Юрий Окунев – Первый Артефактор семьи Шторм 2 (страница 3)

Потянувшись и щёлкнув шеей, я повернулся к Кефиру.

— План такой: забираем Инъектор и отдаём его надлежащим службам, после чего идём пить чай и заниматься своими делами, — я хитро улыбнулся.

— Чай — это конечно хорошо, — медленно ответил лис, — но с какого перепугу ты решил отдать семейную реликвию? Это нелогично.

Он поднял лапу и покрутил ею у виска. Я проигнорировал его движение.

— Очень даже логично. Смотри: все его ищут и хотят воспользоваться его силой. Из-за него убили семью, перевернули весь город и даже могилу предка. Если я его не отдам, меня продолжат подозревать, особенно, когда поймут, что я стал немного сильнее.

— Стал? — Кефир прищурился.

— Чуток, — кивнул я. — Не перебивай. Если же отдам артефакт, то все вопросы к моей лояльности, к моим силам и прочему отпадут сами собой. Но самое главное не это, — мрачно прищурился я. — Ты сам понял, что Инъектор запечатан. Его не можешь открыть ты, его не могу открыть я. Возможно, кто-то из высших князей и способен на это, но что-то мне подсказывает, что никто не сможет этого сделать.

«Что-то» подсказывающее — мои опыт и интуиция. Если я правильно оценил ситуацию, то никто в мире сейчас не способен воссоздать артефакты подобного божественного уровня. Ими можно пользоваться, но если они запечатаны, и даже бог не знает, как их открыть, то что говорить про людишек?

Лис же сидел и покачивал головой в такт своим мыслям. Взгляд золотистых глаз был направлен куда-то вне пространства. По шерсти пробегали немногочисленные искры, добавляя волшебства этому необычному зверьку. Наконец он кивнул:

— Решать, конечно, тебе, но мне эта идея не нравится. Несмотря на всю её логичность.

Тогда я решил его добить последним доводом:

— Что касается твоего долга, то я знаю, как его вернуть. — Лис заинтересовано шевельнул хвостом. — Это потребует чуть больше времени, чем напитаться из дырявого Инъектора, но способ гарантированный.

— И какой же?

— Я создам для тебя подходящий накопительный артефакт. Такой, который позволит твоей шерсти засиять ярче, чем фонари на военном полигоне.

— Не врёшь? Справишься? — совсем по-детски уточнил Кефир, глядя на меня из-под бровей. Его выдавал торчащий трубой хвост.

— Справлюсь. Особенно, когда расскажешь для чего тебе эта энергия.

Кефариан замолк, поелозил лапами по полу, не находя себе места, а потом гордо развернулся в сторону алтаря, через который я попал сюда.

— Я подумаю. — Он махнул хвостом и запрыгнул на идеально чистый камень, на который не попало ни пылинки. — За это я подберу тебе не просто самку для спасения рода, но и красавицу.

После чего без лишних слов исчез.

— А помочь с артефактом? — Риторический вопрос повис в воздухе.

Наглая сине-рыжая морда услышала, что хотела, и растворилась в пространстве. Скорее всего пошёл допивать чай и исследовать неизвестные миры для упоротых лис. Оставалось только ухмыльнуться.

— Видимо придётся сделать тебе артефакт с головоломкой. Или электрической искрой, что бьёт по языку. Чтобы знал, как бросать меня одного, — пообещал я лису, после чего взялся за Инъектор.

Артефакт оказался тяжёлым, что и логично: основательная серебряная подставка, шар чуть менее полуметра в диаметре из магического стекла, а точнее из цельного кристалла, похожего на горный хрусталь с покрытием из чёрного оникса. Мои серебряные «швы» в этом весе вообще не чувствовались.

Пока я переносил Инъектор с места на место, успел знатно вспотеть, но запертая внутри артефакта сила даже не подумала вырываться наружу.

«Интересно, а если уроню на землю, что-то случится?» — с научным любопытством подумал я, а потом сам себе ответил: «Если да, то мне хана. Если нет — то хорошо. Но проверять я не буду».

С усилием подняв артефакт на алтарь, я выдохнул и вытер пот со лба. Теперь нужно вернуться домой. Думаю, что процедура будет такой же: кровь, поток Дара ветра и главное вовремя сжать в руках артефакт.

Холодная тьма ударила в лицо и через несколько мгновения я оказался в подвале своего дома.

Здесь всё было как обычно: тихо, ни пылинки, закрытые двери камер и фонари над лестницей, стоптанной множеством ног. Никто и не заметил, как я спас мир.

— Настоящие герои не носят плащей, — сказал я сам себе, после чего заорал во всю глотку: — Андрей! Антон! В подвал!

А вы что думали, я потащу эту махину сам по лестнице? Размечтались. Я свою задачу, насколько мог, выполнил. Теперь пусть работают другие.

Я почувствовал их приближение за несколько секунд, но не благодаря расширению сил, а из-за давления магии Черкасова: буря в пустыне пугала, заставляя сердце биться чаще, а волоски на коже топорщиться, как усы у злого кота.

