Юрий Никитин – Передышка не бывает долгой (страница 33)

– А как тебе здесь? Мог их советник утопнуть?.. Вот взял и утопился. С горя.

– Какого горя, Ваше Величество?

– У каждого человека есть горе, – пояснил Мрак, – мы просто не видим. А его припекло, взял и утоп. Ни один зверь не восхочет топнуть, а человек может!

Хугилай посмотрел на него с отвращением.

– Ваше Величество, что-то вас звезды не туды завели.

Мрак ответил мирно:

– А потом из пруда полезут всякие утопленники.

Хугилай вздрогнул, посмотрел на темную воду с испугом и отвращением.

– Ваше Величество! Пруд – это пруд, а не гнездо со страхолюдами. Я бы лучше под крыльцом посмотрел, вдруг там чье-то гнездо?

– И на крышу, – сказал Мрак.

– А что на крыше?

– Вдруг и там гнездо?

Хугилай посмотрел в суровое лицо тцара, расхохотался с великим облегчением.

– Все шутите, Ваше Величество!..

День прошел под жарким солнцем, воздух пропитан зноем, но вечер не принес прохлады, к краю земли мучительно медленно сползает по раскаленному небосводу огромный багровый шар, прогрелась даже почва под ногами, словно Мрак принес этот жар с собой из той пустыни.

Он сидел на веранде, когда Манмурт принес на руках обессиленную и набеганную Хрюндю, даже язык высунула и уже нет сил втянуть обратно, опустил на пол перед Мраком, церемонно поклонился и красиво удалился с прямой спиной и благородными движениями.

Мрак взглянул на жаркое небо, небосвод чуть ли не плавится, накаленный воздух жжет плечи.

– Поквакай, – предложил он Хрюнде, – тебе что, нравится жара?

Хрюндя посмотрела на него в недоумении.

– Не ленись, – сказал он. – Все знают, жабы всегда могут выпросить дождь. Как заквакают – жди ливня.

Хрюндя обиженно отвернулась, это на жабью просьбу небо откликается дождем, а она не просто жаба, хотя пока еще как бы жаба, у нее великое будущее с таким замечательным папой, негоже ей уподобляться какой-то жительнице болот, что живет в камышах, а то и вовсе под корягой.

Мрак вздохнул, подумал, что вот то жарко, то холодно, а раньше не замечал. Был варваром из Леса, а сейчас в шкуре изнеженного тцара, такому все не так – то дождя хочется, то всемирного счастья всем племенам и народам, словно он не человек, а таргитай какой-то…

– Свинья ты, – сказал он, – а не жаба. Даже квакнуть лишний раз лень.

Хрюндя сладко и широко-широко зевнула, потянулась всем тельцем в сладостной истоме, тут же подобрала лапки, чуточку свернулась и моментально заснула.

Мрак зевнул еще шире, подумал сердито, что всегда зевает вслед за этим жабенком, хотя тот тоже подражает ему, и так идет по кругу, пока челюсти не заноют.

Правда, когда в зале на троне всласть зевает Мрак, то с ним зевает весь зал, но это другое, он же тцар, если зевнет, то зевнет, за ним еще как можно, а вот когда за этой противной зверушкой широко и мощно зевает тцар, как-то не совсем…

В дверь деликатно постучали. Мрак рыкнул:

– Открыто-о-о-о!

Вошел Хугилай, с неудовольствием посмотрел на всласть зевающего тцара, в руках целый ворох одежды, но когда развернул перед Мраком, тот узрел всего лишь одну одежку из дорогой ткани, не то плащ, не то балахон, а то и вовсе хламиду, как назвал подобное тот откопанный из-под камня.

– Ваше-е-е-е Величество-о-о-о-о, – произнес он сладко зевая. – Во-о-о-от…

Мрак спросил с подозрением:

– Эт че?..

– Ваше Величество, – ответил Хугилай с великим достоинством, – самая что ни есть тцарская одежка!

– В жопу эту тцарскую, – отрезал Мрак. – Мужчины такое не оденут. Срам один!.. Так скоморохи разве что, да и то не столичные. Воин должон быть воином, а мужчины – все воины, даже если и уродился тцаром. А я кем буду?

– Тцаром, – сказал Хугилай твердо. – Тцар, Ваше Величество, не может быть просто воином!.. Он тцар, это выше. Он воплощает все в своей стране: мужчин, женщин и даже скот. А так как скота больше, чем людев…

Мрак покачал головой.

– И не думай. Ты же видел Костобока?

Хугилай развел руками.

– Ваше Величество, он артанин. У них так принято. К тому же Костобок рожден в седле, с конца копья вскормлен, из шолома вспоен. А барбусцев не отличить от куявов, те же обычаи, та же одежка, те же дуралеи безалаберные.

Мрак подумал, покачал головой.

– Я не куяв, у нас разные традиции. Во мне проснулся дедушка-охотник. Или прадед, не упомню. А он и послов принимал не на троне, а на крыльце, пока ему седлали коня. Так что не спорь, а то удавлю. К тому же, Хугилай, нашу державу легко плащом прикрыть, стоит ли таким малым цеплять на себя все золото из казны, дабы чем-то казаться?.. Пальцем будут указывать и хихикать.

Хугилай с жалостью окинул взглядом парадную одежду.

– Как скажете, Ваше Величество. Увы, нарушение традиций тоже традиция в Барбуссии. Малым можно то, что низзя большим. Спишут на бедность.

– Не дави, – сказал Мрак грозно, – все одно не надену. Я тцар, а не вот это, что ты принес.

Хугилай произнес медленно, не отрывая от лица Мрака пристального взгляда:

– Тцару все позволено, как думают простые люди, но на самом деле ему еще больше не позволено.

– Да ну? – спросил Мрак. – Ну а я вот и простой, и тцар, тогда как?.. Ага, задумался!.. Пусть думают, что с придурью.

Хугилай в испуге отшатнулся.

– Ваше Величество!

– Да ладно, – сказал Мрак великодушно, – я прибитый пыльным мешком звездочет, что с меня взять?.. Мне как с большого гуся вода. Ты видел больших гусей?

Хугилай насупился.

– Ваше Величество, я в детстве их пас, знаю. Но зачем, чтобы о вас такое думали?

– Уже думают, – напомнил Мрак. – Давно. Не станем людев разочаровывать, пусть будут счастливы, что умнее тцара. Мы выше, у нас звездное небо под копытами!

Хугилай невольно взглянул на ноги Его Величества в сапожищах, не определить размер копыт, поднял взгляд на гранитоподобное лицо тцара.

– Как скажете, Ваше Величество! Но мы всегда рядом! Это насчет совета или…

– Насчет выпить? – договорил Мрак. – В этом вы молодцы.

– Я насчет слуг во дворце, – уточнил Хугилай. – Уже присмотрел, кого подкупить, чтобы все услышанное нам передавали.

– Действуй, – разрешил Мрак.

– Надо, – сказал Хугилай весомо, посмотрел на Мрака, как смотрит мудрый учитель на туповатого ученика. – Битвы ведутся не только на поле, Ваше Величество. Там только заканчиваются.

Мрак хмыкнул.

– Ты чё… А вообще-то ты сказанул такое, что в двери не влезет… Разве что в ворота поширше. В самом деле умный, да?.. А то я думал, что тебя в советники взяли за твой красный плащ с золотым подбоем.

Хугилай продолжил невозмутимо:

– А начинаются войны и сражения вот так с осторожных переговоров и торгов. И уже в них начинает литься кровь и греметь сталь.

Мрак поморщился.

– Как-то не по-мужски.