Юрий Мухин – Кто сбил малайзийский «Боинг». Провокация века (страница 3)

Иметь только машину СОУ и не иметь машину СОЦ бессмысленно. Дело в том, что СОУ «Бук» имеет маломощный и очень узконаправленный локатор, его функции – быть на батарее вспомогательным.

Рис. 2. Самоходная огневая установка зенитного ракетного комплекса «Бук»

Этим локатором очень трудно обнаружить цель и так же трудно облучить ее достаточно мощным сигналом, чтобы ракета «Бука» ее обнаружила и не потеряла. Если в составе батареи СОЦ есть, как у карателей на Донбассе, то ракеты СОУ «Бука» могут поразить даже такую малоразмерную цель, как истребитель, на дальности в 50 км и на высоте в 16 км. Но если СОУ действует в одиночку, как это приписывают ополченцам, то тогда, при высоте целей выше 3 км, ЗРК «Бук» удавалось сбить цель с вероятностью 0,70—0,93 только в случае, если дальность до цели не превышала 20,5 км, а некоторые цели удавалось сбить только при дальности до них 3,4 км.

Киев и Запад утверждают, что ополченцы СОУ «Бук» получили из России, но облагодетельствовать кого-либо только СОУ «Бук» без СОЦ – это все равно что подарить снайперскую винтовку без прицела. В упор из такой винтовки стрелять-то можно, но кому это надо, если в упор можно стрелять и массой другого, более удобного оружия?

Ведь с воздуха ополченцам угрожала только низко летающая штурмовая авиация карателей и вертолеты.

Рис. 3. Станция обнаружения и целеуказания зенитного ракетного комплекса «Бук»

Им за глаза хватало переносных зенитных комплексов, а «Бук», с его обслуживанием высококвалифицированным расчетом и проблемами маскировки и охраны, был совершенно ненужной обузой. Это все равно что подарить ополченцам Донбасса подводную лодку. Само по себе это оружие мощное, вот только у противника нет кораблей, чтобы торпедировать их подводной лодкой.

Мало этого. СБУ добавило уверенности в том, что версия Киева и Запада – это ложь, тем, что запустила в Интернет ролик с СОУ «Бука», якобы едущей из России на Донбасс. И тут же по тактическому номеру «312» выяснилось, что это ролик с украинской СОУ «Бука». Но если бы «Боинг» сбили ополченцы, то надо ли было СБУ так позориться с неуклюжими фальшивками?

Кстати, нынешний председатель СБУ В. Наливайченко занимал эту должность и в 2006–2010 годах, и уже тогда (когда Украина была еще как бы суверенным государством) отличился настолько тесной связью с ЦРУ, что его считали откровенным предателем. Достаточно сказать, что при нем дипломы выпускникам Академии СБУ (разведчикам Украины) выдавал посол США в Киеве В. Тэйлор[3]. Так что с уверенностью можно утверждать, что все, что ни делается СБУ, делается под руководством ЦРУ. Но вернемся к инциденту.

На третий день после сообщения прессы о гибели малайзийского «Боинга 777» авиакомпании «Malaysia Airlines», выполнявшего рейс МН 17, когда с места инцидента еще не поступила информация в достаточном для анализа количестве, заместитель министра обороны РФ Антонов задал Киеву 10 вопросов[4] по поводу трагедии с малайзийским «Боингом 777». Если вопросов много, то, разумеется, их нужно задавать, но только тогда, когда есть надежда получить ответы. Однако ведь сразу было понятно, что на большинство вопросов от киевской хунты и ее западного сутенера последует обычная «псака» или просто молчание.

Поэтому разумнее было задать всего пару вопросов, от ответа на которые киевской хунте, казалось бы, нельзя уклониться, и такие вопросы в этом десятке были.

Во-первых, это 6-й вопрос Антонова: «6. Почему украинские диспетчеры допустили отклонение самолета к северу, в сторону так называемой антитеррористической операции, которую проводит официальный Киев против народа юго-востока своей страны?» – и вот почему.

О чем речь. Всего за три дня до катастрофы 777-го министр обороны Украины Гелетей доложил Порошенко о том, что ополченцы сбили «Ан-26». И это был уже не первый сбитый транспортный самолет. Придурку в должности министра надо было объяснить президенту, как это он снова направил транспортник лететь над зоной ПВО ополченцев и этим допустил его гибель. Поэтому министр начал навешивать на уши Порошенко макароны: «…самолет шел на высоте 6,5 км, его поражение переносными зенитными комплексами является невозможным по техническим причинам… По оперативным данным разведки, у «республиканцев» оружия, которое могло бы поразить цель на существенной высоте, до сих пор не было…. Самолет был поражен другим, более мощным ракетным оружием, которое было применено, вероятно, с территории Российской Федерации». И в СМИ Украины пошло-поехало про ракету или истребители с территории Российской Федерации.

