Юрий Лимонов – Владимиро-Суздальская Русь (страница 3)
Определяя феодальную раздробленность и расчленение Древнерусского государства как «результат роста отдельных его составных частей», Б. Д. Греков считает княжение Юрия Долгорукого (первая половина XII в.) «историческим моментом», когда раздробление Руси окончательно определилось.[45] Б. Д. Греков расценивает деятельность Андрея Боголюбского и прежде всего его отказ ехать на великое княжение в Киев как «один из наиболее ярких примеров вновь создавшегося положения вещей, т. е. перемен в надстройке под влиянием перемен в базисе», как следствие возросшей экономической и политической мощи Владимиро-Суздальского княжества.[46]
Останавливаясь на институте веча в Древней Руси, он вскрыл классовую направленность веча владимирских горожан против самовластия бояр.[47] В целом, оценивая политику владимирских князей, Б. Д. Греков видит в ней черты будущей политики московских князей в деле складывания единого национального государства.[48]
В 1939 г. вышла обобщающая работа В. В. Мавродина, посвященная истории России IX–XVI вв. Становление и развитие Владимиро-Суздальской Руси составляют специальный раздел книги. Несмотря на популярный характер, работа содержит четкие методологические формулировки, насыщена фактическим материалом.[49]
В 30-е гг. также были опубликованы работы, непосредственно посвященные Владимиро-Суздальской Руси. А. В. Арциховский и Н. Н. Воронин поставили проблемы изучения становления классового общества на северо-востоке Руси в XI–XII вв. (колонизация региона, создание городов и сельских поселений, частные вопросы социально-экономической истории).[50] Появилась и популярная книга В. А. Галкина о политической истории Суздальской Руси VIII–XV вв.[51] К сожалению, автор неумело использовал летописные источники, а также переоценил объективность краеведческого материала. Книга грешит рядом фактических ошибок.
В 1940 г. вышла в свет книга М. Д. Приселкова.[52] Впервые в советской историографии рассматривалось летописание всей Древней Руси, в том числе и северо-востока. Несмотря на определенные просчеты — минимальное количество источников реконструкции, недостаточная аргументация ряда внутренних граней летописания, — исследование сыграло положительную роль в деле изучения истории и культуры Руси.
В последующие годы прослеживается дальнейшее развитие отечественной историографии. Для этого периода характерно повышение качества исследований, многие из историков стали применять метод комплексного изучения источников: исторических, этнографических, лингвистических, археологических и др.
Древнерусскому ремеслу как первой форме промышленности феодальной формации посвятил свои исследования Б. А. Рыбаков. Он указал на существование нескольких отраслей ремесла, а также различных групп ремесленников в городах и сельской местности Владимиро-Суздальской земли.[53]
А. Н. Насонов в работе, посвященной складыванию территории Древнерусского государства, остановился на некоторых вопросах возникновения и развития самостоятельного Суздальского княжества.[54] Проблемы решены в основном в историко-географическом плане: установление границ княжества, создание городов. Естественно, ряд вопросов политической и социальной истории в книге не отражен.
В «Истории Москвы» помещен очерк «Северо-Восток Руси». Автор очерка М. Н. Тихомиров подчеркнул, что к XIII в. Ростово-Суздальский регион уже был захвачен процессом феодальной раздробленности и что Москва сделалась «завидным феодальным владением».[55]
В «Очерках истории СССР» довольно подробно рассмотрены как общие проблемы феодальной раздробленности (автор Б. Д. Греков), так и отдельные вопросы истории Владимиро-Суздальской Руси. В работе подчеркивается, что к XII в., «особенно ко второй его половине», «процесс закрепления и обособления политических центров» окончательно завершился и одно из таких государственных образований возникло на территории северо-востока?[56]
Истории Владимиро-Суздальского княжества посвящен специальный очерк.[57] Его автор, А. Н. Насонов, считает, что в XII в. для «Суждальской земли» характерна весьма активная феодализация, чему значительно способствовало княжеское, боярское и церковное землевладение. Он совершенно верно отмечает необычную для князей XII в. «самовластную» политику Андрея Боголюбского. Но причины несостоятельности этой политики в очерке не указаны. Правильно А. Н. Насонов упоминает и о новой для XII в. прослойке феодального общества — дворянстве. Не подлежит сомнению и замечание о том, что «Послание Даниила Заточника» — памятник дворянской идеологии. Но ряд проблем, требующих специального исследования (социальная структура феодального общества на северо-западе, коммунальное устройство городов и др.) и не нашедших своего отражения в современной историографии, не был разрешен.
