Юрий Мах – Последний (страница 6)
Пока что я проигнорировал всё, кроме последней. Надо было понять, как отсюда выбраться. Первый же пункт гласил:
— Игра! — произнёс я, мысленно представляя свою комнату.
Через десять секунд я материализовался в полуметре от кровати. Ожидал оказаться ровно в том же месте, откуда ушёл, но видимо, механика телепортации работала с погрешностью.
Сосредоточившись на внутреннем интерфейсе, я открыл последний раздел — «Заметки». Пусто. Даже привычного пояснения внизу не было. Просто чистый лист.
Вернувшись в реальность, я поднял своё «достояние» — доску с торчащим ржавым гвоздём — и тут же получил саркастичное описание:
— Ладно. Ладно, — я сделал очередной глубокий вздох, — я готов. Всё это я делаю ради выживания человечества.
Подхватив своё первое оружие, я подошёл к окну и распахнул его настежь. Со второго этажа я спрыгнул на газон, и мой взгляд сразу же упал на соседний участок с роскошным домом. Там жил вечно отсутствующий бизнесмен и его эффектная жена лет тридцати — Елена Ивановна.
Разбежавшись, я легко перепрыгнул трёхметровый забор и направился к приоткрытому кухонному окну. Пробравшись внутрь, я громким шёпотом объявил:
— Елена Ивановна. Я пришёл вас спасти.
«Арван. Ну как ты докатился до жизни такой. Уже обманываешь, — пронеслось у меня в голове. Но тут же я поправил себя: — Нет, я не лгу. Если она или они в беде, я им помогу… А вот это нехорошо.»
Я заметил капли крови на белоснежном ковре, когда вышел из кухни в следующую комнату. Кровавые следы вели на второй этаж. Оттуда доносился звук ударов по дереву и тихое рычание.
Быстро поднявшись по лестнице, я увидел душераздирающую картину: уродливая, усохшая, гнилая мертвечиха толкалась в закрытую дверь, периодически ударяя по ней рукой. Она была ужасно похожа на мою соседку — те же серьги, которые я видел на Елене Ивановне пару дней назад. Только теперь лицо зомби было испачкано кровью.
«Не успел», — с горечью констатировал я.
— Устрой тройничок. Представь, что они двойняшки, — вдруг раздался тихий весёлый голос Игрила, доносящийся словно из пустоты.
— Брр. Нет, — я передёрнулся всем телом, на мгновение представив эту жуткую картину.
Не раздумывая, я сделал несколько быстрых шагов и со всей силы ударил доской с гвоздём по затылку зомби. Из существа вылетел сгусток энергии и влетел мне прямо в грудь.
Было интересно, что даже не заглядывая во внутренний взор, я чётко понимал, какая информация мне поступает и что именно там написано.
Я вздрогнул, когда знакомая эйфория накрыла меня волной. Сколько лет прошло, а это ощущение ни с чем не спутаешь. Ни один наркотик в мире не сравнится с кайфом от поглощения энбы — так мы называли энергию душ, вырывающуюся при убийстве. Это слово не переводится, да и не нужно. Энба — одновременно и благословение, и проклятие игроков. В прошлом мире я видел, как люди сходили с ума от этого удовольствия, теряя контроль в погоне за новыми порциями энергии. Некоторые не могли остановиться, даже когда перед ними оказывались родные…
Именно становление игроком позволяет не просто убивать противников, но и поглощать частичку его души и жизненной силы при убийстве. Это делает игрока сильнее и здоровее, даже без сфер усиления.
Резким движением я выдернул гвоздь из черепа и пнул труп в сторону. Дверь поддалась после одного мощного рывка — хлипкий замок не выдержал. В двух метрах от меня, посреди ванной, стояла обнажённая женщина в кружевных стрингах. Халат валялся в углу, а на руке болтался пропитанный кровью бинт. Она медленно повернулась, и её мёртвые глаза уставились на меня.
— Арван. Помни. Главное — это воображение, — прошептал я себе.
Сиськи зачёт! Ну и что, что они силиконовые.
— Дорогая, я дома! — мягко сказал я, делая шаг вперёд. — Вижу, ты подготовилась…
— Ххрхрррррр, — ответила она мне, протягивая руку в мою сторону.
«Это не трупная синюшность, — убеждал я себя, — просто аристократическая бледность. Какая же ты красивая…»
— Да, моя любовь. Я тоже хочу пасть в твои объятия.
Подошёл к ней и обнял.
— Ррррр кхр кхр.
«Нет. Это не она уже начала остывать, а в доме холодно, а она лишь в одних трусиках. Ждала меня, любимого».
Ощущая, как её ногти впиваются мне в спину, рвут футболку. Зубы с хрустом вонзились в ткань у горловины — она яростно дёргала головой, пытаясь добраться до плоти. Ростом она мне едва доходила до груди.
— И я люблю тебя, — прошептал я, целуя сначала её холодный лоб, затем — посиневшие губы.
