Юрий Корчевский – Двурогий. Попаданец к Александру Македонскому (страница 36)

Плавание протекало благополучно. Легкий попутный ветер, морская поверхность почти ровная, нет испепеляющей жары. Команда судна периодически забрасывала сеть. Улов хоть и невелик, а на уху хватало и воинам, и команде. Рыба свежайшая, вкусная, шла нарасхват. И воинам благодать, никаких упражнений, только ели да валялись на палубе под тенью от паруса. Всех забот – периодически сменить место, чтобы не обгореть. Все плавание получилось как отдых. Десять дней сплошного удовольствия! Так везло редко. На одиннадцатый день плавания показался вдали берег. Кормчий показал рукой:

– Немного левее город. Мимо проплывал, но сам не был ни разу.

Вроде не так давно Александр отдал повеление о строительстве города, всего три года. А уже и строителей привезли, и камень пиленый с верховьев Нила. Новые, на ровном месте, города возводят нечасто. Обычно племя обживает понравившееся место, строят примитивные укрытия из глины и веток. По мере роста племени прибавляется домов. Но строятся они хаотично – ни планов нет, ни улиц. Да еще и характер местности влияет. Либо дома идут вдоль реки, следуя ее изгибам, либо кольцом вокруг дома вождя, для лучшей обороны от неприятеля.

А при строительстве нового города главный распорядитель волен и улицы начертать, и здания. Коли город для правителя мира, то в центре – дворец. А поскольку Александр денег не жалел, то и город, и дворец должны были получиться роскошными, красоты необычайной. Архитекторы и рабочие – из египтян, знания были и опыт каменных построек. Надежно строили, на века, многие постройки сохранились на тысячелетия, восхищали потомков. За такой короткий срок уже некоторые строения закончены, видны фундаменты других построек, воистину грандиозных, судя по размерам.

Корабль в порт вошел, причалил. К судну стражники подошли, стали интересоваться, нет ли больных да из каких краев судно. И уже последним вопросом – что везут. Похоже, таможня и санитарный надзор в древнем исполнении. Алексей заверил, что товаров для торговли не доставил, а о грузе будет говорить только с казначеем Птолемеем. Видимо, Алексей не первый с таким поручением прибыл. Кивнули, попросили ждать, и через час прибыл чиновник. Взошел по сходням на корабль важно, с чувством собственного достоинства. Алексей подумал – Птолемей, оказалось, его помощник Иосидор. Алексей обсуждать с ним груз или показывать его отказался.

– Веди к казначею, говорить буду с ним.

Иосидор обиженно поджал губы. Ах, эти вояки-грубияны, никакой обходительности, чинопочитания. Для гражданских чиновников в Азии, Египте – вопрос важный. Птолемей сначала Алексея не принял, соизволил откушивать. Алексей подождал час-другой, потом ворвался в зал. Птолемей возлежал у стола с яствами, перед ним пара полуобнаженных танцовщиц исполняла танец живота. При внезапном появлении Алексея чиновник охнул, закатил глаза. Но Алексей схватил его за руку, поднял.

– Ты думаешь, что мне нечего делать? И я собрал дань, доставил, чтобы сидеть перед твоими дверями, пока ты услаждаешь глаза и уши, толстая свинья? О твоем непотребном поведении я расскажу Александру лично и очень скоро, ибо имею поручение вернуться!

– Э… не надо! Что ты хочешь, воин?

– Я лохаг по имени Алекс и хочу, чтобы ты принял груз золота и серебра и дал расписку в получении. Ты пойдешь со мной на корабль и будешь там без еды и воды, пока я не получу пергамент.

– Я не могу на корабль, я болен. И я буду жаловаться Александру.

– Сколько угодно. Но первым к нему попаду я. Иди, не заставляй меня нервничать и применять силу!

Так и шел Алексей, подталкивая впереди себя Птолемея. За ними семенили два чиновника.

На корабле все опустились в трюм вместе с Периклом. Вскоре чиновники ушли, вернувшись с воинами и носильщиками-египтянами. Груз сосчитали, носильщики в сопровождении воинов ушли. Уже при свете масляного фонаря Птолемей написал на пергаменте расписку в получении от Алекса ценностей, и только тогда лохаг соизволил отпустить казначея.

Птолемей сошел на причал, стал ругаться, грозя жаловаться.

– Это как тебе будет угодно. Но если ты сейчас не уберешься, то я прикажу своим воинам сбросить тебя в воду. То-то забаву мы увидим!

Воины на палубе засмеялись. Птолемей быстро засеменил, оглядываясь и ругаясь. Это в Александрии он какая-то власть, но жаловаться Александру не посмеет. Алексей может и сам в свою защиту сказать, что Птолемей вместо должного исполнения обязанностей и принятия ценного груза развлекался обедом и танцами.