Проблемам социально-экономической жизни городов и классовой борьбе Древней Руси посвятил свои исследования М. Н. Тихомиров. Образование русских городов, их хозяйственный и общественный строй, управление, состав городского населения, борьба горожан против феодалов, развитие культуры, а также внешний облик древнерусского города — таков широкий круг проблем, затронутых в монографии «Древнерусские города». М. Н. Тихомиров коснулся и вопросов истории городов Владимиро-Суздальской земли. Он отмечает, что в период раздробления Древнерусского государства и обособления отдельных княжеств появление новых больших городов является фактом, который «лучше каких-либо доказательств подчеркивает действительное усиление этих (Ростово-Суздальской и Галицкой. —
Отмечая возросшее политическое значение городов в XII–XIII вв., М. Н. Тихомиров довольно подробно останавливается на характерном явлении той эпохи — на наметившемся союзе городов и князей во Владимиро-Суздальской земле. Этот политический союз, одна из предпосылок к образованию централизованного государства, как это было, например, во Франции, был выгоден и владимиро-суздальским городам, стремившимся «получить больше городских привилегий за счет князей», и князьям, нашедшим союзников против «самовластия» бояр.[61]
Антифеодальные движения на территории Владимиро-Суздальской земли затронуты в исследовании М. Н. Тихомирова «Крестьянские и городские восстания на Руси в XI–XIII вв.». Основными причинами восстаний 1024 и 1071 гг. были, как правильно указывает М. Н. Тихомиров, широкий захват общинных земель и интенсивное закабаление свободных смердов-земледельцев.[62] Эти крестьянские восстания, проходившие под флагом борьбы против христианства, были ярко выраженными антифеодальными восстаниями, направленными против духовных и светских феодалов.[63]Восстание 1175 г. во Владимире явилось следствием дальнейшего усиления феодальной эксплуатации смердов и увеличения боярского землевладения во второй половине XII в. на территории Владимиро-Суздальской земли.[64] М. Н. Тихомиров указывает на широту этого восстания, которое распространилось по всей Владимиро-Суздальской земле и «охватило не только городское население, но и деревню», что «позволяет говорить о связи восстания горожан во Владимире и Боголюбове с движением смердов».[65]
В общем плане проблемы складывания русской народности затронуты некоторые вопросы истории Владимиро-Суздальской Руси в статье Л. В. Черепнина «Исторические условия формирования русской народности до конца XV в.». В статье было отмечено и положение о двойственности процесса феодальной раздробленности (с одной стороны, выступает тенденция обособления земель, а с другой — тенденция их объединения, эти тенденции находятся в диалектическом взаимодействии).[66]
Непосредственно такому социальному явлению, как генезис новой служилой прослойки феодального общества, была посвящена небольшая работа М. Н. Тихомирова.[67] Он пришел к выводу, что решающую роль в заговоре против Андрея Боголюбского сыграли «милостники» и что этот термин обозначает министериалов, «особый разряд княжеских слуг», близких к дворянам. Подобное наблюдение, видимо, не вызывает возражений. Правда, существование самих терминов в летописях — «дворяне», «милостники» — и их противопоставление вряд ли дает возможность отождествлять оба понятия.
В 60—70-х гг. увеличилось число работ, посвященных частным вопросам истории и культуры Владимиро-Суздальской Руси. Крупнейший знаток архитектуры северо-востока Руси Н. Н. Воронин посвятил некоторые свои работы источниковедению[68] и истории Владимиро-Суздальской земли. Рассматривая политическую борьбу 70-х гг. XII в. во Владимире, он пришел к выводу о доминирующем положении «горожан» в местных органах власти, о наметившемся союзе князя и веча.[69]
Появилось несколько работ по вопросам письменной культуры Владимиро-Суздальской Руси. Были реконструированы летописные своды, определены их источники, установлена тенденциозность памятников. Анализ летописей позволил выявить степень влияния местной традиции на позднейшие своды Москвы и Новгорода.[70]