Её челюсти разомкнулись, и я осторожно провёл языком по её зубам, лаская. Рука скользнула вниз, сжимая упругую грудь, играя с соском. Мы стояли так, пока она внезапно не впилась зубами в мой язык. Казалось, даже сама зомби на секунду опешила от своего поступка.
— Ррррр мрркх кмррр ррррмкх, — её дыхание участилось, хрипы стали громче.
«Это не она уже начинает подванивать, а её зомби-копия из коридора. Дверь забыл прикрыть за собой.»
— Плохая девочка! Любишь кусаться? — Я шлёпнул её по заднице, не прекращая мять грудь.
В ответ раздалось нечто похожее на удивлённое «Орр?».
— Знаю, для чего ты накачала свои губки, — прошептал я, притягивая её ближе. — Покажи, на что способна.
Аккуратно подведя её за плечи и подбив ноги, я поставил зомби на колени.
«Арван. У тебя больше полугода не было женщины. Это будет быстро», — пронеслось в голове.
— Вот так, любимая. Порадуй мужа, — прошептал я, ощущая, как её холодные пальцы впиваются в мои бёдра.
— Хррркх ррркх. Рркх? Голррр… Горлл… Горлл.
— Да, любовь моя, смотри мне в глаза. Какая же ты проказница. Любишь покусывать? Осторожнее с этим и сделай мне приятное. Елена! Я люблю тебя до слёззз, — подняв голову вверх, я почувствовал, как что-то тёплое катится по моему лицу.
«Нет. Я не плачу! Это ванная, конденсат и всё такое. Капля воды упала на меня с потолка.
— Ха-ха-ха. Больше не могу! — спустя двадцать минут после "спасения" соседки я лежал в собственной ванной, свернувшись калачиком. Ледяная вода била по спине, но не могла смыть жгучего стыда. Где-то в пустоте не умолкал дикий ржач Игрила.
— Хе-хе-хе… Хозяин, смешно, — тоненько добавил голосок недогоблин.
— Отстаньте от меня. Я… я осквернён. Игра надругалась надо мной, — провыл я жалобным голосом, прикрывая лицо руками.
— Ха. Спасибо. Всё. Заслужил. Надеюсь, ты порадуешь меня ещё не раз, — постепенно стихающий смех Игрила вдруг сменился серьёзными нотками: — Поторопись. Твоей подружке вскоре может понадобиться помощь.
Я резко прекратил самобичевание и рванул в зал. На ходу натянул первые попавшиеся вещи — розовую футболку, клянусь, никогда её не покупал, и шорты. Без трусов, без обуви — только доска с гвоздём в руке — я уже мчался в гараж.
Мой синий спортбайк ждал, сверкая хромом. Какой по счёту в моей жизни — и не вспомнить. Сколько раз я становился хрустиком на дорогах, хотя мои кости всегда оставались целы. Эти игрушки смертельно опасны — никакая осторожность не спасёт, когда судьба решит сыграть с тобой в кости. Поэтому никому не рекомендую такие игрушки, даже если ты твердишь себе, что будешь очень аккуратно ездить.
Выбор пал на байк неспроста — уверен, на улицах машины встали, создав пробки, и на легковушке банально не смог бы проехать. Наспех закрепил своё оружие на раме, умудрившись оставив царапину. Пульт — щёлк — ворота гаража открыты. Улица пустынна — вот почему я люблю частный сектор даже в час пик.
Закрываю гараж, прячу пульт в кармашек и завожу двигатель. Байк взревел, переднее колесо на мгновение оторвалось от асфальта.
Первые минуты пути обманчиво спокойны. Апокалипсис? Какой ещё апокалипсис? Пока не выезжаю на центральную улицу — и вот она, реальность: крики, сирены, языки пламени.
Впереди — группа выживших: женщины в центре, шестеро мужчин прикрывают фланги. Их лидер замахивается кувалдой — и череп зомби рассыпается, как тыква. Женский визг разносится на всю улицу. Отличный способ привлечь ещё пару дюжин мертвецов.
Ловко лавирую между машинами — одни просто стоят, другие пылают, третьи перевёрнуты. В каждой — кровавые следы борьбы. И тела. Много тел. Свежих и не очень. Похоже, зомби-копии материализовались прямо в машинах на ходу. Попробуй справиться с мертвецом, когда ты пристёгнут и зажат в металлической коробке…
Единицы успели за эти роковые десять секунд остановиться и выбраться. Остальные навсегда остались в своих автомобилях.
И повсюду — эти проклятые синие кристаллы, заточившие в себе детей. Они светились, посылая в небо тонкие лучи, пробивавшиеся сквозь любые преграды.
Случайно увидел, как над городом, с жутким воем падал пассажирский самолёт. Шансов у тех, кто ещё оставался внутри — ноль.
Я мчался как одержимый, достигнув парка за десять минут. Несколько раз приходилось отбиваться от зомбаков — отталкивал их ногами, стараясь не измазаться в гниющей плоти. Особенно весело было на узких участках, где приходилось сбрасывать скорость.