Юрий Леж – Агенты Преисподней (страница 36)

– У нас есть еще пяток минут? – когда они остались втроем, поинтересовался Симон. – Скажите, комиссар, что такого забавного вы увидели во флакончике Некты, которым она грозила бедолаге-аферисту?

– Понимаете, уважаемый консультант, – улыбнулся Северин. – Вашей помощнице повезло, что «Рыжий Петя» оказался старым, убежденным холостяком, к женщинам относящимся достаточно спокойно и равнодушно. Иначе он, как и я, мог бы признать в этом «свинцовом» флаконе последний писк парфюмерной моды…

– Лови, – подтвердила слова комиссара Некта, резким движением метнув в Симона пресловутый флакон, оказавшийся на удивление легким, свинцовая серость и разводы были искусно выполненным муляжом.

Агент машинально открыл пробку и вдохнул интересный, терпко-сладкий аромат духов.

– Сочувствую вам, Северин, – серьезно сказал агент Преисподней. – Не знаю, как бы я вел себя на вашем месте, будучи уверенным в содержимом флакончика, но увиденной выдержке я, честно говоря, завидую.

– Но вы тоже, конечно, очень лихо сработали, – отвечая на комплимент, отдал должное хватке своих гостей Северин. – Рассказами о пытках, выдавленных глазах, отрезанных ушах, конечно, трудно запугать уголовный элемент, они прекрасно знают, что полицейский после такого случая вряд ли останется на свободе, даже если он начнет пытать серийного насильника или психопата-убийцу. Но вот описание воздействия радиоактивных солей на организм… выглядело очень натурально и даже меня проняло, как мальчишку.

– Некта умеет обращаться с мужчинами, – сделал еще один комплимент спутнице Симон. – Однако, нам предстоят сразу две поездки, обе отлагательства не терпят. Как думаете разделить своих сотрудников, комиссар?

– Наверное, мы с вами будем сопровождать «Рыжего Петю» в поисках его таинственной посредницы, – предложил Северин. – А Жора, Лучник и Лапа посмотрят, что находится в квартире, напротив отеля «Две звезды». У вас будет иное мнение?

– Да, комиссар. Дело в том, что в доме напротив гостиницы должен побывать кто-то из нас, двоих, пусть это будет Некта в компании Лучника, мне кажется, ваш первый помощник может… э-э-э… слегка отвлечься от дела в пользу моей спутницы, – настойчиво посоветовал Симон. – При этом Жору лучше использовать в поисках таинственной блондинки. Он неплохо контактирует с девушками легкого поведения, да и – чем черт не шутит – возможно, именно она и указала ему на подозрительный свет в доме напротив отеля?..

– Тогда потребуется микроавтобус, – слегка озадаченно прокомментировал новый расклад Северин. – Для машины многовато людей набирается, а еще, я очень надеюсь, придется кого-то задерживать…

И будто по этой подсказке, в приоткрытой двери появилась голова Жоры, не ставшего переступать порог, и в таком половинчатом положении доложившим:

– Все готово, Студента переодели, даже валерьянки накапали, чтобы отошел слегонца, а в гараже нам универсал дали, на шесть человек. Уважают…

– Вот и решение проблемы, – улыбнулся Симон с таким видом, будто лично или через беса-куратора приложил руку к выделению нужного транспорта.

А когда они дружно двинулись на выход из кабинета, агент Преисподней придержал комиссара за локоть:

– Задержитесь, пожалуйста, буквально на пару слов с глазу на глаз.

– Хорошо, – кивнул Северин и распорядился в спину уходящим: – Жора, подождите нас у лифта, надеюсь, это ненадолго…

– Не более пяти минут, – твердо пообещал Симон, поворачивая перстень на пальце и буквально впиваясь взглядом в лиловый камень: «Артифекс!.. немедленно набрось тень на кабинет комиссара. Полную тень, чтобы не видели даже из Преисподней. Наше будущее с Северином должно исчезнуть. Всего на несколько минут. И при этом – очень попрошу – внимательно послушай, о чем я буду говорить… финал близок, Артифекс…»

…В подземном гараже сыскного Управления, куда спустились вместе с комиссаром Фогтом и его помощником живущие, но неживые, их уже встречали скромно улыбающийся Саша Савельев, аферист Студент, переодетый в немыслимого серо-буро-малинового цвета сильно поношенные брюки, в сочетание со щегольским пиджачком выглядевшие будто подобранные на помойке, и молодой Лучник, деловитой единой группой что-то обсуждающие у высокого, светло-серого универсала с отлично выполненным изображением лося на капоте.

– Водителя не будет? – поинтересовался Северин, оглядывая свое воинство.

– Я сказал, что не нужен, – пояснил идущий чуть позади, рядом с Нектой, Жора. – Кому какое дело, куда и зачем мы поедем, а Лапа за рулем – это гарантия.

Что правда, то правда, застенчивый от природы и слегка медлительный в бытовой обстановке Савельев за рулем автомобиля и на сыскных операциях преображался, становясь хищным, стремительным и неумолимым.

