Юрий Максимов – Черный ксеноархеолог (страница 21)

– Ты торговец?

– Нет. Ксеноархеолог.

Последнее слово было произнесено по-человечески («эноареоло»), и я не удивился, когда железный воин уточнил:

– Что это?

– Мы изучаем вымершие инопланетные расы, то, что после них осталось, – культуру, технологии…

– К нам вы немного поторопились. Мы пока еще не вымерли.

– Мы здесь не из-за вас. На вашей планете есть здание, построенное другой расой. Вон там, в горах. С шестью углами.

Я показал рукой направление.

– А, Белый Объект.

– Вы не возражаете, если мы осмотрим его?

– Нисколько, более того, лично сопровожу вас. Отправимся через два цикла.

«Это сколько по-нашему?» – уточнил я у Гемелла.

«Не помню».

«Ничего себе! Может, это два года! Или два жизненных цикла!»

«Вряд ли».

– Я подожду здесь, – сказал я генералу.

Два цикла это оказалось примерно пять минут, во время которых генерал Иуэ о чем-то говорил с сопровождавшими его воинами. А потом позвал меня.

Двое таэдов остались рядом с «Отчаянным», а мы с генералом и еще одним воином вошли в их летательный аппарат. Внутри он выглядел как большая лодка, поскольку имел каплевидную форму, а верхняя часть стен и потолок представляли собой экраны, воспроизводящие то, что снаружи. По бокам были лавки из рыжего материала, внешне похожего на пластик. Мы с генералом сели друг напротив друга, а второй таэд встал у черного столба, располагающегося на носу «лодки».

Аппарат плавно взлетел и стал набирать скорость. Какое-то время я наблюдал за уменьшающимся корпусом «Отчаянного», пока он не исчез за изгибом холмов. Меня трясло от страха.

«Гемелл, ты ведь в первое время после астероида вселял в меня уверенность, чтобы склонить на это путешествие, не правда ли? Можешь это сделать сейчас? Я слишком нервничаю и боюсь. Из-за этого не могу воспринимать происходящее адекватно».

«Хорошо. Но меня это сильно выматывает. Ты будешь мне должен».

«Договорились».

Буквально в ту же секунду когти страха, сжимавшие мое сердце, разжались, и я вздохнул полной грудью. Даже стало странно, что раньше я чего-то боялся. Проснулся интерес к тому, как выглядит местный пейзаж. Какое-то время я с любопытством вглядывался в горы и зеленые холмы, проплывающие внизу. У нас на Мигори есть похожие места возле экватора. Только, конечно, обжитые. С городами и деревеньками. Здесь же не было никаких следов инфраструктуры.

– Когда мы изучали планету из космоса, – сказал я, – то не заметили на ней больших городов.

– В условиях войны строить города на поверхности было бы весьма неразумно. Наши города расположены под землей, как и города противника.

– У вас идет война?

– Да.

– Если вы успели за это время построить целые города, то она, видимо, идет уже давно.

– Триста двадцать лет.

– Невероятно! Война такой продолжительности должна пожирать огромное количество ресурсов.

– И она пожирает.

– А ваши враги – кто они?

– Ничтожества, позорящие таэдскую нацию своим существованием.

«Они воюют со своими, а не с другой расой».

– И кто побеждает?

– Эта информация не для свободного обмена.

«Они проигрывают. Если бы побеждали, то генерал бы похвастался. Лучше тебе перестать задавать вопросы на эту тему, а то еще примут за шпиона».

Таэд, в свою очередь, поинтересовался:

– Ты говоришь на старой версии нашего языка. Сейчас даже не все таэды ее знают. Где ты ей научился?

– Ну… у меня был очень старый учитель.

– Таэд?

– Нет. – И Гемелл моими устами добавил слово: – Муаорро.

«Это самоназвание вашей расы?» – мысленно спросил я.

«Нет. Это то, как таэды называют нас».

– Да, они могут знать наш язык, – сказал Иуэ. – Давно о них не слышал.

«Я взимаю долг с тебя сейчас, – напряженно заявил Гемелл. – Мне надо спросить о своем народе».

Тут же он спросил моим ртом о чем-то. Генерал ответил, они обменялись еще парой фраз, после чего повисло молчание.

«Что он сказал?»

«Ничего существенного. После распада империи Хозяев внешние новости сюда доходят очень редко. Он не знает, что с моим народом».

«Муаорро. Ты говорил, что ваше самоназвание я не смогу выговорить. Значит, буду называть вас по-таэдски».

«Как хочешь».

Мне показалось, он стал более напряженным. Возможно, из-за того, что купировал мою панику. А может быть, из-за переживания о своих.

До Белого Объекта мы летели минут сорок и опустились на некотором удалении от него. Когда мы вышли наружу, моему взгляду открылось гнетущее зрелище. Высокий гексагон окружала ровная площадка порядка двухсот метров – и она была плотно усеяна телами таэдов! Это то, что с орбиты выглядело, как серое пятно. Трупы воинов. Наверное, сотни. Они лежали здесь очень давно, судя по заржавевшим изуродованным доспехам.

– Мы много раз пытались овладеть Объектом, – сказал генерал. – И наши враги тоже пытались. Результаты этих попыток перед вами.

Я подумал, что они поубивали друг друга, пытаясь захватить комплекс, но Гемелл объяснил: «Это сделала автоматическая оборонная система».

Которая так и не пропустила никого внутрь. В том числе и тех, кто мог бы забрать трупы павших.

«А к твоему аванпосту мы смогли спокойно подойти! Я думал, здесь будет так же…»

«Я предупреждал, что узел связи защищен сильнее. Его ценность выше, и он на обитаемой планете, где угроз больше, чем на безжизненном астероиде».

Вид поля, покрытого скелетами в доспехах, производил гнетущее впечатление.

– Наверное, можно сказать, что это наши ксеноархеологи, – заметил генерал, и я обернулся к нему, пытаясь понять, была ли это шутка.

Разумеется, его шлем не выражал ничего.

– Там внутри – оружие, которое позволит нам победить в войне. Однако мы не можем к нему подобраться. Ты знаешь, как проникнуть на Объект?

– Возможно.

– Вы хотите завладеть оружием Объекта?

– Нет. Там должна быть другая технология. Невоенного применения. Нам нужна именно она. Оружие нас не интересует.