Юрий Кириллов – Будущее уже было (страница 18)

– Ну… как знаешь. Тебе видней, – слегка постучав собеседника кулаком по плечу, полковник делает попытку пройти в автобус, но, вновь поворачивается и тихо добавляет. – А вообще…, спасибо… И, за сына, тоже спасибо.

Сирый поднимает взгляд в небо, чтобы не было видно проступивших слёз. Полковник собирает в автобусе имеющиеся медикаменты, бинты и отправляется на помощь к раненым. Из других уцелевших автобусов также вытаскивают всё, что может помочь и пригодиться.

Сирый присаживается рядом с Олегом:

– Как ты? Как голова?

– Соображает немного… – с ухмылкой отвечает раненый друг.

– Встать можешь?

– Бывало и хуже. Забыл, что ли?..

– Ваши автобусы уже не смогут дальше двигаться, они разбиты. Садись в машину, я тебя отвезу.

Олег ухмыляется и похлопывает грязной окровавленной рукой товарища по щеке:

– Сирый, ты что?.. Лучше девчонок вывези отсюда в безопасное место. Слышишь? Только в надёжное и безопасное.

Маша с Настей в голос тут же возражают:

– Никуда мы без вас не поедем.

Понимая, что уговаривать их бесполезно, Олег продолжает:

– Здесь больше двух сотен людей. Нужно как-то выбираться всем вместе. Транспорта, я так понимаю, нет и не будет никакого. Рядом в округе только мелкие деревушки. Вряд ли ночью нас кто-то к себе пустит.

К разговору присоединяется Машин отец:

– Дорогой добираться бессмысленно. Попутных автобусов нам не найти. Самое безопасное сейчас, ехать домой поездом.

– Разумное решение, – подтверждает Сирый, только до ближайшей станции здесь километров двадцать. И, это если напрямую через лес и поля. – Я отвезу несколько человек, а остальные?..

– Все вместе пойдём, – твёрдо заявляет полковник. – Только вот что с убитыми делать?

– Сейчас сюда вернутся с грузовиками и тракторами, всех похоронят, – тихо ответил Сирый.

– Надо будет список сделать, семьям сообщить.

Сирый отходит к одному из своей охраны, окликнувшему его, после чего возвращается, и, оправдываясь, сообщает:

– Мне срочно нужно вернуться в Киев. Вам тут тоже оставаться больше нельзя. Поспешите. И, будьте осторожны.

Простившись со своим другом, молодой олигарх в сопровождении охраны скрывается за поворотом. Полковник командует народу организоваться в группы, собрать всё необходимое, что можно унести в руках. Не все могут сразу идти, некоторые продолжают рыдать возле убитых. Приходится уговаривать и силой оттаскивать от обочины с телами. Ещё спустя некоторое время эта огромная толпа растянувшись длинной цепью, сойдя с дороги начинает движение по полю в сторону леса.

Только спустя полчаса полковник вдруг обращает внимание на сбитые и отмороженные в разодранных носках ноги зятя. Понимая, что возвращаться за обувью, чтобы воспользоваться чьей-либо из убитых, уже поздно, и продолжать в таком виде движение тоже невозможно, он пытается найти в рюкзаке, хоть что-то подходящее. В итоге просто вываливает из него всё содержимое и с силой разрывает на две половины. Получившиеся брезентовые «лапти» девочки верёвками обвязывают Олегу поверх тёплых спонтанных портянок из женских платков. В такой обувке уже можно идти.

После вынужденного короткого привала, крымчане, вновь продолжают своё движение через лес в направление далёких, но отчётливо раздающихся сквозь зимнюю ночную тишину железнодорожных гудков.

***

Вырулив из-за поворота, Сергей с товарищами попадают в серые клубы, застилающие видимость на дороге. Дым исходит от горящей поблизости вдоль дороги техники. Приблизившись, перед их глазами предстаёт ужасающее зрелище. Колонна разбитых и исковерканных автобусов у обочины, два из которых уже выгорели дотла, лишь колёса продолжают заволакивать всю округу чёрным едким дымом. На дороге всюду стёкла и размазанная кровь. На другой стороне обочины больше десятка сваленных человеческих тел. Сергей, включив на телефоне фонарик, бросается к ним, чтобы рассмотреть. Миша тут же следует за ним. Переворачивая каждого, пытаются найти признаки жизни, хоть у кого-то. Окончательно убедившись, что выживших не осталось, и, что среди убитых нет их родственников, мужчины идут осматривать автобусы.

– Куда исчезли все? Где остальные? – на грани истерики Сергей колотит кулаками о борта автобуса.

– Может их забрали и увезли? – делает предположение молодой милиционер. – Сидят сейчас где-нибудь в подвалах.

– Чтобы триста человек вывезти, нужно много техники. Не разумно было тогда вообще сжигать автобусы, на которых и могли всех вывезти, – пытается рассуждать единственный, хладнокровно воспринимающий ситуацию, Тарас. – Скорее всего, нападение получилось спонтанным. Такое количество трупов тоже никому не нужно. Значит, остальных просто отпустили… Или разогнали. Я думаю, что не время разгадывать ребусы и выстраивать предположения. Полагаю, есть кто более внятно сможет нам разъяснить, что здесь произошло…Если сам успел.

