через семь она засопела.. застонала и кончила.. вместе с Наташкой, кончил и я

Наташка поймала палочку и, выдернув из влагалища, скомандовала – Довольно!

Придерживая сарафан, поневой обтерла палочку и положила на место.

– Отсосёшь?! – она наклонилась, выставив жопу. Я встал на колени, прижал губы к анусу и высосал из жопы сперму.

– Мне! – Наташка наклонилась и, целуя меня взасос, высасывала и глотала сперму.

Мы закрыли склад, зашли в спальню и, закрыв дверь на засовы, повалились в кровать.

– Всё, спать! Утро вечера мудренее.

Глава III. Заморский принц

Истошно голосил петух, казалось над самым ухом. Я засунул голову под подушку, намереваясь спать дальше.

– Роом! – кто-то теребил меня за плечо – вставать надо, пора уже

В одно мгновение перед мысленным взором промелькнули картины и сцены вчерашнего дня, и я отшвырнул подушку.

На кровати сидела и смотрела на меня русоволосая, с тяжёлой косой до пояса, голубоглазая женщина – сказочной красоты.

Я зажмурил глаза и потряс головой

– Не узнал? – этот голос, эта интонация, я открыл глаза – Наташка!!

Она засмеялась и обняла меня – Вставай мой принц, скоро солнышко взойдёт.

Я потянулся до хруста в суставах и сел на кровати. Спальня была просторная, кровать стояла посреди комнаты. У стены под одним из окон стоял стол и два стула возле. Камин и шкаф и больше не было ничего – «Скромно» – подумал я.

– А где туалет? – я встал и подошёл к столу. Столешница была инкрустирована лубочными картинками на мотивы русских народных сказок и покрыта лаком. Стулья со спинками, простенькие, но, я сел на один и покачался, очень прочные и удобные.

– Наташка, молча, и с улыбкой, наблюдала за мной.

Я поймал её взгляд.. она смотрела на торчащий член

– Я ссать хочу – грубо сказал я Царице – где туалет?

– Удобства на улице – Наташка хихикнула.

– Ну, и чё теперь делать?

Она встала на колени и, наклонившись, вытащила из-под кровати глиняный горшок и, стоя на коленях, держала его в руках – Иди, ссы!

Я подошёл и, направив член в горшок, стал ссать. Брызги летели на сарафан и на её лицо, и она приподняла горшок. Закончив и встряхнув член, я сел на кровать – А ты?

Она поставила горшок на пол передо мной и, задрав сарафан и приподняв жопу, стала ссать. Моча лилась с шумом и пенилась, и я не удержался и, коснувшись ладонью ягодиц, водил пальцем по промежности и щупал анус и губы. Она пукнула мне в ладонь и засмеялась.

Поссав и, подтеревшись подолом, она подошла к окну и выплеснула мочу. Подержав перевёрнутый горшок в вытянутой руке, вернулась к кровати и задвинула его назад.

– Примерь-ка шапку? – она держала в руках краповый берет.

Я осторожно взял шапку из её рук и повертел, стало понятно, почему похожа на краповый берет – это была очень искусно вышитая (видимо, той же самой рукоблудницей) шляпка мухомора, только размером раз в десять больше.

Я поднёс её к голове и, нахлобучив на макушку, слегка потянул за тулью, берет с сухим треском разорвался пополам.

Наташка охнула, всплеснув руками, и покачала головой.

Я смотрел на половинки шапки у меня в руках – А запасной нету?

– Ии. Что ж теперь делать то?

– Что, что! Сшивать!

– Я не смогу сшить, нужна рукоблудница.

– Тогда склеить! Есть Момент?

– Ии, нету.

Я поднял половинки шапки к голове, наложил на макушку и свёл половинки, совмещая по линии разрыва.

– Наташка ойкнула – и я понял, что шапка, даже разорванная, своих волшебных свойств не утратила.

Я раздвинул половинки – А может к голове приклеить, руки то мне нужны будут. Есть ПВА?

– Да какой ПВА? Только столярный.

– Столярный? – я дотронулся до головы, Наташка хохотнула.

– Нет, столярный не пойдёт, я её потом только вместе с кожей отдеру.

– Чё ж делать то?

– Слушай, а молоко есть в царстве?

– Только козье, КРС не держим – нерентабельно.

– Давай козье

– Да рано ещё, не доили

– А в холодильнике на кухне нет что ли?

– Какой холодильник, Рома, ты где?

И тут Наташка, как-то странно улыбнувшись, подошла ко мне – Будет тебе молоко, ну ка, попробуй! – она сунула руку в вырез декольте сарафана и вывалила грудь.

От этой картины заломило в паху и задёргался член.

– Соси – тыкала она соском мне в лицо, и я припал губами к груди и стал сосать.

Молоко было густое и чуть сладковатое на вкус – Ну, хватит, хватит – она отстранила мою голову. Надо куда-то сцедить.

Она осмотрелась, но в спальне не было другой посуды. Она пожала плечами – Значит в горшок. Достань!

Я встал на колени и, пошарив рукой, достал горшок и, сев на кровать, поставил рядом. Наташка села с другой стороны и, повернувшись и, наклонившись над горшком стала сцеживать молоко. Я смотрел и облизывался, а внутри всё горело от желания.

– Наверное, хватит – Наташка выпрямилась

Я заглянул в горшок – на глаз, там было с пол-литра молока.

– Оденься и сядь я тебя проинструктирую.

– Значит так, подойдём к воротам, я отвлеку стражу, и ты выйдешь за ворота. По дороге пойдёшь до камня, он стоит на развилке, отсюда, от дворца, за камнем одна дорога, но, чтобы потом, когда будешь возвращаться не запутаться в указателях, их всё время кто-то перевешивает, на камне нарисуешь стрелку – она сунула мне в руку белый камешек, похожий на известняк – та дорога, что за камнем, ведёт к рубежам, но на подходе к рубежам, дозор, в дозоре богатыри. Они, скорее всего, будут гулеванить, уже лет триста, никакой ворог к нашим рубежам не приближался. У них, кроме своих, пара запасных коней, запасное оружие и доспехи. Ты должен украсть коня, доспехи и оружие, и на коне, в доспехах и с оружием, прискакать к воротам замка. Будь осторожен, они хоть и нетрезвые, но всё же опытные дозорные, если поймают, могут и отдубасить, а кулаки у них увесистые, богатырские.

Наташка помолчала – Ладно, встань на колени, я намочу твою голову молоком.

Она взяла в руки горшок – Фуу, какой резкий запах, это твоя моча, как у коня; и молоко провоняло мочой, наклони голову.

Она, опуская руку в горшок, водила ею по моей голове, смачивая волосы, потом взяла половинки шапки и, наложив на мою голову, подождала немного и сдвинула, соединив по разрыву – Ух ты! Получилось! Посиди немного, пусть чуть подсохнет и пойдём.

Когда мы вышли из дворца, пропел второй петух и на востоке заалела заря. Осматривать дворец не было времени, я попросил Наташку, чтобы дала мне воды умыться. Она привела к баньке, и мы вошли внутрь. В баньке было тепло и сухо. Наташка держала меня за руку – Лицо помоешь и руки?

– Да, и ещё кое-что.

Я разулся, снял с себя трико и трусы и положил на полок – Дай воды!