Юрий Медведев – Вожаки комсомола (страница 63)

16 августа 1929 года Косарев открыл первый слет четырехмиллионной пионерии страны. Подготовка к нему была проведена так, что всколыхнула не только комсомол и пионерские организации, но и всю общественность страны.

А спустя девять лет в октябре 1938 года на торжественном пленуме в честь 20-летия Ленинского комсомола Косарев говорил уже о девятимиллионной организации советских детей, объединенных в триста тысяч пионерских отрядов.

Косарев считал коммунистическое воспитание детей делом чрезвычайной государственной важности. Работа пионерских отрядов и ликвидация детской беспризорности, производство игрушек и художественное оформление детских книг, снабжение школ учебниками и репертуары детских театров — все это обсуждалось на многих бюро ЦК.

Для работы в Центральном бюро юных пионеров отбирались самые талантливые и энергичные сотрудники ЦК. Александр внес много интересного в жизнь пионерских отрядов, например, по его предложению костры стали постоянной формой пионерской работы.

Косарев ревностно относился к случавшимся тогда попыткам принизить роль пионерской организации, свести ее деятельность к внешкольной работе: «Мы никогда не согласимся на ликвидацию пионерской организации. Созданная комсомолом, она… провела огромную воспитательную работу среди детей, подготовила многих из них в комсомол. Пионерорганизация должна жить», — говорил он.

Ни на один год не ослаблял генсек внимания к работе с детьми, с пионерами и школьниками, он требовал совершенствовать пионерскую работу, искать новые ее формы.

На XI пленуме ЦК ВЛКСМ в 1935 году он говорил о том, что на пионерскую работу с детворой следует выделить лучшие силы Ленинского комсомола. По предложению ЦК партии во все школы Москвы, Ленинграда, Киева и Харькова были назначены комсорги ЦК ВЛКСМ.

Брали на эту роль, как правило, работников райкомов, обязательно с высшим образованием.

— Это был наш костяк, — вспоминает бывший секретарь ЦК ВЛКСМ Валентина Федоровна Пикина, — мы много занимались с ними. Через комсоргов происходил обмен опытом между школами, с их помощью внедрялось в пионерскую и комсомольскую работу все новое, передовое.

Особо беспокоил ЦК комсомола подбор вожатых в пионерские отряды. На эту работу следовало посылать комсомольцев не моложе двадцати лет, политически грамотных и культурных людей, которые могли бы явиться для пионеров примером хорошего поведения, образованности.

В октябре 1935 года из Харькова поступило тревожное сообщение: в области не хватает полутора тысяч вожатых. В Харьковский обком комсомола пошла срочная телеграмма Косарева. Она же была напечатана на первой полосе «Комсомольской правды» 9 октября 1935 года:

«ЦК обязывал вас к 15 сентября закончить пересмотр и комплектование пионеротрядов вожатыми.

Несмотря на то, что прошло уже полтора месяца учебного года, полторы тысячи пионеротрядов области остаются до сих пор без вожатых.

— Это свидетельствует о неслыханном игнорировании со стороны Харьковского обкома решений XI пленума ЦК, о продолжающемся нетерпимом отношении к делу подбора кадров пионерработников.

Предлагаем вопрос о комплектовании пионеротрядов вожатыми обсудить на специальном бюро.

Двадцатого октября ЦК заслушает ваш ответ».

В подобных случаях от добродушия и сердечности Косарева не оставалось следа. Его решения были жесткими, безапелляционными, быстрыми, причем захватывали они не только непосредственных виновников. На таких ошибках генсек учил всех. После случая на Харьковщине 16 октября у Косарева состоялось совещание шестидесяти комсоргов ЦК и старших вожатых школ Москвы.

Как, по какому пути развиваться советской школе — эта проблема волновала Косарева постоянно и часто обсуждалась на Бюро ЦК ВЛКСМ. И каждый раз, прежде чем решать тот или иной вопрос, Александр по нескольку раз собирал работников аппарата, советовался с Надеждой Константиновной Крупской и Анатолием Васильевичем Луначарским, с наркомом просвещения РСФСР Андреем Сергеевичем Бубновым.

По инициативе Александра Васильевича на Бюро ЦК был поставлен вопрос о введении в школах уроков труда как специальной дисциплины. Косарев предложил обследовать десять-пятнадцать школ Москвы и Ленинграда, на их базе убедиться в целесообразности введения такого новшества.

Только после тщательного изучения вопрос об уроках труда был вынесен на обсуждение Министерства просвещения.

Одним из важнейших вопросов, которые поднял Косарев в январе 1931 года на IX съезде ВЛКСМ, был вопрос о политехнизации средней школы. Этой идее В. И. Ленина уделяли большое внимание в 20-е годы Н. К. Крупская, А. В. Луначарский, ЦК РКСМ. Но дело продвигалось туго, и вот Косарев снова в свойственной ему острой и конкретной форме нацеливает комсомолию на решение этой проблемы.

