Юрий Молчан – Песнь Таргитая. Гойда (страница 12)

- Это дал Сварог? - уточнил волхв, кивая на браслет. - Для чего?

Имир поднял усталые глаза на Белояра. Рассказал, что увидел, когда надел браслет в первый раз. Волхв задумался, пристально всмотрелся в браслет.

- Что ж, - сказал, наконец, - навряд ли он показал тебе сразу конечную точку. Но, по крайней мере, теперь ты знаешь, куда нас вести.

- Что это было за место, как думаешь? - спросил тцар осторожно.

- Судя по описанию, что ты дал, это старый храм Перуна на окраине Славии. Там где леса заканчиваются, и начинаются горы. Я много о нем слышал, говорят, когда-то Перун там особенно часто являл свою силу волхвам.

- А почему храм теперь заброшен? - вопросил Имир, нахмурившись.

- Зришь в самую суть, - усмехнулся волхв. - По преданию, волхвы разозлили Перуна, и он их проклял. Наслал жуткую смерть, и в тот храм теперь боятся не то, что заходить, а избегают к нему даже приближаться. Были смельчаки, что пытались забрать из него храмовые сокровища, но их больше никто и никогда живыми не видел. Вот так.

- Хвала Сварогу, - кивнул тцар. - Он с нами, помогает.

- Меня не оставляет одна мысль, - покачал головой Белояр. - Ежели он явился на пиру вам обоим, и Волот теперь тоже ищет Камень, будет ли Сварог помогать ему тоже?

- Поглядим, - отозвался Имир хмуро.

***

Имир дожевывал еще один ломоть мяса, когда со стороны леса показались всадники. Трое. Он легко узнал дружинников из своего отряда. Подошел Брагор, прислонил ладонь козырьком ко лбу, всмотрелся.

- Разведчики возвращаются, - пояснил тцару и сидящему рядом волхву. - Отправлял осмотреться, чтоб ненароком вновь не столкнуться с артанами.

- Хвалю, - бросил тцар. Он посмотрел на небо — солнце уже вышло из зенита, постепенно двигаясь на другую сторону неба, заливая мир ярким светом. - Вели собирать лагерь, будем двигаться дальше.

Разведчики приблизились, остановили коней. Все трое спешились и спешно подошли к Имиру.

- Мой тцар, - сказал один, невысокий и коренастый. - Там в лесу избушка. Вышла бабка. Завидев нас, велела передать, чтоб ты к ней заехал. Хочет сказать тебе что-то важное. Говорит, хай тцар Куявии зайдет в гости. Не пожалеет.

- Бабка? - нахмурился Имир. - Откуда она знает, кто я? Вы ей сказали, что ли?

Воины покачали головами, переглянулись. Рыжий сказал нехотя:

- Мой тцар, она ведунья. На избе конский череп, рядом тоже прутья с черепами. Козьими и человеческими. И выглядит так, словно не просто старуха, а водит дружбу с миром Нави. От одного ее вида бросает в дрожь. - Его передернуло, он виновато развел руками. - Видать, карга учуяла твое присутствие. И наше тоже.

- Побольше уважения к старшим, - пожурил Белояр. - Тем более, к ведуньям. Они — женщины все-таки. Карга — у тебя в деревне на завалинке сидит и семечки лузгает.

- А как тогда называть? - удивился воин и почесал в затылке. - Каргуша? Каргуня? Каргулечка?

- Ты смотри, если она все слышит и здесь, - сказал ему товарищ, пихая локтем в бок, - как бы в жабу тебя за такие шутки не превратила. И нас заодно. Так что пасть закрой.

- В жабу — это пустяки, - отмахнулся волхв. - Я вот слыхал об одной старой ведунье, что превратила деда в молодого парня, у которого не кончается...гм...мужская сила, и нужная мышца постоянно напряжена. И держала в избушке в подполье на цепи для удовлетворения своих... гм...женских потребностей. А их оказалось амбар и две конюшни! Все-таки в лесу одна живет. Молодость прошла без единого мужика. Так он, бедняга, умолял, чтобы назад в старика и отпустила на все четыре!

- Чур меня! - перепугано сказал разведчик, оглядываясь на лес, и делая жест, отгоняющий злых духов. Непонятно, какая перспектива его больше напугала — первая или вторая. - Чур!!!

***

Изба ведуньи поражала мощью и ветхостью одновременно. Покосившаяся, из огромных бревен, каких Имир не зрел никогда в жизни. Меж ними темнеют островки мха, зеленые щупальца вьюнка тянутся вверх по потемневшим от времени бревнам. Тяжелая крыша с конским черепом на коньке, казалось, давит на сам дом, словно вот-вот вгонит в землю вместе с массивными куриными лапами, которые держат избу над землей. Кажется, эта изба стоит здесь еще со времен, когда не было ни Артании, ни Куявии, ни прочих тцарств, а по лесам и степям бродили лишь древние герои-богатыри. Сражались со степняками да убивали древних чудовищ да велетов.

Перед входом в землю врыты толстые шесты и заостренные сверху бревна, и с каждого на Имира и приехавшую с ним дюжину воинов взирает пустыми глазницами череп. Тут и человеческие, и козлиные. Тцар даже заприметил медвежий.

