Юрий Москаленко – Камер-паж Ее высочества. Книга третья. Часть первая (страница 28)

— А самому? — родительница напирала.

— Мам, — я уже успокоился, — ты же знаешь, как быстро и резко у нас все поменялось! Мне же нужно было как-то попривыкнуть, выработать новый ритм жизни… И потом, — я выставил в ее сторону указательный палец, — я, между прочим, тренировался! — и, заметив ее скептическое выражение лица, уточнил:

— Целых два раза! — голос мой звучал твердо, я бы даже сказал, твердо и гордо! — Причем, оба раза с боевым оружием! Вот!

— А! — мама пренебрежительно махнула рукой. — Ну, что с тобой говорить! — но потом, видимо, передумала, хотя в голосе появился сарказм. — Ты же знаешь, что в тренировках главное — регулярность, а не повышенная опасность для жизни!

Я развел руками, признавая ее правоту.

— Все! — мама опять махнула рукой. — Беги к Рыку, пусть он тебе покажет, где тренировочный зал, а то еще опоздаешь! Давай, хорошей тебе тренировки, — в голосе мамы появилась теплота, — встретимся завтра утром!

— Угум! — я согласно кивнул, махнул на прощание рукой, но тут, вспомнив кое-что важное, я остановился. Мама удивленно вскинула брови.

— Э-э-э, мам, — я обернулся к ней, — а научишь меня еще чему-нибудь из того, что тебе прислал Дель Реввик? Ведь, наверняка, он не ограничился только сведениями по установке ментальных щитов?

— Все-то ты знаешь! — усмехнулась мама. — Ладно, — ее голос потеплел, — посмотрим, как у тебя сложится с установкой ментальных щитов. Если будет все хорошо, то… — мама не договорила, но многозначительно кивнула головой. — Все, все! А сейчас иди, а то, и правда опоздаешь, а это никуда не годится!

— Ага! Уже ушел! — бодро воскликнул я, обрадованный тем, что не услышал отказа, и быстро вышел из комнаты. Мне нужно было найти Рыка, и начать я решил с наших покоев.

Ну, что сказать? Мне повезло — Рык находился в наших покоях — небрежно развалясь на кровати, он, по его собственному выражению, «предавался послеобеденному ничегонеделанью». Услышав мою просьбу, он страдальчески застонал и, поругавшись на меня, правда, в довольно шутливом тоне, покинул место своего отдыха, не спеша встав с кровати. Честно говоря, я и сам был бы не прочь помять бока, минуток эдак шестьсот, на каждый бок, так как чувствовал себя несколько уставшим. Мое магическое хранилище, хоть и наполнялось маной, но не так быстро, как хотелось бы, а опустошил я его, практически, полностью!

Я посмотрел завистливым взглядом на смятую Рычиком кровать, вздохнул и, стиснув зубы, поплелся за моим названным братишкой, стараясь запомнить дорогу в этот… тренировочный зал.

Мы пришли даже раньше назначенного времени, хоть особо и не торопились. По дороге Рык рассказывал мне, что интересного с ним случилось сегодня. Из его рассказа я уяснил, что не только мы с матушкой в ближайшие дни будем загружены работой по самую маковку, но и весь дворец буквально гудел, как растревоженный улей, в преддверии бала.

Как я понял, размеренный ритм жизни дворца нарушился и вот такая лихорадка, для кого-то веселая, как для Энарии, Магды и их подруг, а для кого-то хлопотная, как для отца, матушки, ну и, чего греха таить, для меня тоже начиналась «головная боль». Нужно сказать, что к словам полуорка о возможном покушении на дочь герцога во время бала, я отнесся очень серьезно, но пока так и не смог выработать никакого плана, чтобы наверняка ее защитить.

Я решил, что если сегодня-завтра так ничего и не придумаю, то обязательно поделюсь этой «головной болью» с отцом. А еще, Рык поинтересовался, когда мы пойдем смотреть зал, который он подобрал мне для тренировок.

— Ну-у-у, — я задумался, но, так ничего и не решив, признался:

— Не знаю. Если сегодня будет время и останутся силы, то сегодня, а если нет, то попробуем сходить посмотреть завтра.

— Но ты не передумал? — осторожно спросил он.

— Нет, — удивился я. — С чего бы?

— Ну-у-у, — протянул он, — у тебя же теперь есть учитель и, соответственно зал, где ты сможешь спокойно заниматься, разве нет? — и он бросил на меня загадочный взгляд. Во всяком случае, что он означал я так и не понял.

— Могу, конечно, — я пожал плечами, — просто, мне нужен зал, чтобы потренироваться вдали от любопытных глаз. — Признался я.

— А чего так? — не унимался Рык. — Чем тебе помешают чьи-то глаза?

— Знаешь, Рык, — я решил немного просветить нового члена нашей семьи, — отец часто говорил одну фразу: «если ты умеешь считать до десяти, то на просьбу постороннего разумного продемонстрировать это умение, не стоит считать дальше пяти»! Понимаешь?

Полуорк замолчал и задумался. Какое-то время мы шли молча, а потом Рык вдруг заявил:

— Я понял! Нельзя показывать посторонним все свои умения, так?!

— Ну, да! — я кивнул головой. — А жизнь во дворце сложна и непредсказуема, — я вздохнул, вспомнив две, абсолютно мне ненужные дуэли, и нападение убийц. — Поэтому, чем меньше народа будет знать о моих умениях, тем больше у меня шансов остаться в живых во всей этой кутерьме.

