Юрий Москаленко – Неуловимый. Часть 1 (страница 77)
Готовка как всегда заняла всё моё внимание и время. К ухе и, особенно, к мясу, я никого не подпускал. Конфисковал у Попа немного кислого вина. Было у него всего на донышке в бутылке, но, чтобы разбавить его водой и использовать для опрыскивания мяса в процессе готовки на углях, хватило. Даже не пожалел приправить мясо в качестве маринада, вот только выдержать, по понятной причине, долго не получилось. Прогорел костёр, палкой отгрёб малиновые угли и начал нанизывать куски оленины на деревянные шампуры. К этому времени запах от нашей ухи разносился по всей стоянке смешиваясь с подобными запахами, у многих сегодня на ужин была рыбная похлёбка.
Поп с Ушером и бароном готовили место для пикника. Вытащили все фашины из-под телеги, соорудили из простеленного на голую землю полога что-то навроде места для стола и уже на вытащенных из закромов Попа тарелках раскладывали нарезанный окорок, хлеб и помытую и подсушенную зелень с овощами. Судя по импровизированному столу, пьянка ожидалась грандиозная.
Впрочем, так и оказалось.
Не успела подойти первая порция мяса, как со стороны основного скопления каравана показались четыре девичьи фигуры. И, если две из них можно было принять за детские, то другие две, точно, выделялись среди них своими объёмными приятными формами. Впрочем, к маленьким фигуркам девчушек я зря так отнёсся. Девушкам лет по четырнадцать, а так как тут уже в шестнадцать многие имеют по трое детей, то можете представить, что и вели девушки себя как заправские невесты.
В нашу сторону сразу потянулись и ухажёры, но Поп с Ушером их быстро и без вопросов разворачивали в обратную сторону, а за столом у нас царил и правил барон. Вот же, умеет он вести беседы, рот не закрывается. Из его рассказов, как нам удалась и охота и рыбалка, получалось, что только благодаря его мастерству удалось вначале подстрелить рогатого, а потом и отбиться от преследовавших копытного волков. Голиаф прямо в дырявых штанах! И при этом он не стесняясь всегда обращался за подтверждением своих слов ко мне. Вначале, правда, была небольшая скованность среди гостей нашего пикничка, но как только Поп достал пузырь…
В общем, ко второй порции шашлыков за нашим костром шло дикое залихватское веселье. При этом получилось так, что малой барон уселся около самой жопастой красавицы, а вот мне, наоборот, досталась самая мелкая из девчат, но зато и самая бойкая девица изо всех. Она заливисто смеялась над шутками Шварца и не переставала строить мне глазки. Непонятно, что произошло в караване за наше недолгое отсутствие, пока мы отбивались от Рухи и потом занимались рыбалкой. Но теперь видно, что в глазах народа мы очень таинственные личности. И, если девушек эта таинственность очень волновала, то ребят нервировала, а тот факт, что первые красавицы каравана выбрали именно наш костерок для посиделок, доброжелателей нам прибавил в разы.
– Я выпрыгиваю из кустов и прямо в полёте выпускаю первую стрелу! А затем разворачиваясь и сходу пинаю одного из волков, прямо в его клыкастую морду. – не переставая врал барон, но у него это выходило так забавно, весело и интересно, что даже я, сам того не желая, заслушался.
Но вот спиртное сделало своё тёмное дело, а если учесть, что все пили крепкое, то ничего удивительного, что спустя час, примерно, у костра образовались парочки, причём мелкота пила почти наравне со всеми.
Развезло и барона, но хвала ему, держать язык за зубами он умел и в таком состоянии. Смотрелся он со своей подругой, конечно, смешно, но не слишком. Всё-таки он выше меня, а девушка почти с него ростом. Вот если бы на его месте был я, тогда да, забавно бы выглядело. А так… Мы разлеглись вокруг потрескивающего костерка на мягкие фашины и женские голоса мило выводили какую-то жалобную заунывную мелодию.
Песня была о горькой судьбинушке девушки влюблённой в парня ушедшего наёмником на войну. И дальше всё в том же духе.
– Эх! Жаль из инструментов ничего нет. – задумчиво сказал барон.
Я уже заметил, что его благородие совсем освоился, а его рука так и не покидает последние пять минут внушительную грудь лежащей рядом с ним девушки.
– Почему это нет? – тут же откликнулась моя подруга на сегодня. Я тоже успел уже руками пройтись по её фигуре, но, увы, ничего интересного для себя там так и не обнаружил, хотя для проформы всё-таки отметился как будущий сердцеед, прошептав ей на ушко какая она красавица, невероятно этим ей польстив. – Есть мультяна на пяти струнах. Качеством, правда, не вышла, но наш братец любил на ней побренчать. И струны не металлические. А что, есть кому на ней играть? – последовал закономерный вопрос, сопровождаемый заинтересованным взглядом прелестных глазок.
Барон хмыкнул.
