Юрий Каменский – Витязь специального назначения (страница 80)

 --Порядок, -- с сильным акцентом доложил он.

 --Спасибо, друг, -- кивнул Акела. Гоблин оскалил в улыбке жуткие зубы и, шагнув назад, пропал за колонной.

 --А можно спросить? -- осторожно поинтересовалась Ласка.

 --Валяй.

 --Почему они пришли к нам служить?

 Акела пожал плечами.

 --Не знаю, я не интересовался.

 --Как? -- Ласка даже остановилась, вытаращив глаза, -- как же?..

 --Понимаешь, -- стал терпеливо объяснять ученице Витязь, -- среди всех вероятных причин их прихода не было ни одной опасной для нас. Так для чего мне её знать? Во-вто­рых, белые орки никогда не нарушают данного слова, а эти по всей форме приняли присягу. Ясно?

 --Да, -- кивнула девушка, -- теперь поняла. С бакалавром говорить будешь?

 --Ты сюда их притащила, что ли?

 --Не всех, только его и помощника.

 --Думаешь, они ещё не всё сказали?

 Ласка пожала плечиками.

 --Да, нет, наверное, всё.

 --Ну и пошёл он... Вези его обратно и всех береги, как зеницу ока. Может, ещё с этими, мать их, рыцарями, торговаться придётся. А вот помощника, пожалуй, оставь. Гоб­линам под охрану сдай.

 У входа в пещеру, где жили они четверо и Викинг, стояла стража из двух гвардейцев из отряда Сержа.

 --Как придёт Барс, пусть меня разбудит, -- попросил он их и, упав на топчан, застланный шкурой, отключился ещё на лету.

 ...В летнем мареве плавился речной песок, несла свои изумрудно-прозрачные воды могучая река, стеной стоял кедровый лес на высоком яру. Летний воздух напоён запахом нагретой смолы и хвоей, и лежит он беззаботно, как в далёком детстве на речном берегу, бездумно глядя в бездонную синеву неба...

 ...--Борисыч, Борисыч, проснись ...

 Акела открыл глаза и посмотрел на стоящего рядом Андрея с горячим чаем в обьёмистой кружке.

 --Как спалось, что виделось?

 --Спал как убитый.

 --Мне стражник сказал, что ты просил тебя разбудить, когда я приду.

 --Тьфу, ты, совсем мозги отоспал. Надо помощника бакалавра Джуре в лагерь выкинуть.

 --Его целиком или только голову?

 --Шутить изволите. Зачем его резать, он же не знает ни хрена. Когда хан поймёт, что разведданных и образцов оружия не будет, он двинет свои орды. Тем более, ему кажется, что панацею от беды он нашёл.

 --Вообще-то, да. Ну, пусть живёт, декадент, я ж не зверь, работа такая. А где он?

 --Недалеко. Это милое дитя его в мешке привезло. Так что он тут вряд ли что увидит. Покатаем его по воздуху минут пятнадцать и сбросим перед ханским шатром.

 --Резонно. Ну, пошли.

 Диверсант валялся в большом крапивном мешке под охраной двух здоровых гвардейцев. Именно так, с лёгкой руки Андрея, стали называть ребят из сотни Сержа. Уловив подсознательно смысл этого прозвища, ребята очень им гордились. На остальное войско они поглядывали чуть свысока. Как-никак, первые в истории Руси элитные части.

 Предвидя возможные столкновения, Барс отдал гоблинов в подчинение Викингу. Мимоходом, как бы невзначай, он объяснил горячим головам, что это особая ударная группа их отряда. Здесь уже вступали в силу неумолимые законы боевого братства. Ссориться с воинами своего отряда -- свои же не поймут. Так что, междоусобиц можно было не бояться.

 С помощью двух преторианцев они вытащили мешок с бакалавром на место приземления ковра. Привязав к нему длинную верёвку таким образом, чтобы не задушить даже при рывке, стали ожидать нужного момента. Ждать пришлось всего минут сорок. Отпустив Толстого с Соловьём спать, они погрузили врага, сели сами и двинулись к вра­жескому лагерю. Полетели они туда по большой дуге, выписывая по большому радиусу круги и спирали, чтобы накрутить нужный километраж.

