Юрий Москаленко – Контрабандист Сталина Книга 6 [СИ] (страница 19)

– Николай Сидорович жизнь у нас такая… жестокая – чего бы Власику мне не улыбаться. Я ему прошлый раз презентовал три катушки немецкой фотоплёнки.

– Пора бы дачу побольше и получше – намекаю, что не хорошо руководителю государства ютится в таком маленьком домике.

– Да вот убеждаю товарища Сталина, а он никак не соглашается. Может, вы хоть поможете – глубоко вздыхает он.

– М-м – мычу я не определённо.

– Здравствуйте. Нэ будем терять время. Пойдёмте смотреть кино – не успели поздороваться, как Сталин приглашает в другую комнату. Комната не большая и явно только недавно переделанная под кинозал. Тут кино может смотреть более-менее человек восемь-десять, но не больше. Власик сел рядом прикрывая Сталина. За проектором какой-то пожилой мужик. Фильм шёл пятьдесят минут, где действительно показывалось не только спасение итальянцев и дирижабля, советские пароходы, но и природа и северные животные.

– Ну что скажете? – после просмотра фильма мы возвращаемся в любимую полукруглую веранду Сталина. Я под мышкой несу несколько папок с бумагами.

– Кто снимал? – задаю вопрос ради интереса.

– Эйзенштейн – получаю ответ.

– Фильм хороший. Надеюсь, вы обратили внимание на аппаратуру, которую итальянцы явно использовали в военных целях? – теперь я уже вопросом похоже ставлю в тупик собравшихся.

– ? – получаю немой вопрос.

– Она позволяет точно картографировать местность и наводить бомбардировщики по концепции Дуэ. Так что не пускайте к себе такие «подарки» – в следующем или 1930 году, точно не помню, немецкий «Граф Цеппелин» успешно у нас сфотографирует местность, над которой будет прилетать. А потом наши военные в войну ещё будут удивляться, откуда у немцев столь подробные карты? А это, потому что в армии сейчас командуют «бараны». Правильно их Сталин в 1937 году зачистил, а то б ещё больше беды натворили.

– Обратите внимание и на показанное питание. Это пеммикан. Необычный обогрев кабины, и другое специализированное оборудование и одежду. А вот озвучка в таких пафосных тонах для заграницы не годиться. Не надо тешить себя иллюзиями, никого ваш строй, во всяком случае, сейчас, не привлекает. А так я думаю да…фильм, будет пользоваться успехом – подвожу итог увиденному.

– Почему вы так считаете? – Сталин. – Всё сильнее и смелее я играю танец смерти, И он тоже, Оуланем, Оуланем – зачитываю я из своей тетрадки. Я тоже подготовился к этому разговору, знал, что рано или поздно он произойдет. И будет повторяться вновь и вновь с разной периодичностью. – Это имя звучит как смерть. Звучит, пока не замрёт в жалких корчах. Скоро я прижму вечность к моей груди. И диким воплем изреку проклятие всему человечеству. Это из поэмы «Оуланем». А вот ещё в стихотворении «Бледная девочка» Маркс пишет: «Я утратил небо и прекрасно знаю это. Моя душа, некогда верная Богу, предопределена для ада». Такие и похожие стихи сочинял ваш названный лидер Маркс – и продолжаю зачитывать всё из блокнота. – А в стихотворении «Скрипач» есть такие строки: "Адские испарения поднимаются и наполняют мой мозг до тех пор, пока не сойду с ума, и сердце в корне не переменится. Видишь этот меч? Князь тьмы продал его мне". В ритуалах высшего посвящения в сатанинский культ, кандидату подается меч, как символ силы и успеха. Ужас. И этот человек пишет о равенстве и братстве. Вы думаете, что люди на Западе этого не понимают?

Повисла напряженная тишина. Но я останавливаться не хочу…сейчас нужно поставить всё на место…либо у нас чистый бизнес, либо сотрудничество на почве идеологии. Сталин пытается меня банально перевербовать…а мне это не надо.

– Вот что пишут многие современные философы и мыслители. – Ваш марксизм – это первая систематически и детально разработанная философская система, которая резко понижает представление человека о самом себе. Сам же коммунизм, к которому вы так призываете, это авторитарная доктрина. Поэтому вы попадёте в ту же западню борьбы за лидерство, как и все монархисты. То есть ваш ждёт кровавая внутрисистемная борьба, в которой пострадает очень и очень много неповинных людей. Да и ваши ближайшие помощники в неё не верят и придают её направо и налево – мне приходиться рисковать. С другой стороны мне кажется, что Сталин стал формировать какую-то свою модель строительства государства. Поэтому у нас и возникают небольшие дискурсы время от времени о политике.

– Мы то же с вами знаем – после нескольких минут доводов Сталина, я продолжил – что любая, абсолютно любая власть держится на лжи. Главное её задача это присвоение прибавочной стоимости или грабёж. Как уж она там называется, это дело десятое. И власть крепче у того, кто правильно может распорядиться этими богатствами между своими. Вот и вам надо создать такую систему, где распределение и наказание было как-то понятно большинству, а социальные лифты хоть как-то, но понятно для остальных работали.