Без политехнизации системы народного образования, без политехнического воспитания подрастающего поколения не удастся «создать рабочего, который стоял бы на уровне все возрастающей техники».

Косарев говорил о том, что нужно техническую культуру внедрить в быт, в семью:

«Здесь непочатый край работы для пионерской организации. Почему ребенок должен возиться с допотопной куклой, побрякушками или солдатиком? Почему мы нашему ребенку не можем дать техническую игрушку? Говорят, что это дорого стоит. Верно. Но было бы желание заняться этим, и то, что было дорогим, будет дешевым. Это не пустяковый вопрос. Речь идет о направлении ребенка в сторону техники, ее познания, о развитии в нем соответствующих наклонностей. Чем черт не шутит, — в будущем это, может быть, вознаградит нас тысячами пролетарских Эдисонов. Например, в Америке существует специальный институт, который научным образом разрешает эту проблему и который дает ребенку дешевую занятную и техническую игрушку».

Интересные и полезные дела — вот основа трудового воспитания советских ребят. В этом Косарев был твердо убежден, этого упорно добивался. К решению проблемы трудовой и политехнической подготовки школьников он подходил с разных сторон. Выставки детского творчества, детские фильмы, книги и журналы — все должно было служить, по мнению генсека, единой цели. По его инициативе начали издаваться многие журналы для пионеров и комсомольцев, в частности, журнал «Техника — молодежи».

Когда в январе 1931 года в Кремлевском дворце открылась первая выставка пионерских работ, Косарев, посмотрев ее с А. А. Андреевым, устроил ей широкую рекламу. Все экспонаты выставки были перенесены сначала в залы Политехнического музея, а потом демонстрировались в павильонах Парка культуры и отдыха имени А. М. Горького. Эту выставку посетили многие старейшие члены партии — Н. К. Крупская, М. И. Калинин, М. И. Ульянова, Е. Д. Стасова. Всех восхитили умелые работы школьников. Когда в ЦК обсуждался вопрос о любительских кружках в колхозах, Косарев выступил сторонником сохранения и развития кружков детского технического любительства и сельскохозяйственного опытничества. Александр Васильевич считал, что именно этим кружкам нужно создать хорошие условия для работы. Они должны действовать в школах, в Домах пионеров, в Домах колхозных ребят. Но кардинальное решение вопроса Косарев видел в другом. Центрами практической и методической работы с детьми по технике должны стать детские технические станции. Такие станции были созданы и получили в 30-е годы широкое распространение в стране.

Так, по крупицам, из различных мероприятий комсомола складывалась система трудового воспитания детей.

Александр Косарев придерживался твердого убеждения, что нельзя засушивать работу с детьми, нельзя приучать их к рапортам, к делам «по бумажкам», сковывать их инициативу, гасить жизнерадостность. И в то же время нужно учить их скромности, критическому отношению к своим поступкам.

Волновали генсека все стороны воспитательной работы. Например, на одном из заседаний Бюро ЦК ВЛКСМ Александр выступил с резкой критикой Наркомпроса по поводу эстетического воспитания в школе:

«Вместо того, чтобы организовать в школах обучение детей музыке, пению, рисованию, танцам и другим видам искусства, создать стабильные программы и учебники, организовать подготовку необходимых кадров, Наркомпросы и органы на местах передоверили это важное дело так называемым домам художественного воспитания детей…»

Косарев не ограничился критикой Наркомпроса, он поставил перед ЦК ВКП(б) вопрос о введении во всех школах преподавания музыки, пения и рисования, об издании учебников по этим предметам.

ЦК комсомола и сам Александр Косарев сделали очень много для того, чтобы Дворцы и Дома пионеров сделались центрами работы самодеятельных хоровых, музыкальных, драматических кружков.

«Он не просто ставил на бюро вопросы для обсуждения, — вспоминает А. Г. Навроцкая, — после бюро эти вопросы переносились на фабрику детской игрушки, комбинаты, типографии детской книги, фабрику «Союздетфильма» и т. д.». Это был стиль деятельности Косарева, стиль настоящей большевистской работы.

Большую роль в воспитании детей отводил Александр Косарев детской литературе, кино, театру. Ничто, начиная от художественного оформления тематических планов «Детиздата», издательства «Молодая гвардия», журналов «Мурзилка» и «Вожатый» и кончая строительством комбината детской книги, не проходило мимо его внимания. Он деятельно во всем участвовал, именно к его помощи прибегали в трудные моменты. Вокруг генсека постоянно был круг детских писателей, сценаристов, драматургов.