Дверь со скрипом приоткрылась. Внутри избы горит мягкий свет, словно приглашая тцара внутрь. Имир спешился. Настороженно оглядел поляну, на которой расположилась изба — со всех сторон окружает высокая стена из древних, могучих в обхвате деревьев, которые выглядят так, словно растут здесь со времен Великого Льда.

Имир двинулся к двери, от которой к земле ведет небольшая приставная лесенка, но Брагор решительно зашагал рядом, сделал знак еще троим крепким воинам следовать за ним и тцаром. Имир вскинул руку, покачал головой.

- Ждите здесь, - велел он. - В случае чего, отступайте, Белояр вас прикроет. Все-таки он знаком с волшбой, в отличие от вас.

Волхв мрачно рассмеялся, но тцару показалось, что смехом старик попытался скрыть тревогу.

- Но, мой тцар! - возразил Брагор. - Тебе нельзя одному! Эта ведунья…

- Не перечь, - оборвал Имир. - Я тцар, и все, что случается, ниспослано богами. Сварогом, видимо, точно.

Однако чувствовал, что ему не по себе от вида этой избы, и что живущая там ведунья сама его пригласила. Он слыхал лишь об одной старухе, которая живет в избушке на куриных ногах, и теперь, когда заметил эти атрибуты у избы, это ему не нравилось. От избы веяло не то, что опасностью, а неизвестностью — Баба Яга кого-то награждает помощью и дельным советом, а кто-то вон остается тут навсегда, как черепа вот этих храбрецов на торчащих из земли бревен.

- Тебе не должны причинить там вреда, - молвил вслед Белояр.

- Ты тоже думаешь, что там та самая Яга? - бросил тцар через плечо. - Говорят, ее уже никто не встречал лет сто, не меньше.

- Она показывается лишь тем, кому сама желает, - сообщил Белояр хмуро. - Так было всегда. Так что ступай и не вздумай навалить кирпичей! Не бзди — не то все село задохнется, не ссы от страха — урожай погубишь, как говорила моя бабка.

- Видать, мудрая была женщина, - едко заметил тцар.

- А то! - отозвался волхв. - Светоч знания во тьме невежества!

Поднявшись по невысокой лестнице, тцар толкнул дверь и вошел. Мгновенно оказался в залитой тусклым светом горнице, дверь за спиной закрыта, словно ее и не открывал, а прошел насквозь.

У окна на лавке старуха в ветхой одежде. Однако Имиру на мгновение показалось, что в ее облике промелькнул лик красивой молодой женщины. В руках прялка, пальцы двигаются, сплетая шерсть в тонкую, светящуюся нить. Лицо морщинистое, точно вырезано из дерева грубой рукой, губы сжаты так, что сразу заметно — зубов у бабки либо нет вообще, либо почти не осталось. Но глаза смотрят живо, остро и проницательно — прямо на него.

- Здравствуй, бабушка, - проговорил Имир, чувствуя, что его осыпало морозом, и передернул плечами. - Спасибо, что пригласила. - Сам не зная почему, тцар начал выказывать вежество, словно некая сила заставляет выговаривать именно эти слова.

- Здравствуй, тцар Имир, - ответствовала старуха. - Ты верно угадал — я уже давно не показываюсь людям. Бабу-Ягу может узреть лишь тот, кого она сама выберет. Прошли те времена, когда любой Иванушка-дурачок мог отправиться в путь и зайти ко мне переночевать.

Не зная, что на это сказать, Имир развел руками и кивнул, с глупой, как ему показалось, улыбкой на лице.

- Проходи, садись, - пригласила Яга, поводя дланью и указывая на лавку за столом посреди горницы. - У тебя были тяжкие дни, от твоего меча пал племянник. Простолюдину такое непросто пережить, а уж правителю и подавно, хоть ты и не подаешь вида. Без страданий и угрызений совести мы бы остались бездушными зверями. А так — Род вложил свой огонь, и теперь у нас есть душа, которая может радоваться, а может и кручиниться, страдать. Чтоб жизнь медом, как грится, не казалась, нам частенько попадаются колючки.

- Все это очень интересно, бабушка, - согласился тцар. - Но ты бы сказала, зачем звала. Меня ждут воины.

Яга посмотрела со снисходительной улыбкой, от которой морщин на лице как будто прибавилось. Старческие пальцы не перестают прясть светящуюся нить.

- Ты случайно убил Рамзагана, - сказала она вновь. - И теперь Куявию ждет страшное время. Смерть, огонь, страдания. Море слез прольют куявские жены и дети по мужьям, братьям и сыновьям. Твой брат приказал начать войну, Имир. И он не остановится, пока не подчинит твое тцарство себе и не зальет его кровью. У тебя нет больше брата. Отныне — Волот твой лютый враг, который желает смерти тебе и страданий твоему народу и всем, кто тебе дорог.

Имир кивнул, отмечая, что покамест не услышал ничего нового. Однако слова Яги разбередили свежую рану в душе, что только-только начала заживать.

- Должен ли я отыскать Кладенар? - спросил неожиданно сам для себя и поднял пристальный взгляд на старуху. Голос прозвучал приглушенно, хрипло, словно вопрос дался с неимоверным трудом. - Или же мне воротиться и защищать Куявию от артан?