Юрий Мори – Ментакль (страница 22)
- Цена чего-нибудь?
- Кодировка разной техники, ну там, заводской номер, серия. Или марки стали.
- Паспортные данные, где номер.
- Координаты, - сказала Нани и запнулась. - Ну, на карте же... Широта, долгота.
Андрей даже вскочил, а Линкин резко повернулся к хозяйке дома.
- Координаты... А дай я тебя, Кошкина, расцелую! Да!
- Только руки не распускай, а то я тебя знаю.
Андрей покраснел и плюхнулся на место. Теперь будет страдать, обвинять себя, что он такой дремучий, да и заслуженный поцелуй пролетел мимо. Как мало надо в двадцать лет для счастья и горя. Иногда оба состояния даже не чередуются, накрывая одновременно.
- Но они ж это... Короткие. Градусы широты, градусы долготы. Четыре циферки, - тут же начала спорить Маша. - Я со школы помню.
Линкин уже раскрыл ноутбук, с которым не расставался даже в ванной, и торопливо стрекотал клавишами, что-то проверяя. Он присел прямо на пол, благо ковёр позволял на нём даже спать, строчил и, не поднимая головы, сказал:
- Ситуация такая: в школе и правда - широта в градусах, долгота в градусах. Ну и минуты градусные добавляют для точности. Но в GPS - у пиндосов же всё не как у людей - цепочки цифр длинные, градусы и десятичные минуты. В каждой координате по восемнадцать-двадцать знаков, если точки выкинуть. И вот что у нас выходит... Да! Куда стрелка повёрнута?
- На северо-восток, - подсказала Нани.
- Ага... И координаты там же. Только это, блин, лес.
Картинка на телевизоре мигнула, скриншот сквера сменился подробной спутниковой картой, это Линкин подсоединил ноутбук напрямую. Курсор сонной мухой пополз по телевизору, уткнулся в лесной массив и описал вокруг него извилистую линию.
- Тасинский бор. Национальный парк Мещёра. Там можно не то, что секретный центр спрятать - небольших размеров город. Края глухие, хотя от Москвы не так уж и далеко, а народ у нас нелюбопытный.
Курсор остановился и словно прилип к тёмно-зелёному фону карты.
- Слушай, Кошкина, нам бы пару джипов. Организуешь?
- Один запросто, хоть сейчас. Я у Вахтанга возьму, он всё равно до зимы в Испании чилится. А второй... Ну, если через деда - у отца с фирмы позаимствуем, там всякого добра хватает. А что, прямо туда и поедем: здрасьте, мы за Кириллом?
Маша с Таней засмеялись, даже сосредоточенно думавший Линкин ухмыльнулся.
- И туда, но не сразу. Я тебе про Миху рассказывал? Вот, он там не особо далеко живёт, удачно вышло. А Миха... Ну да увидите.
Позвонить деду Левану Нани собралась только вечером. И ей удобнее, и ему со всей столичной суетой - переезжать из Москвы куда-либо дед не хотел - так будет проще. Сейчас уже дома, вот и поговорим.
- Привет, дедушка!
Говорили они по-грузински, что дед Леван считал лучшей защитой от любой прослушки, круче шифрования канала новомодными способами. Даже отец язык выучил, когда женился, куда ж деваться. В интересах бизнеса.
- Здравствуй, здравствуй, принцесса! Как отец, как мать? Давай всё рассказывай, не про дела - это я сам в теме, в курсе, - про жизнь давай, да. Вспомнила старика, так теперь быстро не отделаешься. Замуж не собралась?
Ну, это у деда присказка со времен её ранней юности, лет с пятнадцати. Вроде, цивилизованный человек, столичный, а подходы как в юности, в Кахетии. Ещё и настаивать будет, чтобы её жених украл, так по законам гор положено.
Левану история с Кириллом не понравилась. Вообще-то, дед всегда поддерживал Нани в её поисках разной сверхъестественной чепухи, денег давал, машины, однажды очень помог командой крутых московских скалолазов, когда в Крыму искали базу пришельцев, но сейчас...
- Ты, принцесса, не лезь в эту тему, - сухо сказал дед. - Контора явно государственная, секретная. В таких местах и бойцам головы отрывают, не то, что твоей пацанве. А у тебя голова красивая, умная, да, жаль будет видеть её не на месте.
- Там на человеке всё завязано, мне ему помочь надо, бабуа. Сам учил - друзей не бросать, на полпути не сворачивать. А контора... Агентство это. Ну, ты ж поможешь, если что?
- Э-э-э, учил, да, учил... Выучил на свою голову. Поможешь, да? Я тебе что, президент? Я скромный предприниматель, как тебя потом спасать? За границу сама не захочешь, а в России жарко станет, если всерьёз ловить начнут. И ведь полезешь всё равно, голова горячая, кровь моя, хоть и Кошкина. Вах... Думать надо. Сильно думать. Где, говоришь, центр этот?
- Мещёра. Это Владимирская область, национальный парк. Агентство П называется. Я по интернету смотрела, никаких следов.
- Интернет-шминтернет... Вы как дети малые. Да и есть дети, думаете, серьёзные люди и структуры в сети этой вашей светятся? Да никогда. Тут надо аккуратно всё, знать надо, кого спрашивать, как. И зачем, что важно.
