Юрий Молчан – Вий. Рассказы о вирт-реальности (страница 40)
Уродливое, заросшее лицо нависло прямо надо мной, но дыхания я не почувствовал. Был только глухой, рычащий голос.
— Я — Сетевой.
Когда я пришел в себя, то обнаружил, что нахожусь в огромном помещении с темно-серыми стенами. На них всюду выпуклости наподобие труб, будто стену снаружи продавливают питоны. Потолок так высоко, что я засомневался, есть ли он вообще. Но откуда-то сверху исходит слабый мутный свет, так что — потолок есть, да еще держит на себе источники освещения…
Напротив меня расположился Сетевой, собранный и суровый. Теперь надевший личину косматого, заросшего бородой карлика, каким в энциклопедиях всегда рисуется домовой. Много, видать, ты про нас, гад, знаешь, подумал я. Но образ он выбрал правильно. Он и «сетевой»-то по аналогии с «домовым».
— Ты быстро оклемался после наркоза, — сказал он, видя, что я в сознании, но заговаривать первым не собираюсь. — И вообще, ты крепче, чем я думал. Точно сойдешь мне в преемники. Поверь, я пробовал и других кандидатов, но они не выдерживали, когда я переводил их сознание в цифру. Здесь, в моем мире, в себя уже не приходили.
— Кто ты такой? — повторил я вопрос. Ответ «я — сетевой» показался мне идиотским.
Он саркастически проворчал:
— Часть той силы, что вечно хочет зла. Но вечно совершает благо.
— Зла — для других, благо — для себя? — уточнил я.
— Живу, как все.
— А если серьезно? — спросил я. — Кто ты есть?
— Будет понятней, если я назову себя способный к автономному размножению электронный организм.
Это прозвучало как бред сивой кобылы. Однако мозг внезапно зацепился за слово «способный к автономному размножению», в памяти лампочкой вспыхнула недавно прочитанная в Интернете статья. Репликационные коды…
— Ты — вирус! — проговорил я с отвращением.
Он хмуро кивнул патлатой головой.
— Один из первых когда-либо созданных. За все это время я сумел выжить и развиться от простого способного к саморепликации кода до сложнейшего электронного организма.
Он усмехнулся, продемонстрировав ряд крепких массивных зубов с клыками чуть длиннее, чем у людей.
— Как видишь, я уцелел, цепляясь за жизнь, когда меня норовили раздавить антивирусы, я учился у других. Копировал свойства более поздних и новых модификаций malware, интегрировал их в себя. Современные ваши «спецы», — это слово он произнес с сарказмом и пренебрежением, — видят подобных мне лишь на долю секунды в наркотическом дурмане. А так — разреши представиться: перед тобой первый искусственный интеллект, о котором человечество — ни сном, ни духом.
Он подвигал головой вправо-влево, как будто у него затекла шея. Стена за его спиной непроизвольно притянула мой взгляд, я всмотрелся в эти странные, похожие на удавов выпуклости. С отвращением вспомнил фильм «Чужой», где было нечто подобное.
— Все новые вирусы появлялись и исчезали, — снова заговорил Сетевой. — Я один — продолжал жить и копить опыт и мудрость. Теперь-то ты понимаешь,
Я предпочел не отвечать. Надеюсь, он правильно истолковал мое выражение лица. И понял, в
— Я покажу тебе свои владения, — произнес он почти торжественно, поводя вокруг мохнатой лапой. — Отныне ты мне помощник и преемник.
— А если откажусь? — спросил я с наигранно-наглой улыбкой.
— Распылю на электроны, — пообещал он сквозь бороду. — Но это на крайняк, как у вас говорят. А так…выбора у тебя нет. Даже если как-то и сумеешь сбежать, то назад в свое тело тебе ходу нет.
Я насторожился.
— Это еще почему?
— Потому что его забираю я.
Я решил, что ослышался, но Сетевой разжевал:
— Тебе оно нахрен не надо, а я хочу немного пожить как человек. Пока что я все о вас знаю из Сети, но хочется же и, так сказать, проверить все на себе…
— Ах, ты гад!
Я рванулся вперед, мечтая сомкнуть руки на горле этой бородатой сволочи, как вдруг…в ужасе осознал, что не могу двигаться, и рук у меня — нет. Впрочем, как и ног. Меня захлестнул ужас.
Я осознал, что подвешен невысоко над полом. Со стороны я, должно быть, напоминаю воздушный шарик, привязанный к вбитому в землю колышку.
Сетевой легонько ткнул в мою сторону узловатым черным пальцем. Я ощутил прикосновение, и меня …бросило назад. Я ударился спиной о стену (опять эти проклятые трубы-наросты! Бррр!!!), отскочил и, пролетев немного, упал на пол. Сетевой наблюдает за мной смеющимися зелеными глазами.
Против воли отскочив от пола, я уже понял, что сейчас меня кинет вверх, но карлик остановил меня рукой, не дав улететь.
