Юрий Милославский – Скопус. Антология поэзии и прозы (страница 11)

И труп нутра объемлют влажным мясом, — Порода бренная, от ветхих чудищ вервь Неимоверный вывернутый червь Чурвь внутренний, огромный, непомерный Стоит среди холмов покрытый скверной.

Змея

Змея полумертва. В ней гиблая вода. В ней влаги труп, смердит струя гнилая Ее обличье прочит холода Как мутная слюда с нее сползая Подобно льду немногих талых льдин И образ обнажив еще один. Так заново окрашен полугроб Чтоб вспять текли невысохшие краски С чела змеи и вдоль ее боков Переживая в смерти смену маски Вослед протекшей вымершей струи Роняя прошлый образ чешуи Костяк расцветки явного покрова Скелет резьбы лица ее сухого. Струя воплощена. Но воплощенна в тварь И столь вполне себя с себя свергает Что линзу даже ока отвергает, — Она же вновь вдвойне полумертва, Полумертва, хоть силясь быть живой Обличья сеть возденет своего. Вновь влага зрит сквозь ока смутный вид И вновь вдоль ней с хребтом многоквадратным Ромб черепа и игрек ядовит Язык поползновеньем многократным Снует биясь как маятников миг, — Как вот уж вновь поблекнет свежий блик.

Ева

Выходит Ева с нежными глазами Украшенная нежными цветами Увешанная белыми цветами Навстречу Ева с нежными очами Идет, и два запретные плода Ее груди нам видны иногда Как будто возрожденные ночами — Такая Ева — с длинными ногами И даже — то, и даже — где она Показывая снежными бедрами — — О где же, где она? Полна ветвей и травами пьяна Волна ветвей — о где она? Кричало это множество мужей Когда она несла красу свою им Увидев это множество мужей Крича: Адам! — неся свою красу им.

Адам

Адам неописуем.

Радуга

В последний звон дождей прозрачный и печальный Невыносимый блеск первоначальный На облака незримые ветрам Упал развеянный и веянье венчальное Явление на небе влажных трав Среди прекрасных трав Взошло необычайное По воздуху цветущая пером Чтоб оку не было погибельно и бело Обнажена фиалковым ребром Витая синим зелень голубела Как два ручья вливая в море хлад