Юрий Москаленко – Рекруты Магов Руссии (страница 20)
Гришка бросился к своему скакуну и достал из седельной сумки набор полевого лекаря, а я похвалил его мысленно за предусмотрительность.
Я, к примеру, о такой важной части экипировки и не задумался перед отъездом, а он позаботился. Умница, тут и говорить нечего.
– Дай, осмотрю, – коротко бросил друг, присаживаясь по левую руку. – Не дёргайся, Феликс, плащ-накидку вначале снимем, – он сразу приступил к делу. – Затем пиджак твой новомодный, дырявый, теперича, с рубахой вместе…
Намокший от крови рукав пошёл вниз, открывая разорванную ткань моего длиннополого пиджака на левом плече.
– Ай! – я дёрнулся рефлекторно.
– Что? – среагировал внимательный оруженосец, приостановившись в действиях и глянув мне в лицо. – Сильно больно?
– Давай, продолжаем, – я скорчил на лице подобие улыбки. – Делать с кровопотерей, всё к одному, что-то нужно, – приготовился я к новым и острым болевым ощущениям.
– Начальника, – обеспокоенный голос Чукчи раздался с колеса кареты, аккурат над моей головой. – Моя старается обезболивать, но плохо получаица, однака… – добавил рыжий сокрушаясь. – Магия удара сильная, однака. Потерпеть придётся, хотя, моя постоянна делает анестезия начальнике.
– А то я не знаю? – я отмахнулся от усатого. – За дорогой лучше следи, пока мы лекарством с Гриней занимаемся, – отдал я распоряжение.
Таракан ловко перебрался на крышу кареты, где и исчез из нашего поля зрения.
– Если что, то – ори! – добавил Гришка и продолжил экзекуцию первой помощи без наркоза.
Затем мы некоторое время избавлялись от остальной одежды выше пояса. Хотя, мне это время показалось вечностью.
Так себе удовольствие получилось, зато, как же полна и обширна гамма новых ощущений! Прям такая, что я первый раз пожалел о пребывании в сознании, а не о нахождении в состоянии отключки под присмотром Рунных Магов Жизни из Академии.
Порой мне казалось, что даже мой боевой конь морщился и отворачивался в те моменты, когда я зубами скрипел. Например, как при избавлении от рубашки. Ткань к ране прилипла в некоторых местах, и её никак снять безболезненно не получалось.
Сочувствовал, наверное, что и сейчас делает, следя внимательно за нами своими огромными и умными глазищами. Скоро дойдёт до того, что он мне овса или травки предложит, в знак заботы и сострадания о новом напарнике. Блин… Юмор не к месту.
– М-да, – Гришка прищурился, напрягая глаза, и присмотрелся к ране. – Сейчас я, погоди секундочку.
Он встал на ступеньку кареты и снял фонарь, после чего приспособил его рядом на колесе. Открыв створку, молодой граф Распутин запалил фитиль от огнива, идущего в комплекте с этим прибором, и занялся оценкой нанесённого мне ущерба.
Разглядывал плечо Гриня долго, а я не мешал, осознавая всю важность этого обследования.
При таком вот, затянувшимся первичном осмотре, выражение лица он сделал приближающимся к похоронному.
– Гриш, это всего лишь плечо, – решил я его подбодрить. – Ранения в такие места бывают смертельными, но уж крайне редко, – я, как смог, пояснил очевидное. – Понимаю, что выглядит не очень, да и сильно рваная рана, наверное, однако, ты это, э-ээ, давай, проанализируй, и определяйся с лечением пациента. Эм-м, а точнее, с первой помощью, – завершил я мысль и отметил кивок сосредоточенного Григория.
Мой оруженосец воспрянул духом и ещё несколько минут изучал плечо. Его хмурое выражение стало для меня привычным за столь непродолжительный срок. Кстати, совсем несвойственное для весёлого и жизнерадостного друга выражение. Непривычное такое.
– Феликс, э-м… – как-то неуверенно начал говорить Гришка. – Я не ахти какой целитель и тем более врач, даже фельдшер из меня с серединки на половинку, – он оторвался от созерцания раненого плеча и сконцентрировал взгляд на моём лице.
– Гриня, – я правой рукой похлопал его, приободрив. – Я готов к вердикту, так что оглашай результаты осмотра смелее.
– Так вот, – он замялся и прибавил огня в фонаре, сделав освещение ярче. – Э-ээ… Буду прямолинеен!
Григорий подтянул свой набор первой помощи и кивком головы намекнул, что мне следует обратить внимание на действия друга.
Я, естественно, последовал немому совету и начал наблюдать, как мой оруженосец вживается в роль полевого медика, извлекая безликие и однотипные флакончики с препаратами, отличающимися лишь полосками пояснений, закреплёнными на горловинах.
Затем он вытащил подозрительно блестящую коробочку, и, после несложных манипуляций, в руках Распутина блеснула игла. Крохотным моточком нити он поставил крест на моих мечтах о несерьёзности ранения, как и на возможности отделаться одной только перевязкой.