Но если ополченцы сбили самолет на высоте 6,5 км, то, значит, у них что-то было, чем можно сбивать на такой высоте? Чем можно гордиться и чем можно пугать? Однако, во-первых, пленный член экипажа показал, что этот «Ан-26» в момент его поражения сбрасывал окруженным украинским войскам продовольствие и воду, во-вторых, ополченцы не стали делать загадочные физиономии, и министр обороны ЛНР просто высмеял этого военного «Галантерея»: «Да, мы подтверждаем, что были сбиты два самолета и захвачены в плен несколько человек…Самолеты были сбиты из ПЗРК, а не из ЗРК с территории ЛНР. Первый самолет был самолет-разведчик, второй – десантный. Десантный самолет не высаживает с высоты 6,5 километра…. Поэтому я считаю, что высота была до 3 тысяч метров, что позволило ополчению успешно применить ПЗРК «Игла». Мало этого, и 3 км много. Вот инструкция по сбросу грузов с самолета «Ан-26»: «9.1. Выброска груза с самолета «Ан-26» производится с высоты 150–300 метров при скорости полета 270–300 км/час на грузовых парашютах, имеющих стабилизирующее устройство… 9.2. Выброска грузов без парашютов производится с высоты 150 м при скорости полета 300 км/ч».

Не знаю, как кому, но то, что ополчение отказалось обмануть противника тем, что у него как бы есть ЗРК «Бук» (хотя бы для того, чтобы напугать), убеждает меня в том, что «Бука» у них действительно не было. Но пусть даже был. Кто запретит воюющим людям иметь оружие, которое имеет их противник?

Ведь дело не в этом.

Пусть даже не ополченцы, пусть этот «Ан-26» сбили или российский самолет, или ракета, но ведь это означает, что в зоне разбоя киевских карателей был сбит самолет на высоте полетов пассажирских самолетов. Поэтому полеты гражданских самолетов стали недопустимы. Так почему киевская хунта не закрыла воздушное пространство карательной акции для полетов гражданской авиации?

Мало этого, агентство Рейтер уже на следующий день после инцидента с малайзийским авиалайнером опубликовало карту полета МН 17, из которой ясно, что даже накануне, 16 июля, украинские диспетчеры маршрут этому рейсу прокладывали, минуя Донбасс.

Рис. 4. Маршрут рейса МН 17 16 июля и место нахождения обломков

Так почему 17-го украинские диспетчеры завели малайзийский «Боинг 777» на это минное поле?

Разумеется, хунта не ответила на этот вопрос – хунта выкручивалась и молчала, и это было понятно. Однако этот вопрос можно и нужно было ставить иным людям.

По имеющимся сведениям, вел его по этому маршруту авиадиспетчер днепропетровского аэропорта. Это человек маленький, его нужно было тащить «в студию» и потребовать ответить на вопрос: кто ему приказал изменить маршрут лайнера? Ответ снял бы много иных вопросов. (Хотя и тогда было ясно, что Москва и ополченцы тут ни при чем.) Но диспетчеры и записи с радаров были сразу же арестованы СБУ киевской хунты и стали недоступны журналистам. И возник вопрос: а что хунта пытается скрыть?

Второй важный вопрос Антонова следует предварить, что на тот момент было уже известно, что хунта перебросила на Донбасс свои зенитные ракетные комплексы «Бук». Но ведь ополчение Донбасса вообще не имело авиации и сбивать этими «буками» хунте было нечего. Более того, снимки со спутников показали, что эти «буки» хунты накануне 17 июля покинули места постоянной дислокации, что можно было понимать, как выезд их на боевые позиции для пуска ракет. Этот вопрос Антонов сформулировал так: «4. Готовы ли представители вооруженных сил Украины представить международным экспертам документы по учету ракет класса «воздух-воздух» и «земля-воздух» в боекомплектах зенитных ракетных комплексов? Это очень важный вопрос, который позволит нам определить, какие системы были использованы против малайзийского «Боинга». И на этот вопрос, разумеется, никто генералу в Киеве ничего не ответил, между тем ответ на этот вопрос легко было получить и без Киева.

Для понимания этого нужно понять несколько технических подробностей.

Переносные зенитные ракетные комплексы (ПЗРК) предназначены для поражения не просто низко летящих целей, а относительно медленно летящих – ненамного более скорости звука – до 400 м/с. Дело в том, что боевая часть ракеты ПЗРК маломощная, весом около 2,5 кг, и нанести летящему объекту серьезные повреждения может только в случае, если ракета попадет прямо в цель или пролетит очень близко от нее. Но чтобы попасть прямо в самолет, ракета должна быть сама маневренной, следовательно, и сама иметь невысокую скорость. И скорость ракеты ПЗРК обычно около 550 м/с.

В отличие от ПЗРК зенитные ракетные комплексы (ЗРК) – «Бук», С-200, С-300 – предназначены для уничтожения высокоскоростных целей, да еще и летящих на высотах до 30 км, – истребителей, тактических и крылатых ракет – объектов, летящих со скоростями до 3000 м/с. Поэтому и сами ракеты этих комплексов летят с такими же огромными скоростями. К примеру, ракета «Бука» летит со скоростью 1230 м/с, последняя модификация ракет С-300 – 2800 м/с. Попасть ракетой, летящей с такой огромной скоростью, непосредственно в объект, летящий с такой же, а порою и большей скоростью, невозможно. И в боевых частях ЗРК применяется принцип дробового ружья, которое стреляет по утке не одной пулькой, а сразу кучей пулек (дробин), и если хорошо прицелиться, то из 250 дробин в утку попадет 2–3, чего обычно достаточно.