Юрий Окунев – Первый Артефактор семьи Шторм 2 (страница 15)

Я не сдвинулся, продолжая осматривать её. Она не выдержала.

— Что-то не так? — она постаралась осмотреть себя, но вещи в руках мешали.

— Нет, всё в порядке. Просто пытался понять: мы с вами не встречались ранее? — наконец ответил я.

Серафима слегка смутилась, отвела глаза в сторону.

— Возможно, — тихо сказала она. — Много работы, я не всегда запоминаю лица.

— Не страшно, — широко улыбнулся я. — Продолжайте заботиться о пациентах и они обязательно скажут спасибо. Да, Макс?

— Конечно! — Теперь и Максим заулыбался, когда увидел, какая симпатичная медсестра к нему пришла.

Серафима тоже слегка улыбнулась и вошла в палату, как только я её пропустил. Задержавшись на пороге, я как бы невзначай спросил:

— А у вас случаем сестры-близнеца нет?

Тихое «ой» прозвучало одновременно мило и беспомощно. Тонкие плечи напрягались, а на скулах выступили яркие пятна. Кулачки под постельным бельём сжались, но она ответила неожиданно твёрдо:

— Плохая шутка. Покиньте помещение! Приёмное время не пришло.

— Как скажете, — кивнул я и с довольной улыбкой ушёл.

Мужики ждали меня внизу в машине.

— Что это сейчас было, Сергей? — спросил Кефир, сбитый с толку.

Я кратко рассказал про ночную встречу и наши находки.

— Решил взять девочку на горячем и сдать с поличным? — поинтересовался лис. — В такой ситуации она действительно может стать сговорчивей. Быстрее выполню свою задачу.

Я покачал головой.

— Дело в том, что сейчас мы увидели настоящую Серафиму, а ночью — кого-то, кто ей прикидывался. И она, настоящая, знает, что её кто-то подменяет.

— С чего ты взял?

— У этой Серафимы не было кольца-артефакта, меняющего внешность.

Меня заинтриговала эта маленькая головоломка, поэтому стоило мне вернуться домой, как я набросал на бумаге примерный чертёж артефакта. В отличие от многих других, здесь играли роль не только материалы с обработкой, но и конкретная сила, атрибуты, которые нужно выло правильно влить в конструкцию.

— Скорее всего немного жизни для создания реалистичности, света и тьмы для преломления. И контроль, — задумчиво бормотал я. Без Дара контроля такое не провести. Причём он нужен не для управления другими, а для того, чтобы сдерживать себя. Вести себя как человек, которому ты подражаешь.

Учитывая, что магия контроля здесь под запретом, то это очередной артефакт прошлой эпохи. А может запрещённый новодел.

Я осмотрел браслет на руке, который оставила мне бабушка. Его уже почти не было видно. Она сказала, что это нетипичная реакция на человека. Возможно, причина в том, что я не совсем обычный человек.

Однако развивать мысль дальше, как и заниматься проектированием артефактов у меня тупо не было сил. Поэтому быстро закинув заметки в стол и оставив довольно урчащего Кефира в остатках его коробки, я пошёл спать в свою комнату.

Пожалуй, это были лучшие часы моей жизни в этом мире: меня не беспокоили ни мысли, ни охранники, ни сны, ни убийцы в разных воплощениях. Я погрузился в расслабляющую темноту и покачивался в ней, как на лодке, стоящей у причала в бухте неподалёку от Сплита в Хорватии.

Проснулся я почти так же, как и на той лодке: от падения на пол. Только тогда началась буря и начала бить яхту бортом о причал, из-за чего я свалился с кровати. Сейчас же меня разбудил телефонный звонок. Очень громкий телефонный звонок.

— Почему я не выключил телефон? Или хотя бы звук? — проворчал я себе под нос и нажал зелёную кнопку. — Алло?

— Сергей Шторм, добрый день. Вас беспокоят из Гильдии Артефакторов. Меня зовут Фелисия. Звоню, чтобы напомнить вам о завтрашнем экзамене. Опоздание на него будет расцениваться как несдача. Повторная пересдача в этом случае будет возможна лишь через месяц. Приятного вечера.

И положила трубку, не дожидаясь, пока я отвечу. Если бы я был в привычном мире, то предположил бы, со мной поговорил робот, но здесь технологии до такого уровня не дошли. Не дошли же ведь?

Откинувшись обратно на кровать, я на мгновение закрыл глаза. Голова гудела от усталости, глаза были сухими и будто выжатыми, как апельсин после соковыжималки. Пальцы подрагивали, выпуская накопившийся нервяк последней недели.

— Ну что, готов к трудовым подвигам и службе на благо рода? — блестящий, как звёзды и пафосный, как меч-бензопила Кефариан, стоял на трюмо, гордо выпятив грудь. Судя по всему, он чувствовал себя прекрасно, напитавшись энергией Инъекторов.

— Снова ты за своё, — ответил я, натягивая на голову подушку.