– Будем зашивать, – завершил он приговором свои манипуляции с набором медика. – Иначе будет только хуже.
Я уже успел мысленно свыкнуться с этим и никак не выдал страха перед штопкой тела наживую.
– Тогда, Гриня, погоди секундочку и ты, – я остановил готовящегося к процедуре друга. – Подойди сюда, мой боевой товарищ, – обратился я к своему четвероногому напарнику. – Гриш, там в какой-то из седельных сумок припрятано крепчайшее из крепкого, что Грох пожаловал в дорогу.
Конь подошёл и встал нужным боком к нам, словно сам укладывал припасы.
Григорий без труда отыскал заказанное, а после того, как понюхал содержимое небольшой кожаной фляжки, вдруг глянул на меня с недоверием.
– Неси сюда и дай мне эту анестезию принять, – я поспешил с ответом на его немой вопрос. – Займёт это… Эм-м… – я поднял взгляд к тёмному небу, прикидывая время. – Минут десять, может, пятнадцать. Ты как раз успеешь ниточку вдеть и инструмент обеззаразить. Заодно поболтаем, выскажем мысли относительно произошедшего и подумаем о дальнейшем плане.
– Уверен? – новоиспечённый медик решился на уточнение, смотря на меня с иглой в одной руке и с фляжкой в другой.
– Да, абсолютно! – я подтвердил свой настрой набухаться перед экзекуцией. – Как язык начнёт заплетаться, значит, и приступать уже можно, – добавил я наставительным тоном, протягивая здоровую руку за крепчайшим. – Поверь, так будет лучше, – сказал ему, а сам понадеялся на крепость напитка, который при операции орать на весь лес не позволит.
Гришка неуверенно разжал пальцы и фляжка перекочевала ко мне в руку.
Первый глоток застрял в горле, но волевым усилием я протолкнул его вторым, находясь под пристальным взглядом верного оруженосца и коня, решившего далеко не отходить.
– Моя тоже помогать будет, однака! – раздался сверху кареты голос рыжего. – Ты тама эта… Держися! – подбодрил, как мог Чукча и его усы вновь исчезли за краем крыши.
Тепло начало расходиться по телу от желудка. Я взглянул на друга, готовящего инструмент и белые тряпки. Одни – как заменитель ваты, а другие – бинтами оказались. Но не такими, к каким я привык, а вполне себе матерчатыми, по типу ткани для девичьих ночных рубашек.
– Странные бандиты, кстати, – завязал диалог Гришка.
– На основании чего такой правильный вопрос? – я поддержал его.
– Уж больно организованные, для откровенного быдла, – отметил очевидное друг. – Хотя… Может, просто роли такие играли?
– Может и так, почему нет? – я кивнул, снова пригубив напитка. – Вот что я тебе скажу, Гришка, – продолжил я философски. – Вот, рана на левом плече красноречиво подтверждает моё предположение о засаде с аристократами в главных ролях. Всё сводится к спланированной засаде на обоз с грузом артефактов. Правда, банда не сразу поняла, что мы и есть часть этого обоза. Они крупные силы прикрытия ожидали, с вереницей карет и телегами.
– Почему Череп это не сразу понял? – логичный вопрос задал Гриня.
– Заметил, но, как мне сдаётся, уже поздно было, – подметил я.
– Эх-х, может и так! – вздохнул молодой граф Распутин. – А возможно, что не было нужды останавливаться у этой грёбаной харчевни? Прости за выражение, Феликс, – он взмахнул рукой в нервном порыве откровенного сожаления или досады.
– Ты же сам говорил про уставших коней, – напомнил я первоочередную причину. – Плюс, привычка сработала, ведь они всегда там останавливались.
Григорий уже приготовил всё необходимое для операции и ожидал достижения нужной кондиции от меня, уже не так реагирующего на боль, пульсирующую в такт биения сердца.
– Ко всему прочему, – продолжил я делиться воспоминаниями, – я абсолютно точно насчитал четверых Боевых Рунных Магов в их рядах. Это как минимум! – сделал я ударение на таком немаловажном факте. – Причём, достаточно высокого уровня, а возможно, что среди этих супостатов присутствует и, прекрасно шифрующийся, целый Магистр Рун.
Григорий потеребил подбородок, пытаясь вспомнить детали ужина и разномастную толпу всякого подозрительного народа в харчевне.
– Вся моя защита была прошита насквозь ударом стихии столь быстро, что я начала вязи не заметил, – продолжил я. – Это с моим-то даром Чтения Создателя! Как такое возможно, вообще? – находясь под эмоциями о прошедшем, я нечаянно проговорился Гришке.
Однако, мой друг не отнёсся к этому серьёзно, сочтя упоминание о даре хмельным бредом.
– Остаётся только надеяться на запоздалое начало погони бандитами, – Гриня посмотрел по сторонам, говоря это. – Ну, из-за нашего удачного угона всех их коней.
– Посему, давай, – я нечаянно поморщился, представив процесс первоочередного этапа помощи. – Приступай, если готов, конечно же.