После недолгого разговора по телефону, он доходчиво рассказывает друзьям историю случившегося. Вдалеке начинают виднеться многочисленные огни приближающейся большой колонны. Чтобы не встречаться лицом к лицу с бандой отморозков, мужчины быстро спохватываются и уезжают в обратную сторону, хотя и отчаянного сотрудника «Беркута» буквально силой приходится вталкивать в автомобиль.

– А я бы сейчас этим гадам поотрывал головы прямо здесь. Суки!!! Твари!!! – не успокаивается он по дороге.

– Поверь, Миха, я бы сейчас сделал тоже самое, внутри меня всё точно также кипит и клокочет, – пытается поддержать милиционера старший товарищ. – Только на войне нужно ведь думать ещё и головой, а не действовать только эмоциями. Ну, надерём мы сейчас задницу одному или двоим, и что из этого? Подставим головы под их пули? Кому легче станет? Куда на вооружённую толпу? Ты же видишь, они ни перед чем не останавливаются. Они озверели. Они жаждут крови.

– Таких надо сразу уничтожать, – не унимается молодой и дерзкий парень.

– Согласен. Только для этого нужно самим оставаться живыми. А иначе, кто их будет истреблять? Поверь, придёт и их черёд…

Уехав вне зоны видимости, Тарас останавливает автомобиль и пытается вклиниться в разговор:

– Ладно, отчаянные головы, что дальше делать будем? Где искать? В какие леса они ушли? По полю на машине мы далеко не уедем.

– Предлагаешь пешком догонять?

– Предлагаю по просёлочным дорогам между деревнями их перехватывать.

– Тогда объезжаем этот лес и сворачиваем к деревне, возможно они вышли туда, – пытаясь рассмотреть карту на телефоне координирует Сергей.

Внедорожник медленно въезжает в глухую тёмную деревню. Ни в одном окне нет ни света, ни живой души. Изредка издалека доносится собачий лай. Улицу освещает единственный целый фонарь.

– Господи, глухомань-то какая… – Тарас очень внимательно широко раскрытыми глазами, всматривается в каждый освещаемый фарами предмет, зачем-то сжимая одной рукой крестик, висящий на шее.

– Того и гляди, из-за угла ступа со страшной кривой уродиной вылетит, – пытаясь шутить и сбить напряжение, подзадоривает его друг.

– Да, иди ты… Смотри в карту лучше. Куда дальше?

Вдруг неожиданно в этот момент из переулка на машину буквально набрасываются с диким лаем около десятка собак. Огромного размера вожак, подпрыгивая, со звериной жестокостью пытается клыками прокусить стекло. Тарас с испуга резко нажимает на педаль. Общий лай сливается с визгом. Вероятно, одна из собак всё же попала под колесо или зацепилась о бампер. Но, свора не отстаёт и продолжает преследовать автомобиль. Машина мчит по извилистой просёлочной дороге, не сбавляя скорость.

Выгнав далеко со свей территории непрошенных гостей, стая резко останавливается и, ещё немного для форса полаяв вдогонку, развернувшись, спокойно возвращается в деревню, следуя за своим вожаком. Тарас продолжает гнать машину не сворачивая, пока не выезжает на поле, где направление полностью теряется. Множественные колеи в разные стороны припорошены снегом. Основного направления нет, ехать можно в любую сторону, нигде не накатано. Покружив на месте, освещая дальним светом, Тарас попытался найти малейшую зацепку дальнейшего направления, но, все попытки тщетны. Единственный выход – по своим же следам возвращаться обратно, но, и они уже с трудом просматриваются, к тому же, меньше всего хотелось бы новой встречи с бешеной стаей.

– Нужно попробовать добраться до следующей деревни по просёлочной дороге, – предлагает Сергей. – Нужно вернуться немного назад и на развилке свернуть в сторону. Там более накатанная дорога.

Проехав по, предложенному новым штурманом, пути дорога всё дальше и дальше уводит их через поля, между пролесков, пока не упирается в старый деревянный наполовину разрушенный мост. Никаких признаков новой деревни на пути так и не встретилось. Не встретилось и никаких признаков большого количества народа, который должен проходить где-то в этом направлении.

– Кажется мы сами заплутали, – начинает отчаиваться водитель.

– Не дрейф. Судя по карте, кажется, мы попали не на ту дорогу и уехали далеко в сторону. Предлагаю вернуться на основную трассу и сразу двигаться до железнодорожной станции, – вновь роль штурмана и стратега берёт на себя Сергей. – Боюсь, что пока мы кружим по лесам, пока в объезд по дороге доберёмся до посёлка, наши пешком вперёд нас там будут по прямой. Ну, а если мы раньше приедем, значит дождёмся их на месте. По крайней мере, изучим обстановку, чтобы опять не напороться на засаду. Эти нацики ведь знают, на какую станцию крымчане пробираются.