Лис в ту же секунду приземлился мне на живот, выбивая из меня воздух. Подушка с глухим стуком врезалась в потолок — я её сдул от неожиданности.

— У тебя завтра экзамен, а ты даже учебник не открыл и домашку не сделал! — как мама-наседка проворковал Кефир. — Как ты собираешься произвести впечатление на самку, если будешь тупой, как пробка?

Я резко вдохнул и сделал движение пальцами. Прилипшая подушка с потолка с ускорением полетела вниз и, чуть изменив траекторию в конце пути, врезалась в голову Кефира. Лис распластался по мне, вывалив язык. Золотистые глаза разошлись в разные стороны, как детских мультиках.

Тишина длилась недолго, потому что лис начал говорить у меня в голове, не открывая рта и продолжая пялиться одновременно в разные стороны:

— Что это за отношение к лучшему другу и помощнику? У меня было такое хорошее настроение, а ты его норовишь испортить! У меня исчезли всякие цифры перед глазами, сил стало больше, тебя уже хотят убить не так страстно. Ты даже спаса своего нерадивого помощника! А тут такая подстава.

Не в силах больше слушать эту магическую зверушку, а столкнул его с себя и уронил на пол. Кефир попробовал изобразить из себя коврик, но ему надоело через три секунды, и он вскочил на все четыре лапы.

— Подъём! Время для новых вершин, достижений и чашек чая!

— Тебе только бы чай, Кефир.

— Ты же сам не хочешь ни самок, ни учёбы. Так что значит наливай чай.

— А как ты мне поможешь с учёбой, тем более в области, в которой я и так разбираюсь получше многих? — с ехидцей заметил я, а потом сразу поругал себя за длинный язык.

Лис лишь бросил на меня хитрый взгляд и помахал правыми ушами.

Несмотря на противное состояние, он был прав в одном: нужно хотя бы посмотреть на требования. В беготне я совсем забыл про экзамен, не до него было. Тут вообще мир мог закончиться окончательно и бесповоротно, какие Гильдии и отчёты.

Но теперь ситуация немного стабилизировалась и нужно получить корочку, чтобы начать свободно делать то, что я умею лучше всего: сидеть в своей норке и шуршать, периодически совершая набеги на склады с ценными ресурсами. Как лисе, что залезает в курятник, чтобы навести шороху и полакомиться свежими яйцами и мяском.

Последний образ меня повеселил, заставив подниматься быстрее. Накинув халат, я спустился вниз на кухню. Дома стояла тишина, словно все мои соседи по особняку тоже спали.

Я выглянул в окно, чтобы проверить свою догадку и увидел зевающего Черкасова у машины. Они с Суховым продолжали нести дежурство по очереди, теперь уже по собственной воле. Как ни странно, но меня это радовало.

Было бы крайне печально остаться совсем одному. Кефир не в счёт.

— Почему это я не в счёт? — возмутился лис.

— Потому что ты не снимешь обои и не подержишь молоток, пока я прибиваю новую полку, — ответил я, почесав его между ушей. Кефариан от удовольствия зажмурился.

— Не прекращай ещё лет двадцать пять и, возможно, мне уже не нужна будет внешняя подпитка!

— Размечтался, — со смехом прервал я процесс. — Ладно, давай посмотрим, что меня завтра ждёт.

Сделав себе несколько бутербродов и заварив какао, в который Кефир, наученный горьким опытом аллергии, точно не будет пускать слюни, я достал книжечку Гильдии для подготовки к экзамену.

Толщины в ней было всего ничего, поэтому я не стал пролистывать ничего и даже оценил выходные данные. Судя по ним, сей учебник напечатали в Лифляндской губернии в количестве двадцать тысяч экземпляров. У меня в руках было четвёртое издание. Если предположить, что каждое предыдущее было плюс-минус такое по тиражу, то артефакторика — не самое популярное направление.

Изучив учебник побольше, я примерно понял почему: конкуренция со стороны немагических технологий была чудовищной. К тому же артефактами сами люди смогли заняться только пятьдесят лет назад и за это время сделали всё возможное, но совсем не так много, как могли бы.

Всё дело в том, что обычные технологии решали почти все вопросы, которые могли решать Даром, уже решены так или иначе механикой и электроникой. Боги умели делать совсем уникальные инструменты, вроде защитных артефактов или дарующих дополнительную силу атаки, но в целом делали это для себя, а не для людей.

Сейчас же артефакторика была узкоспециализированной наукой для одарённых и заинтересованных. Дорогой, специфичной, требующей серьёзной подготовки и дисциплины, что подходило далеко не всем.

Когда с историей было покончено, пошла классическая мутотень про технику безопасности, ограничения для разных классов и так далее. Для меня самым интересным стала информация о том, как получают те или иные ранги.

Система оказалась достаточно простой и наглядной: после сдачи экзамена все получали ранг Подмастерье, этакий промежуточный статус, позволяющий работать над реальными проектами, но не дающий доступа ко всем материалам, плюс накладывающий запрет на атакующие артефакты, за исключением практических работ в учебных заведениях.