- Это мне надо, дед, - твёрдо сказала Нани.
- Да понятно, что тебе, не тупой я, хоть и старый. На свадьбу-то позовёшь?
Дед Леван гортанно расхохотался. Всё к одному сведёт, а тут загадка века! Да и Кирилла действительно надо оттуда вытащить, непонятное что-то творится.
- У вас там ума хватит сразу не соваться к этому... центру? Пока точно не надо.
- Мы сначала к одному знакомому моего друга поедем, под Рязань. Не волнуйся, не сунемся, дураки, что ли.
- Да все молодые - дураки! Сам был в твои девятнадцать дурак. Орёл, но дурак, помню ещё, не забыл. Хотя ровесников уже мало совсем, кто помнит, но я сам не в маразме. Всё помню. Слушай, Нани, давай-ка так: машину я Лёше велю выделить. Без расспросов, а то знаю я твоего отца. Просто машину, ему подробности ни к чему - мы ж с тобой обсудили всё. Езжайте к этому другу в Рязань, здесь нормально всё, с людьми говорить надо, один одно знает, другой - другое, так, глядишь, наберёте ниточек, чтоб клубок раскрутить. И я поспрашиваю. Позвоню тогда, нахвамдис, принцесса.
И положил трубку. Любит он первым прощаться, традиция.
Дед всё любит делать первым.
Нани с Линкиным и Андреем ехали на "крузере" Вахтанга, благо брат действительно был не против: она не поленилась написать, согласился с полуслова. В семье все давно привыкли к её "экспедициям", с отцом и матерью вопросов тоже не возникло. Маша и Таня держались сзади на машине с отцовской фирмы. Потрёпанный "ниссан", конечно, не первой свежести, но проходимый как зверь - это тамошний механик гарантировал.
Но пока все эти качества машин были ни к чему: трасса М-4 давно стала отличным местом для поездок; платная, конечно, но запросто можно было до столицы и на собственном "смарте" прокатиться, как Нани много раз и делала. Но то до Москвы, им-то в Руднево в сторону, а там уже никак не федеральная дорога. Хотя тоже ничего, если сравнивать с разными краями, где уже побывала команда.
Мендюкино. Луховицы. Пироча.
Чем дальше они забирались в дебри Подмосковья, тем пейзажи становились унылее. Вроде как и лето, но всё на вид скучное, небогатое, выгоревшие поля и местами разбитые участки дороги. Глушь, не хватает пока то ли денег, то ли ума жить лучше.
Чёрт его знает.
Неведомый Миха, с которым Линкин пару раз созванивался с трассы, жил даже не в самом Алтуфьево, а в деревеньке рядом. Последние километры внедорожные качества машин пригодились, да ещё как. Хорошо, дождей последнее время не было, иначе в паре мест встал бы даже "крузер".
Дом, который они искали уже не по навигатору - кто бы тут размечал всё до улицы, - а спрашивая попадавшихся селян, оказался дачей. Их таких здесь было немало, москвичи любили забраться подальше от пыльной жаркой столицы, вот и здесь обнаружилось подобное. Целый дачный посёлок, приспособленный, впрочем, и для круглогодичного житья. Если дороги кто-нибудь почистит, что, конечно, далеко не факт.
Миха встречал их на улице, прямо посреди грунтовки между домами. Стоял, набычившись, в расстегнутой до пупа цветастой рубахе, линялых джинсах и резиновых тапках на босу ногу. Ветер трепал курчавые чёрные как смоль волосы, иногда шевелил даже золотую серьгу в ухе. Возраста мужик был неопределённого, от тридцати и до шестидесяти, иди угадай. Седины нет, морщин мало.
Цыган. Как есть - цыган. Не хватало только толпы орущих тёток вокруг, дай-погадаю-богатой-будешь, да вороного коня.
- Приехали? - неприветливо спросил Миха. - Ну и молодцы. Вещи берите, а машины туда, - он показал на неширокий проезд, уходящий за его участок в сторону. - И сами в дом давайте. Говорить будем.
Повернулся и пошлёпал к калитке, не сильно обременяя себя личным знакомством с каждым и прочими рукопожатиями.
- Суровый дядя, - сказал Андрей. - Брутальный.
Сумки, впрочем, из багажника уже вынимал, не ленился. Линкин тоже выбрался ему на помощь, а Нани прикидывала, как бы завести тяжёлую машину в проезд, не зацепив забор.
- Мне вот парня вашего, - Миха кивнул на Линкина, сидящего напротив за массивным овальным столом, - общие друзья рекомендовали. Ну как друзья, знакомые, конечно. Друзей у меня мало. Один. И тот давно не в России. А знакомых до чёрта. Так вот... А остальных вас я не знаю. Понятно, что ты, девочка - за старшую.
Нани кивнула. Ей не нравился Миха, не нравился его дом в этой дыре, ей вообще ничего не нравилось. Пока Кирилл сидит на привязи в этом своём центре, они тут лясы точат и чай пьют. Лучше бы кофейку, но на её вопрос Миха тряхнул головой и уставился ей в глаза. Взгляд был бешеный. Не злой, но агрессивный, словно смотришь в зрачки дикому зверю.