Краем глаза Симон приметил, что пострадавший от психологического давления «Рыжий Петя» безуспешно прячется за плечом то Лучника, то Лапы, причем старается не попадаться на глаза именно агенту Преисподней, видимо, интуитивно разобравшись после небольшой паузы и дозы валерьянки, кто из незнакомцев представляет большую опасность для него.

Комиссар, отправив в машину первым афериста, как лишние уши, совершенно не нужные на текущий момент, коротко, в приказном порядке, распределил своих сотрудников на предстоящей работе, а потом попросил Симона забраться на дальнее, последнее сидение универсала, составив при этом ему компанию. В середине, рядом с «Рыжим Петей», которому будто бы специально предоставили лучший обзор, устроился Жора, а на крайних передних местах – Лучник и Некта.

– Саша, давай выдвигаться, – попросил Северин, дождавшись, когда все, занявшие места, проерзаются на сиденьях, устраиваясь поудобнее.

И через пять минут медленного аккуратно-занудливого движения в ярко освещенном гараже мимо шоферской братии, кажется, совершенно одинаковой во все времена и в любых Отражениях, мимо строгой на вид, но по-свойски махнувшей рукой «на удачу» вслед отъезжающим оперативникам охраны, автомобиль вырвался в потемневший, ночной, пестрый огнями реклам, уличных фонарей, оконных огней город.

Знающий город, как свои пять пальцев, и получивший дополнительное указание от комиссара Лапа не стал выруливать на центральные, забитые транспортом улицы и проспекты, а буквально через сотню метров от здания сыскного Управления увел машину в лабиринт узких переулков, просторных проходных – и проездных – дворов, странных тупичков и старинных малоэтажных домов, построенных, наверное, лет двести назад, но настолько сжившихся с городом, что тронуть их не посмели ни одни власти за прошедшее время.

Оперативники молчали, даже игриво настроенный Жора пристально смотрел в окна, и эта тишина, нарушаемая лишь шумом двигателя, как будто тревожила, внушала опасения, создавая невнятное ощущение того, что выехали полицейские не на простой досмотр пустеющей квартирки, не на поиски девицы легкого поведения, а на захват банды хорошо вооруженных преступников, стреляющих без раздумия в любого, вставшего на их пути. От дальнейшего непонятного нагнетания обстановки выручила первая оговоренная остановка на пути – у таинственного дома напротив отеля «Две звезды», впрочем, Лапа подогнал автомобиль не на маленькую площадь у гостиницы, а на боковую улочку, с которой до строения можно было легко добраться через проходной двор.

Следом за Нектой и Лучником из машины, будто бы размять не успевшие затечь ноги, выбрался и Симон.

– Ты знаешь, мне почему-то очень не хочется идти в этот дом, – шепотом сказала девушка, обращаясь к агенту Преисподней, когда оперативник отошел на пару шагов в сторонку и остановился, тактично давая возможность незнакомцам переговорить.

– Мне тоже не хочется, – кивнул в знак согласия Симон. – Поэтому пойдешь ты…

– О, как! Настоящий мужчина, – съехидничала Некта. – Из тех, кто всегда пропускает первой женщину, чтобы убедиться в отсутствии опасности впереди.

– Иди уж, феминистка самодельная, – со вздохом подтолкнул агент свою спутницу к Лучнику.

Наверное, смущенная признанием Симона о том, что и ему не по себе от мысли о таинственных огнях, блуждавших в доме, Некта, неторопливо бредущая чуть позади и в стороне от уверенно пробирающегося проходным двором оперативника, потеряла привычное внимание к мелочам и – едва натуральным образом не наступила на развалившегося прямо посреди затоптанного газончика человека, в бесформенных обносках почти сливающегося с землей в сумерках городского вечера. В неподдельном испуге отшатнувшись от вскочившего лохматого и бородатого, судя по истрепанной одежде – явно нищего, девушка ткнулась плечом в грудь Лучника, непонятным образом оказавшегося позади нее, хоть минуту назад спина младшего инспектора маячила едва ли не трех шагах впереди, перед её глазами.

– Спокойно, – прокомментировал оперативник. – Это всего-навсего Интер, наш городской сумасшедший, дядька безвредный и совсем не опасный…

И в этот миг, будто опровергая слова Лучника, безвредный сумасшедший нищий завопил, тыкая пальцем в Некту:

– Демон! Демон! Демоны приходят, демоны заполоняют улицы…

Шагнувший вперед, загораживая собой вверенную его заботам – как он сам посчитал – девушку, оперативник прикрикнул на психа:

– И где ты демонов увидел, Интер? Глаза-то разуй, бестолочь…

Обычно после такого резкого, грубого обращения местный юродивый затихал, стараясь незаметно и побыстрее скрыться с глаз в какое-нибудь тихое, заповедное местечко, но сегодня по непонятной причине Интер не прекратил своих нападок, продолжая указывать на Некту: