Юрий Корчевный – Господь и роботы 2 (страница 2)

- Ты с детства к ней был вроде как неравнодушен, - продолжила вспоминать Светлана. – Все смеялись, женихом тебя называли - в шутку, конечно. Ты ей был как ребёнок, помогала мне тебя нянчить, я-то мать-одиночка, вечно на работе была.

Глава 3

Этот рассказ Алексея побудил и Ольгу вспомнить о давно забытом:

- Да, так всё и было, - подтвердила она.

- Этот твой портрет сказал мне о тебе так много, - продолжал Алексей. – А ещё больше сказало то, что нарисовал его именно я, - и он принялся вспоминать, как по мельчайшим деталям изображения понял и почувствовал своё былое нежное и трепетное отношение к загадочной незнакомке, послужившей моделью для портрета. – Вот потому я и захотел с тобой встретиться тогда.

- Ты же сказал, что хотел предложить мне сотрудничество.

- Это был лишь повод, - сказал он. - На самом деле я хотел узнать, какая ты в реальной жизни, но чувствовал, что для этой встречи нужен какой-убедительный и веский повод, и он рассказал, как изучив данные об Ольге в интернете, исследовал все свои немногочисленные козыри и пришёл к выводу, что для хозяйки частной клиники таким поводом могли бы стать созданные им программы потребностей и эмоций, которые при восстановлении тела были имплантированы в его новый мозг и на деле доказали свою действенность.

- Ах ты хитрец! – воскликнула женщина, польщённая тем, что именно её привлекательность привела к созданию их совместного предприятия. – И всё же твоё изобретение перевернуло мою жизнь.

- Мою, кстати, тоже, - признался он. – Но после воскрешения я же ничего не помнил. Для меня самого было загадкой: как я всё это придумал? Даже страшно было: а вдруг я навсегда утратил свои способности?

- Ну ты же разгадал эту загадку? - спросила Ольга.

- Надеюсь, - отвечал Алексей. – Правда, это было непросто: пришлось рыться в старых файлах, созданных мною ещё в первой жизни.

И он рассказал, как, разбирая архивы, наткнулся на несколько сохранённых им же цитат – именно эти выбранные когда-то отрывки из текстов могли дать ответы на вопросы о прежних предпочтениях и путях его мысли.

Первой оказалась цитата из Библии: «Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душою твоею, и всем разумением твоим. Это первая и наибольшая заповедь. Вторая подобная ей: Возлюби ближнего твоего, как самого себя.»

И было непонятно, почему он выбрал и сохранил именно данный отрывок.

Следующей шла цитата с пометкой «из Гегеля»: «Обозревая все содержание нашего человеческого существования, мы уже в нашем обыденном сознании… находим обширную систему физических потребностей, на удовлетворение которых работают большая и разветвленная сеть промышленных предприятий, торговля, транспорт, технические искусства. Выше этой системы потребностей мы находим мир права, законов, семью, сословия, государство. Наконец, мы находим бесконечно специализированную и сложную деятельность, совершающуюся в науке, совокупность знаний и познаний, охватывающую все существующее.»

Когда он в своём воображении совместил обе эти цитаты, перед его мысленным взором вдруг возник образ мира, создаваемого и развиваемого врождёнными потребностями людей. В свою очередь этот постоянно разрастающийся и усложняющийся мир создавал возможности для всё более полного удовлетворения этих потребностей. Это был словно биологический самодвижущийся «вечный двигатель» – гармоничный, уравновешенный и самодостаточный. И главный рабочий орган в этом живом механизме – именно врождённые потребности человека. Сразу возник вопрос: а что это за потребности?

«Начнём с заповеди, последней по важности», - думал он, чувствуя, как его мысли ускоряются, а время замедляется чуть ли не до полной остановки.

«Возлюби самого себя – значит, заботься о себе. Это инстинкт самосохранения - вся совокупность физических потребностей, позволяющих живому существу жить, передвигаться, не замерзать, не голодать и не умирать», - продолжал мысленно рассуждать Алексей. – «А заповедь «Возлюби ближнего» отражает инстинкт продления рода, выражает всю систему общественных связей, иерархию отношений, порядок в обществе. И первая наибольшая заповедь: «Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим». Этот инстинкт стремления к истине важнее инстинктов самосохранения и даже продления рода. Именно наличие врождённых, предустановленных потребностей делает и человека, и робота свободными и самостоятельными.

И тогда Алексея осенило: так вот откуда ему пришла сама идея снабдить потребностями сначала восстановленных биороботов, а потом и все дроны, предназначенные для их самостоятельной деятельности в удалённых агрессивных средах без управления человеком.

- Вот как началась моя работа по написанию программ потребностей и эмоций, - подытожил он. – Тогда я ещё не знал, что именно они помогут мне после воскрешения стать полноценным человеком, а не просто биоандроидом, выполняющим чужие приказы. И я сразу понял, что, если подобный апгрейд всей военной робототехники предложить государству, то на этом можно хорошо заработать.

Глава 4

- Помню, я боялась, что что из-за твоего изобретения роботы перестанут подчиняться людям, - призналась Ольга. – Но это же большие заработки. От такого никто бы не отказался.

- А я сразу понял, что не зря в прошлой жизни тобой интересовался, - сказал Алексей.

В этот момент они оба вспомнили, как после жалобы её мужа Сергея в Робнадзор было принято решение об утилизации Алексея как ставшего опасным биоандроида – по сути, за то, что он защитил и поддержал Ольгу в трудную минуту её жизни. Но именно в итоге всех этих испытаний у неё возникло доверие и сочувствие к этому невероятному парню, которого она когда-то нянчила и воспитывала словно собственного ребёнка. Теперь он предстал перед ней легендарным воином и загадочным биороботом, который сам себя сделал человеком, а её – сказочно богатой. «Но зачем ему это нужно?» – спросила она себя. Ответ мог быть только один: потому что он любит Ольгу! И приятные романтичные мысли появились в её голове, поднимаясь откуда-то из таинственных глубин взволнованного естества.

И тогда она, охваченная желанием, непроизвольно взяла его руку и с робкой страстью посмотрела на него, ища отклика. Алексей с открытой улыбкой встретил её взгляд, дружески пожал руку, и Ольга вдруг поняла - во всём этом нет и намёка на то, что она ожидала найти: никакого любовного томления, никакого желания её как женщины.

Это было как ушат холодной воды. И сразу всё изменилось. Она вспомнила, как читала где-то о нежелательности пропаганды половых отношений среди биороботов, воскрешённых менее трёх лет назад. Это аргументировалось тем, что раньше этого времени биологический андроид ещё не успевает приобрести и полностью закрепить социальные навыки для того, чтобы сдерживать свои сексуальные инстинкты в обществе, а потому опасен для себя и других.

«Господи, какая я дура!» - мелькнуло у неё, и она сделала вид, что никаких особых мыслей и видов на этого парня у неё не было. И опять стала той же нянькой соседского мальчишки, какой была двадцать пять лет назад, когда он проходил своё первое детство, как теперь проходит второе.

И действительно, Алексей после своего воскрешения видел в ней лишь подругу – добрую, мудрую, понимающую, с которой можно говорить на любые темы. Конечно, он иногда мельком замечал в сериалах или фильмах отношения между мужчинами и женщинами, но никогда не вникал в них глубже внешней видимости. Во-первых, потому что, занятый своей работой, почти не смотрел ни фильмы, ни сериалы. Во-вторых, сексуальный инстинкт ещё не был в нём пробуждён, а если он иногда и чувствовал непонятное волнение по этому поводу, то просто не мог идентифицировать и осознать его, как выросший среди людей хищник не знает, что он хищник, пока не попробует вкус крови.

Ольга, поняв это, интуитивно опять стала видеть в нём не мужчину, а ребёнка, и теперь они вновь общались просто как хорошие друзья и сотрудники.

После развода с мужем она прекратила все отношения с ним, и Сергей, наконец, понял, что попал в ту самую ловушку, которую готовил для Ольги. Он ведь хотел перестать зависеть от неё и поставить её в зависимость от себя, это была главная идея, которой подчинялись все его замыслы, интриги и манипуляции. А результат оказался прямо противоположным, и теперь ничего уже не исправишь.

Его новая жена Лариса после имплантации ей программ потребностей и эмоций, о которой она так никогда и не узнала, незаметно для себя и окружающих постепенно становилась полноценным человеком со своим начавшим формироваться характером и привычками. А, поскольку с первых дней своего нового существования она руководила подчинёнными, то власть становилась для неё всё более доминирующей потребностью, которой всё полнее служили её мысли и чувства.

Даже проводя совещание или собрание своего трудового коллектива, она обращала главное своё внимание не на слова сотрудников, и даже не на их работу, а на те неуловимые для других жесты и мимику, которые выдавали их скрытые устремления и замыслы по отношению к сложившейся иерархической системе отношений в сообществе. Она всё лучше и лучше умела лишь по взглядам, тону и тембру голоса догадываться о соперничестве, например, двух педагогов или создании ими коалиции против третьего. Но особенно чутко и трепетно относилась к тем устремлениям подчинённых, которые могли быть направлены против её личной власти. И этого она уже никогда не прощала никому.