— О как! — Рык покачал головой. Мой новый родственник опять задумался и весь оставшийся путь мы проделали в молчании. Только уже подведя меня к двери в тренировочный зал, Рык вдруг придержал ее рукой, чтобы я не открыл ее и, немного стесняясь, вдруг спросил:

— Волька, а ты меня с собой на бал возьмешь?

— Чего? — от неожиданности, я даже не сразу понял, о чем это он.

— Ну-у-у… — смущенно замялся полуорк, — на бал… а? — и он так жалостливо посмотрел на мня, что у меня просто не хватило духа ответить ему отказом. Правда, и обнадеживать его я тоже не решился.

— Не знаю, Рычик, — я вздохнул. Рык понимающе кивнул и понурился. — Эй! — я потрепал его по шевелюре. — Я поговорю с маркизой, узнаю, что можно сделать, обещаю!

— Правда?! — мой названный брат расплылся в улыбке.

— Правда-правда! — я улыбнулся ему в ответ.

— Здорово! — он радостно подпрыгнул и, махнув мне на прощание рукой, быстро умчался, наверное, опасаясь, что я могу передумать. А я так, широко улыбаясь, открыл дверь и шагнул в тренировочный зал.

Хоть я и пришел раньше времени, мой учитель уже был здесь. Мало того, он разговаривал с каким-то мужчиной, стоящим ко мне спиной, причем, он явно что-то рассказывал, потому что весьма экспрессивно размахивал руками, в одной из которых был зажат учебный клинок, а еще при этом он смеялся. Мужчина, стоящий ко мне спиной, судя по вздрагивающим плечам, тоже ухахатывался.

На звук открывшейся двери, Сирил Ван Герштоф повернул голову и, увидев меня, энергично замахал рукой, радостно скалясь.

— Волан! Ну, наконец-то! А то мы тебя здесь ждем-ждем!

Его собеседник, видимо заинтригованный его словами, обернулся, и я с удивлением узнал в нем Гаральда, старшего сына и наследника герцога, которого мы с матушкой не так давно лечили.

— Вот! — мой учитель прямо лучился радостью. — А я тут Гаральду как раз рассказываю про твой поединок со свитским младшего принца на приеме! Как там его звали?

— Роджер Валентайн. Маркиз, Роджер Валентайн. — Я не спеша подошел и первым делом отвесил изящный поклон, ну, в моем понимании, поклон был изящным, хотя и закралось некое подозрение насчет изящности, когда я разогнулся и увидел огоньки веселья в глазах Гаральда и откровенную ухмылку на лице барона.

— Маркиз! — потом повернулся и, несмотря на ухмылку, вежливо кивнул учителю. — Барон!

А потом, сделав непонимающее лицо, обращаясь к казначею, тихонько спросил:

— Что, с изяществом переборщил?

Это стало последней каплей, и оба моих собеседника заржали в голос. Я стоял, смотрел на них с легкой улыбкой, и ждал, когда же они отсмеются. Наконец, веселье начало стихать, их хохот перешел в нечастые всхлипы, а потом они и вовсе успокоились.

— Да-а, Волан, — Гаральд несильно хлопнул меня по плечу, — хорошо пошутил! Молодец!

Я согласно склонил голову, принимая комплимент.

— Кстати, — Гаральд продолжал улыбаться, глядя на меня, — наедине можешь звать меня просто по имени, — он посмотрел на барона и хмыкнул, — ну и при бароне тоже, хорошо?

— Как скажете, Ваша милость, — согласился я.

— Отлично! — чему-то обрадовался Гаральд, немного помолчал, а потом неожиданно для меня продолжил: — Ладно, вы тут тренируйтесь, а я, пожалуй, пойду, а то дел много!

Мы с бароном молча поклонились. Маркиз дружески нам кивнул, повернулся и быстро вышел за дверь. Мы с учителем переглянулись.

— Хорошо! — кивнул мне Сирил Ван Герштоф. — Для упрощения общения предлагаю звать меня «учитель» или «господин барон», или просто «Сирил», но это только когда нет посторонних. Договорились?

— Да, Сирил! — мне захотелось посмотреть, как он отреагирует на данное им самим разрешение. Нормально, даже не поморщился!

— Выбирай учебный меч, — тем временем, учитель мотнул головой в направлении стойки, расположенной у стены. — Я хочу посмотреть, для начала, что ты умеешь.

Я направился к стойке с учебными мечами, попутно разглядывая обстановку, как-никак, я здесь был впервые. М-да, впечатляет! Вдоль стен, в стойках, располагалось учебное оружие. Чего здесь только не было — одних мечей, по самым скромным моим прикидкам, полтора десятка разновидностей! А были еще и разного вида секиры, копья, ножи и пики, моргенштерны и булавы. А еще щиты, различных форм и размеров, пехотные и рыцарские, для конного боя.

У меня поначалу, просто от обилия и разнообразия, разбегались глаза, но я взял себя в руки и целенаправленно двинулся к стойке с пехотными мечами. Немного покопавшись, подобрал себе, около семидесяти сантиметров длиной, простой пехотный меч, пришедшийся мне по руке. Пару раз махнул им вверх-вниз, влево-вправо, прикидывая его баланс и, удовлетворенно кивнув, подошел к учителю.