Можно было уже утром отправляться в обратный путь, но Алексей распорядился набрать свежей пресной воды. В жарком климате вода быстро портилась. Сначала становилась невкусной, потом от нее маялись животами. Многие кормчие бросали в емкости с водой серебряные монеты, они позволяли дольше сохранять воду. Способом этим пользовались мореплаватели многих стран долгое время.

Пока кормчий договаривался о доставке воды, Алексей в сопровождении приятеля Перикла решил прогуляться по городу. Удастся ли еще раз побывать здесь?

Город в западной части дельты Нила был заложен в 332 году до н. э. Александрию Египетскую строили два греческих архитектора – Дейнократ из Родоса и Сострат из Книда. Планировка прямоугольная, город разделен на пять кварталов, прорезан двумя прямыми и широкими улицами. Мощенные камнем мостовые, театры, ипподром, водопровод и даже уличное освещение масляными фонарями[14]. Царская часть занимала третью часть города. Сады, зверинец, бани, театры, здесь же ставшая позже знаменитой Александрийская библиотека с десятком тысяч рукописей и Александрийский мусейон. Сюда после постройки города стекались поэты, писатели, мыслители и ученые, поскольку им платили жалование и давали бесплатное столование. Александрия быстро превратилась в культурный, научный, экономический центр эллинистического мира. Впрочем, здесь уживались мирно многие нации – греки, египтяне, хетты, евреи, ассирийцы. Между берегом и островом Фарос находились два порта – военный и торговый. На самом острове начали строить знаменитый Александрийский маяк, сооружение грандиозное. Только увидеть его Алексею в законченном виде не удалось.

Праздношатающихся в городе не было. Проезжали повозки с камнями, сновали строители с инструментами в руках, причем всех наций: ведь египтянина не спутать с греком или иудеем ни по лицу, ни по одежде. Город даже в недостроенном виде производил впечатление прямотой улиц, размерами домов и царской части города. Алексей попытался прикинуть примерную стоимость, но на гигантских цифрах потраченных талантов сбился со счета. Да, построить город, тем более будущую столицу мира, очень дорого, баснословно дорого. Причем Алексей точно знал, что Александр уже отстроенный город не увидит, не насладится плодами своего труда. Сатрапия Египет станет царством Птолемеев, по имени сатрапа Птолемея и первого царя новой династии, а Александрия – столицей этого царства. После смерти Александра забальзамировали и везли для похорон в Македонию. Птолемей захватил тело, перевез в Александрию, где захоронил в заранее подготовленной усыпальнице.

На осмотр города ушел день. Зато, засидевшись на корабле во время перехода, размяли ноги, посмотрели город. А вот вкусно поесть не удалось. Строители готовили себе на кострах немудреную похлебку, но харчевен для путников или отдыхающих еще не было.

На судне свежую пресную воду уже набрали, и следующим утром корабль отчалил. Все, кто хотел, толпились у правого борта, разглядывая город. Не всякому доведется побывать здесь еще раз, но будет что рассказать домочадцам или воинам.

Дальнейшее плавание проходило спокойно. Берег по правому борту далеко, ничего не разглядишь – ни селений, ни городов. Солнце светит, тепло, воздух насыщен влагой и йодом. Алексей, как и его воины, наслаждался отдыхом. Нега, состояние полного покоя и голова, пустая от мыслей, – прямо-таки отпуск, курорт. Хотя не было в этом мире отпусков, как и выходных, у многих народов. Однако биться об заклад Алексей бы не стал. Вроде как у семитов по пятницам дни были нерабочими.

Но все хорошее заканчивается быстро. Вот и кормчий уже рукой показывает:

– Библ!

На лице его радость. Он домой вернулся. Алексею же вместе с лохом предстоит дальний и утомительный переход.

В лагере воинском порядок, за время отсутствия Алексея чрезвычайных происшествий не произошло. Он дал воинам неделю отдыха: собраться, отремонтировать обувь или одежду, а то и купить новую. Все же путь дальний предстоит, стоптать сандалии можно запросто. В римской армии такие сандалии назывались калигами, хотя выглядели так же. В Персии почва каменистая. С одной стороны, хорошо: после дождей не так грязно. А с другой – подошва, хоть и из свиной кожи, истиралась быстро.

Маленький гарнизон из Библа Алексей убрал, тирану Димитрису посоветовал в случае опасности отправлять гонца за помощью в ближайший крупный город – Дамаск или Иерусалим. Хотя Алексей сомневался, что найдется глупец, решившийся напасть на город, находящийся под рукой Александра. Данников македонянин защищал всей мощью армии, иначе кто будет платить дань? Армия Македонского после разгрома Дария фактически не имела врагов в Азии, разве что мелкие племена кочевников. Так они сами к городам не приближались, слишком несоизмеримы силы.