Юрий Никитин – Вадбольский 5 (страница 39)

— Догадываетесь?

— Пока нет, — ответил я честно.

— Страной всегда управляют Аскеты, — сказал он торжественно. — Любой. Это становой хребет любой страны.

Он всматривался в моё лицо, я не дрогнул ни единой мышцей, словно и для меня это непреложная истина, не знаю, что он ожидал увидеть, я только слегка кивнул и заметил:

— Можно было бы и лучше поуправлять.

Он нахмурился, что-то я не так среагировал, даже не удивился.

— Во-первых, Аскетов мало. Во-вторых, что самое важное, посмотри среди какого народа приходится жить!.. Им только местечко подоходнее, да чтоб пить и гулять вволю, а там трава не расти!.. И так все, от простолюдинов до аристократов. Тяжело тянуть воз государственности, когда никто не помогает, а вот мешающих куча. У нас даже старинные боярские роды всё ещё в силе, а уж они и есть самая мрачная сила, что не даёт тащить Россию в будущее!.. А силы у них, не поверишь, за все века накопилось просто немерено.

Я чувствовал неловкость как от странного купца, так и от странного поворота разговора, меня то ли всё ещё прощупывают, то ли продолжают мягко и ненавязчиво вербовать в их организацию.

Думаю, он прав, печально прав, вот почему тащат в свой круг, слишком мало подвижников, чтобы изменить огромную страну с косным народом, который желает просто жить и никуда не двигаться, ни в какое светлое будущее, что может оказаться совсем не светлым. Лучше сидеть на месте и не высовываться, целее будешь…

— Бояре да, — согласился я. — Это прошлое, что никак не уходит.

— И места не освобождают, — заметил он желчно.

— Ещё не придумали, — поинтересовался я, — как их убрать со сцены?

Он хмыкнул, запихнул в широкий рот последний ломоть пирога, прожевал, затем сказал сиплым голосом:

— Проще всего — революцией. Но это столько разрушений по стране, что стоит ли оно того?

— А если не революцией?

Он сказал хмуро:

— Долго, тяжело и муторно. Император старается, мы стараемся, молодежь старается… хотя иногда вредит больше, но воз и поныне там.

— Нет, — сказал я, — мы ломим, гнутся шведы!.. Постепенно уйдут в прошлое с дрягвой и древлянами.

Он сказал горько:

— Вон во Франции такую зачистку провели… Думали, вся в руинах, а она р-р-раз!.. и передовая страна Европы! Всё у них новенькое и передовое. Эх, ладно давайте поговорим про ваш лес. Сколько у вас накопилось, по каким ценам начнёте продавать, сколько сможете поставить за лето?

— Это вам к моему финансовому директору, — сказал я бодро. — Он знает всё, а я что?.. Я аристократ, мне работать зазорно, уважать не будут.

Глава 12

Сегодня ночью два отряда наёмников попробовали нанести удар по имению. Автомобили оставили на дороге, ночью никто не увидит, а люди по двенадцать человек в группе начали движение в нашу сторону, постепенно расходясь, чтобы ударить с двух сторон.

Ничему их не научили мои стычки с Гендриковым и Карницким, подумал я зло. Хотя, с другой стороны, с какой стати великим и всесокрушающим Долгоруковым знать о каком-то Гендрикове?

Сперва мелькнула мысль послать дронов, по одному на отряд, но стоит ли приучать искусственный интеллект так упорно истреблять людей, а то ещё и понравится, вызвал Ивана Бровкина.

Тот примчался, бравый и жаждущий показать себя, вытянулся, глядя выпученными по уставу глазами.

— Ваше благородие?

— Враг не дремлет, — сказал я сурово, — родина в опасности!.. Разведка донесла, что к нам идут два отряда. Не стоит идти им навстречу, везде грязь до ушей, встретите на линии обороны. Заодно и сторожевые башенки проверим.

Он, как истый спартанец, даже не стал спрашивать сколько человек у врага, козырнул и ответил звенящим от усердия голосом:

— Возьму на себя оба?

Намёк я понял, сказал великодушно:

— Вторым пусть займётся отряд Максима Перепелицы. Распорядись… Да знаю, На Ивана и Василия свалили все хозяйственные дела, а их всё больше, а ты уже командуешь всеми гвардейцами?

Он ответил смущённо:

— Так вышло…

— Да я не против, — заверил я. — Это же хорошо, когда обязанности в дружном коллективе распределяются не по приказу начальства, а по компетентности. В общем, всем по глотку зелья ночного зрения, и встречаем супостатов!

Я не стал добавлять сакральное «чтоб ни один не ушёл», всё равно ни один не добежит до машин, таких отследит Мата Хари и прикончит, а потом может и сжечь сами автомобили. Хотя зачем, нужно сразу же выделять умельцев, что пригонят в имение, они же ничьи, а нам транспорт пригодится. Краденое всегда дешевле купленного, а здесь даже красть не нужно.

Когда стрельба началась, в имении все проснулись, а в мой кабинет вбежала, закутавшись в длинный мохнатый халат, Сюзанна, испуганная и с большими глазами.

— Барон! Что случилось?

— Здравствуйте девочки, — пропел я, — летние манёвры уж давно начались…

Она вскрикнула:

— Какие летние?.. Сейчас апрель!

— Да, — согласился я. — Апрель не для манёвров. Садитесь, Сюзанна. Я вам всё расскажу…

Она перевела дух, я спокоен, как удав, значит, ничего опасного, измерила взглядом расстояние до моего дивана, коротковат, слишком близко ко мне, для молодой барышни неприлично, опасливо опустилась на диванчик напротив, чтоб между нами ещё и столик с короткими, как у бульдога, ножками.

— Пирожные? — спросил я.

Она нервно мотнула головой, какое тут пирожное, там стреляют, но я жду ответа, замялась чуть, но рядом с сумасшедшим Вадбольским должна быть отважная женщина, пролепетала:

— Ну разве что мороженое…

Я приложил палец к торцу столика, дверь тут же распахнулась, лакей осведомился учтиво:

— Кофий, ваше благородие?

— Мороженое, — ответил я и посмотрел на Сюзанну. — Какое?

Она лишь секунду замешкалась, ответила с робкой улыбкой:

— Барон, у вас они все восхитительны! На ваше усмотрение.

— Тиамантновое, — сказал я и пояснил, — наши селекционеры вывели новый сорт, вроде вишни, но размером с манго, а то и гуаву. В сочетании дают умопомрачительный эффект!

Она сказала слабо:

— Манго, гуава… Я и слов таких не слышала.

— Что слова? А мороженое сейчас принесут.

Дверь распахнулась, лакей торопливо внёс на серебряном подносе чашу из прозрачнейшего стекла на высокой ножке, там горка розового мороженого, посыпанная сверху мелко раздробленными орешками.

— Каждому своё, — сообщил я древнюю, но всегда актуальную мудрость, — Одни стреляют, другие лопают мороженое. Господь видит, кому что дать. Мне вот дал Сюзанну…

Она в возмущении даже серебряную ложечку задержала у рта, такого призывно красного с полными, как спелые черешни губами.

— Вадбольский!.. Никакую Сюзанну он вам не давал, а только финансового директора! А директора в постель не тащат!

Люблю эти пикировки на грани, даже забываешь, что по периметру идёт бой. Но это не Долгоруковы, а наёмники не в счёт, если им даже я один не по зубам в тёмном переулке, то что говорить о хорошо подготовленном к осадным боям имении?

Думаю, и Долгоруковы это понимают. Но держать противника в постоянном напряжении тоже хорошо и правильно, либо сделает ошибку, либо поймёт, что не с Долгоруковыми ему тягаться, предпочтёт почётную сдачу. А дальше они уже решат мою судьбу.

Следующий день Мата Хари исследовала воздушные потоки над областью. Для моей задумки не очень, конечно, я велел взять в помощь Гавроша и Лапочку. Хотел и Кряконявлика, но у того важный объект, с которого нельзя снимать охрану, к имению графини Кржижановской начали присматриваться какие-то тёмные личности.

Сама Мата Хари долго рыскала между тучами, собирала электрические заряды, но много не накопишь, наконец сумела вызвать в одном месте турбуленцию, хорошо рассчитала потоки верхних слоёв, помог Гаврош, в двух местах месте сумела соединить с нижним слоем кучевых облаков повышенной мощности, что легко переходят в грозовые, если подогнать условия.

Всё, что нужно, Мата Хари составила с лихвой, адский такой коктейль, виртуозно соединяла атмосферные слои, наконец, послала мне сигнал:

— Апокалипсис не обещаю…