– Тот, кто тебя сейчас так нежно обнимает за талию, прекрасно играет и говорят, что и поёт неплохо, но только свои песни.
– Если нет инструмента, мы и просто песни готовы послушать! – закричала вторая малолетка, нежащаяся в объятиях Попа. Тот и вовсе не стесняясь уже орудовал руками у неё под платьем.
Ох уж он и повеса!
– Нет! – теперь уже не согласился я, наградив мелкого барона уничтожающим взглядом, поняв, что отказаться от исполнения песен мне не суждено. Да и подружка так прижалась своей попой к моему паху и так многообещающе потирается о моего вздыбленного дружка! Говорить о нежелании петь резко расхотелось, ведь перерыв у меня в общении с женщинами был всё-таки очень приличный, как бы и вовсе в процессе общения конфуза не получилось и штаны единственные не запачкать.
Ох уж эта молодость!
Затем последовало предложение пройтись до их фургона.
И вот мы с моей подружкой держась за руки, почти бегом, ориентируясь на отблески костров, споро двигаемся к намеченной цели. Я уже успел узнать, что моя временная пассия – селянка. В семье у них было двенадцать человек, но после набега воинственных племён орков осталось их всего шестеро, если считать со старой бабушкой. Но по сравнению со многими переселенцами у них целых три телеги, одна из которых покрыта тентом. Она самая старшая в семье из детей, а мама сейчас обхаживает одного из наёмников, охраняющих караван. Она ещё очень красива, хотя и пришлось ей сильно поработать матерью героиней.
Ночь. Ни ветерка. Песни слышатся там и тут. Но ничего залихватского нет. Протяжные песни с болью в словах и с мелодиями, выводящимися нежными женскими голосами. В них сквозит надежда, надежда на счастливое будущее.
Вот и пришли.
А старуха-то, и не старуха вовсе. Такая крепенькая женщина лет сорока-сорока пяти. Но, если учесть во сколько тут девчонки в деревнях мамами становятся, то и неудивительно, что для всех эта красивая пожилая женщина является глубокой старухой, хотя в теории и она ещё может нарожать детей.
– Что, уже жениха привела? – усмехнулась женщина.
Голос грудной, сильный, да и сама она выглядит весьма неплохо. Неудивительно, что именно около её костерка нашел приют начальник охраны каравана.
Понятно. Все стараются разобраться по парам. Что там дальше произойдёт и куда судьба повернёт, ничего сказать наверняка нельзя. Но попробовать наладить отношения, кто мешает? А вдруг, что и получится.
– Да я, бабушка, за мультей пришла. Вот Гури, говорят, играть умеет.
– Он, что ли? – раздался голос наёмника. – Ну, садись что ли, ухажёр! Угощайся, да и если есть желание, сыграй что-нибудь.
Отказывать старшему не хотелось, да и пригласил он довольно учтиво. Кто я для него? Шкет, да ещё и без кепки.
Вон и вина налил в деревянный кубок. Отказываться нельзя.
– С превеликим уважением, уважаемый…
– Зови меня Пэтер. Прозвище можешь не приставлять к имени. Да и не в строю мы. Давай, за наших спутниц! – поднял он свой кубок.
В два глотка его осушил и довольно крякнул.
– Ну, и откуда вы такие к нам попались? – усмехнулся он в усы. – Ведёте себя как барины, но что у вас есть, так это опыт работы, с господскими навыками не сравнить, а значит, возможно, вы и бастарды. Так уже многие в караване решили. Уж больно вы непросты и к тому же излишне свободолюбивы. А это немногим нравится.
Я молча пожал плечами. А что говорить? Оправдываться бесполезно, а обыватели и сами всё придумают за нас.
Вино было, мягко говоря, не очень. Немолодое, естественно, такое среднеполусухое и весьма кислое, а после крепкого спиртного, боюсь меня окончательно поведёт.
Магией при всех не воспользуешься. Нет, исцеление почти полностью снимет опьянение и последствия от применения спиртного в виде похмелья и жуткой головной боли. Надо будет осторожно на обратной дороге себя подлечить.
Женщинам не наливали. Моя спутница скрылась в необъятной пасти фургона и примерно минуты через три появилась на свет держа в руке грушеподобное устройство.
М-дя! Обыкновенная тыква с палкой, а струны… Я взял это топорное изделие в руки. М-дя… Кишки бараньи натянуты, но, на удивление, звуки неплохие издаёт! Её бы только настроить.
– Ну, давай маэстро. Что-нибудь для души исполни, а то это бабское нытьё уже в печёнках сидит.
Я хмыкнул.
– Да у меня в репертуаре тоже мало весёлых песен и притом большинство из них на родном моём языке, который тут никто и никогда не слышал.
– А ты спой. – поддержала своего ухажёра бабушка моей подруги.
Чёрт! Я даже не удосужился спросить как её зовут! Совсем как в том анекдоте, после секса знакомились. В смысле, как зовут мою малолетнюю подругу, которая всё же старше меня самого теперешнего на пару лет точно.