– Хорошо. Оставим это – после минутного размышления ответил мне Сталин. – Скажите, мы вот пригласили к себе французских авиаконструкторов во главе с Полем Ришаром, как вы считаете, они смогут построить нам гидропланы?

– Сомневаюсь – после нескольких минут воспоминаний, произношу. Вот не помню, чтобы французы построили у нас хоть какие-то самолеты.

– Почему? Вы считаете, мы сделали ошибку? – и наклонил голову, внимательно посмотрел на меня.

– Нет. Инженеров они ваших хоть чему-то да научат. А вот построить вряд ли смогут, да и вряд ли захотят стараться. Слишком, производственные отличия и отношения у вас другие – смотрю, как Сталин опять делает пометку.

– Мы закупили во Франции два "Потэ" 25 с радиостанциями и инструментами для их ремонта. Не смогли бы вы их доставить? – увидев мой кивок, продолжил. – Возможно, вы сможете закупить и другие перспективные модели гидросамолетов. Скажите, к как вам самолёт Поликарпова? Вы же просили отозвать и «спрятать» его подальше. Мы пошли вам на встречу и направили его в Сибирь в Омск.

– Поликарпов, к сожалению, мыслит немного старыми категориями…и несколько упёртый авиаконструктор. Уже большинство мировых лидеров в производстве самолётов переходят на монопланы. Используют сплавы алюминия или фанеру, вместо перкали – ну и хорошо, что отослали Поликарпова. Надеюсь, страна не станет строить весь этот летающий хлам, как И-5, И-3, И-6, И-15, И-16, И-153, Р-5, Р-Z, ТБ-2 много сотенными сериями. Которые опоздали, как самолёты, ко всем конфликтам СССР. А ведь страна «отрывала» от народа тогда колоссальные деньги.

– Вы считаете, что новый самолёт У-2 устарел? – пытается докопаться до истины Сталин.

– Как вам сказать. Сотни три, четыре, наверное, можно и выпустить. Сможете продать за рубеж, ещё лучше. Сейчас в Таганроге доводят «до ума» четырех местную учебную машину. Там за один полёт есть возможность обучать трёх курсантов сразу. Стоить она будет конечно чуть-чуть дороже, зато в эксплуатации дешевле. Так же там переделывают Р-1. Хороший будет биплан. Если вы конечно окажете поддержку оборудованием, людьми и материалами. Ну и некоторое другое.

– Что? – тут же «навострил уши» Сталин.

– Сначала оплатить мою работу и поставленные товары – передаю лист с оплатой на двести пятьдесят тысяч долларов товара и ещё пятьсот тысяч за мои «услуги» – отвечаю я.

– Что-то вы много запросили за свои консультации? Орех, вино хоть и дёшево, но так ли нам необходимы? – быстро просмотрев список ответил Иосиф Виссарионович.

– Одно тянет за собой другое. Не всегда есть выбор. Мне тоже не нравиться возить ваш уголь, но приходиться. А вам я ещё и половина не рассказал и не все документы передал – показываю на свои папки.

– Скажите, а когда вы сможете открыть свои магазины во Франции? Мы сможет там продавать произведения искусства для получения валюты? – после неспешного прохода взад-вперед по веранде спрашивает меня Сталин.

– Планирую успеть к весне. Меня обязали достроить два этажа. И я думаю, что мы договоримся. Лишь бы не было фамильных ценностей эмигрировавшей знати – немного подумав, даю ответ.

– С общей оплатой пусть Потоцкий занимается, раз вы категорически не желаете привлекать ещё кого-либо. Я отдам распоряжения. – Дальше мы обсуждаем открытие «Торгсинов» в СССР и закрытие Миусского полуострова. Сталин признался, что в аренду он его отдать не может, по политическим мотивам, но сделать закрытой производственной зоной вполне. Я ему предложил создать там и кадетские училища.

– Крупская и её сторонники опять пищать будут – поморщился на это Сталин.

– Да отправите вы эту су… куда-нибудь подальше и подольше… с инспекцией по стране – махнул я рукой.

– А что это хо-ро-шая идея. Отправим мы её во Владивосток – усмехнулся тут же в усы Сталин.

Дальше я передаю папки собранного материала. В них материалы от доступного жилья до солнцезащитных очков. Где, какие фирмы выпускают, кто автор и приблизительные цены на продукцию. Последним идёт предварительный договор с Рено, о строительстве сборочного завода машин "Renault 1 °CV Type MH 6x6 Sahara".

– Наши эксперты дали не однозначную оценку этой машине – это он о «сахаре» рено.

– Во Франции кстати тоже. В конце есть оценка, на что нужно обратить внимание. Предлагаю построить этот завод в Ростове-на – Дону. Пусть потом ваши конструкторы поработают. Соединят рено с татрой, поставят более мощный двигатель и будет очень хорошая машина. А эти две-четыре тысячи первых машин можно продать в стране и по коммерческой цене – предлагаю выход.