— На стадии подмастерья двигаться ты будешь только, когда разрешу, понял? А уж, когда уйду, тогда можешь и сплясать, чтоб почувствовать руки и ноги. Хотя… — он улыбнулся кривой, похожей на отражение в кривом зеркале улыбкой, — они все равно будут лишь виртуальные…
Я мысленно выругался — это ж надо было так влипнуть!
Сетевой снова толкнул меня, и меня понесло по воздуху в опутанный проводами, с торчащими из стены платами закуток. У меня перед носом закрылась дверь, оставив меня в темноте.
— Жди, пока я за тобой приду, — прохрипел он, и я услышал, как в коридоре удаляется виртуальное шлепанье его виртуальных босых ног.
Боль вернулась, нахлынула отступившей было волной. Провода со стен вокруг вцепились в меня, окутав, точно мутировавший плющ. Я вновь ощутил на себе всю силу электричества. Только на этот раз у меня не было тела, и разряды впивались непосредственно в набор магнитных полей, составлявших мое сознание. Отчего-то я сразу это понял.
Видимо эти провода заменяют кандалы и трехголовых церберов, чтобы помешать мне сбежать. Да тут бежать-то некуда… Будь я программистом, попробовал бы разобраться, что к чему. Хотя, я почему-то уверен, что даже лучший в мире программер не смог бы управлять виртуальной средой изнутри. Это все равно, что ходить по воде и воздуху в нашем обычном мире — доступно единицам, да и то — не факт.
…И была боль. И была передышка. А потом — электричество вновь хлынуло в мои виртуальные синапсы.
Теряя сознание, я на миг отчетливо понял, что настолько сильной боли еще не испытывал никогда…
— Любишь меня? — спросила Оля, закрыв от наслаждения глаза.
— Люблю, — прохрипел я. В тот самый момент я действительно любил ее: страстно, жадно и горячо. Просто у меня давно не было. Одеяло скрывало наготу и ритмичные движения наших тел от заполнивших собой маленькую комнату молекул кислорода, изрядно разбавленного алкогольными парами, и струившихся в окно солнечных лучей.
Когда «ружье выстрелило», я провалился в полудрему, чувствуя щекой мягкую прохладную подушку. Оля, судя по шлепанью босых ног по полу, пошла в ванную.
Очнулся я уже связанный по рукам и ногам проводами возле компьютера. Электроды были у меня под кожей, я внешне напоминал ежа. Или даже — оленя. А также — барана, кретина, лопуха…Вот уж в самом деле — олень.
Размышляя об этом эпизоде, уже находясь в виртуальном плену, я понял, что девчонка, с которой познакомился на улице, сделала меня, как щенка. Ей якобы стало плохо от жары, и я отвел к себе, позволил принять холодный душ и открыл пару банок ледяного пива. Пиво она пила в моем халате на голое, сочное тело, так что понятно, что между нами было дальше…
Но когда я открыл глаза, и обнаружил, как Гулливер, что связан, а шевелиться могу разве что мысленно, ее уже не было. Остался только приторный запах ее духов.
— Как ты заставил ее это сделать? — спросил я позже у Сетевого.
Тот нехотя отозвался.
— Она любит онлайн игры и травку, влезть в ее сознание было нетрудно.
«Вот же елки зеленые», — подумал я. Вспомнилась старая песенка:
«В голове одна клетка, да и та работает редко. Вот до чего дошла девочка Оля… от Варкрафта и алкоголя…».
Некоторое время спустя Сетевой явился за мной и повел на экскурсию по владениям, которые вскоре должны стать моими.
Вокруг раскинулся целый виртуальный бестиарий. Двигаясь по узкому коридору вслед за косматым и бородатым карликом, я не мог взирать без содрогания на существ в электронно-цифровых клетках, нагроможденных по обе стороны от меня. Каким-то образом я сразу узнавал, как называется та или иная электронная тварь, стоило бросить на нее взгляд. В ответ ощущал враждебные взгляды вирусов…
Здесь собраны все представители malware, когда-либо изобретенные человечеством. Трояны, черви, вирусные мистификаторы, вирусы-спутники, «дропперы», полиморфные, резидентные… Ушей моего сознания достигало их злобное рычание. Некоторые со злобным шипением бросаются на прутья клеток, и капли летящей из их пастей слюны обжигают мне голову и кожу лица.
Иногда даже кажется, что слышу взывающие ко мне голоса.
— Челове-е-е-к… Мя-я-я-со…Хочу…!
— Хозяин!
— Хозяяяииин!!
— Выпусти нас… Господин!! Выпустиии!!!
Я ощутил, как по коже бегут ледяные щупальца страха.
…Скрипт-вирусы, стелс-вирусы, шифрованные, анти-антивирусные и даже «зоологические», которые обычно только в антивирусных лабораториях в коллекциях «исследователей» этой дряни.
Их образы оказались совершенно чуждыми всякой человеческой фантазии, отталкивающими. Я даже стараюсь долго не задерживать на них взгляд — тороплюсь за идущим впереди Сетевым, да и долго смотреть на эту мерзость все равно не смог, меня осыпает морозом, а при виде особо отвратительных подкатывает тошнота.
Боже, и мне предстоит стать