— Вы вовремя, — сказал я, как ни в чём ни бывало, когда они сбежали по лестнице, готовые атаковать. — Прошу, оттащите наверх.

— Что это? — спросил Сухов, с неприязнью оглядывая массивный артефакт.

— То, что искал весь город, как я понимаю. Пропавший Инъектор семьи Шторм. — Я похлопал ладонью по поверхности шара, словно это был хороший пёс, заслуживший косточку.

Лица моих охранников потемнели, Сухов тихо выругался.

— Вы не рады? — хмыкнул я. — А мне казалось, Андрей, ты мечтаешь от меня избавиться и заняться чем-то более интересным.

Он проигнорировал мою шпильку и спустился по лестнице до конца. Антон спустился за ним следом.

— Откуда ты его вытащил? Он был в доме? Почему же тогда никто его не нашёл? — засыпал меня вопросами Сухов.

— Он вообще настоящий? — прагматично спросил Черкасов.

— Он настоящий. И чуть не рванул, потому что был повреждён, пришлось чинить быстро, — сухо ответил я, наблюдая, как дёрнулось лицо Сухова. Видимо понял, что может случиться, если такая «батарейка» взорвётся. — А не нашли его потому, что убили всю семью. Всем повезло, что у меня оставили в живых, иначе…

Больше я ничего говорить не стал. У меня ещё были свои планы на этот алтарь и на ту комнату.

— Предлагаю нам всем немного успокоиться, выпить быстро кофе, а затем отправиться к Госпоже Вороновой. Думаю, она заждалась. По дороге заскочим проведать Максима, а затем как раз успеем к ужину. Надеюсь, нас покормят, как полагается у бабушки: пирожками и шарлоткой.

А ещё я хочу снять с себя божественный артефакт. Не по себе мне, когда что-то такое меня контролирует.

Первым ответил Антон:

— Пусть пока постоит здесь, подземелье хотя бы частично экранирует его энергию. — Однако в его голосе была неуверенность. Конечно, ведь артефакт не фонил от слова совсем. — Я поднимусь и позвоню начальству.

— Только Вороновой! — крикнул ему в спину Сухов. Правильно, не нужны посредники в таком деле.

Через три минуты Антон вернулся.

— Воронова не отвечает. Я ещё раз позвонил Суворову, тот сказал, что Госпожа решает одну проблему и не может оторваться. Говорит, забрала оставшихся оперативников, даже Константиныча сняла с дежурства.

— Оставшихся? — нахмурился Андрей. Я тоже обратил внимание на эту фразу.

— Полтора десятка человек, они… Пострадали.

Александра Валерьевна Воронова, княгиня ветра, готова была убивать направо и налево. Однако ей приходилось сдерживаться, поэтому только несколько сумрачных воронов кружили по залу. Учитывая её силу и статус, даже остальные присутствующие молчали и игнорировали магических птичек, глядя в кровавые глаза женщины, скрывающей свой истинный облик.

— Александра Валерьевна, поясните, пожалуйста, почему вы собрали весь свой отдел, всех боевых одарённых и обычных солдат, и направились к дому князя Чумова? Население города с опасением восприняло подобное количество вооружённых людей под своими окнами.

Воронова посмотрела в сторону говорившего и не стал комментировать, что люди вообще не заметили очередную группу вооружённых людей из-за повсеместной подготовки к Параду Победы.

Сидевший на мощном кресле мужчина был достаточно молод, чуть за сорок, но его лицо уже казалось высеченным в камне, массивным и непробиваемым. Великий князь Владимир Юрьевич Долгорукий, одарённый атрибутом земли, унаследованный в чистейшем виде от отца, казался самим олицетворением природной мощи. Даже скалы на его фоне смотрелись эфемерно.

В этом году именно он был председателем Совета князей и ему приходилось разбираться с многими вопросами. В том числе такими.

Воронова, несмотря на юный вид, была почти в два раза старше Долгорукого и помнила его отца, седовласого командира зенитного полка. В той войне он быстро вырос в званиях и теперь его наследник судит её саму.

«Мирное время и военное время — два разных мира. И для них нужны разные люди». Мысленно она усмехнулась, но на её лице не дрогнуло ни единого мускула. Лишь глаза продолжали прожигать председателя насквозь.

— Позвольте уточнить, почему Совет не рассматривает другую проблему, а именно сбитый вертолет с десятком одарённых высокого уровня?

— Какое это отношение имеет к вашей ситуации? — спросил другой голос слева. Он принадлежал Князю огня, Юрию Николаевичу Привалову. — Тем более, нам сообщили, что причина падения вертолёта — технические неполадки.

— Если считать техническими неполадками использование ПЗРК «Букинист» новой модели, то да — неполадки, — не меняя тональности ответила Александра Валерьевна. — К тому же, отношение имеет самое прямое, огненный князь. Среди пострадавших мои люди, как солдаты, так и одарённые. В том числе моя помощница.