 Набрав нужное время полёта, они подлетели к "флагманскому" стойбищу и, зависнув над белой юртой, стали спускать мешок с пленником. Когда он уже закачался над го­ловами телохранителей, сидящих у входа, кто-то из них заорал благим матом.

 Барс позволил верёвке выскользнуть из рук и ковёр сразу взмыл ввысь, чтобы не попасть под стрелы врага. Они ещё успели услышать, как сидящий в мешке, поняв, видимо, куда попал, стал кричать что-то. Причём, определённо, на тюркском наречии.

 --Порядок,-- констатировал Андрей, -- сейчас он Джуре в жилетку поплачется, что там его все продали и предали. Из этого хан поймёт, что все его хитрые задумки погорели, как шашлык на пьянке.

 --После чего назначит войсковую операцию, -- мрачно пошутил Акела, -- и слава Богу. Хуже нет ждать и догонять.

 --Эт-точно, -- кивнул Андрей, -- Борисыч, тебе страшно не бывает?

 --В смысле? -- поднял на него удивлённые глаза Акела, -- страх -- нормальная человеческая реакция. Но ты же, как я понимаю, что-то другое имеешь в виду?

 --Ну, не придуривайся, -- поморщился Барс, -- всё ты понял.

 Акела помолчал, подбирая нужные слова.

 --Что тебе сказать, брат? Ответ-то ты и сам знаешь. А нас кто спрашивал, а? Кинули сюда, как кутят в прорубь. Что нам, в деревне прятаться нужно было? Так пришёл бы Джура, нас на нож, а наших женщин на хрен -- вот и все последствия нашего пацифизма. На том уровне мы бы ему помешать не смогли. Короче, "делай, что должен -- и будь, что будет".

 --Да уж, с тобой не соскучишься.

 --Не боись, -- усмехнулся Витязь, -- в ближайшем обозримом будущем нам всем скучать не придётся. Да, был бы здесь Вольфович, он бы этого козла пригвоздил к позорному столбу. Однозначно.

 Барс облегчённо засмеялся.

 Ковёр заходил на посадку. На скале их ждала Ласка.

 --Ты почему здесь? -- удивился Акела.

 --Я отправила бакалавра с конвоем. Разреши мне остаться.

 --Это ещё зачем? -- нахмурился Барс, -- Здесь по твоей линии ничего не будет. Голимая рубка, мясо и больше ничего. Так что я тебе дам двух гвардейцев для охраны -- и вперёд.

 --Есть для меня работа. И как раз по моей линии. Она даже вам с Акелой не по зубам. --Ты откуда это взяла? -- Акела искренне недоумевал, -- никто тебя не обманывает. Барс правду сказал -- мясорубка и ничего более.

 --А женщины? -- серые глаза уставились в упор.

 --Какие женщины? -- растерялся, честно говоря, Акела.

 --Которых хан перед войском погонит, -- она смотрела дерзко, не опуская глаз. Вот же поганка!

 --Откуда информация? -- строго спросил Барс. Ещё бы, они ведь никому об этом сказать не успели.

 Теперь взору представилась рыжая макушка, кончик сапога застенчиво выковыривал камешек.

 --Вот же зараза! -- выругался Акела, -- кто ещё знает?

 --Никто, только я.

 --Не понял, -- отбросив церемонии, он сгрёб нахальную девчонку за шиворот и заставил поглядеть в глаза, -- откуда информация?

 --Я была в стойбище. Одна. Больше никто не знает.

 --Вот чёртова кукла, -- уже по-настоящему разозлился Барс, -- с ума спятила? А если бы...

 --Кишка у них тонка, -- пренебрежительно задрав свой веснушчатый нос, ответила Ласка.

 --Так, -- уже овладел собой Акела, -- что предлагаешь?

 Девчонка, вмиг приободрившись, отвечала кратко, не задумываясь, видимо, всё уже просчитала.

 --Я проникну к полонянкам, обработаю их, подготовлю. Когда будем идти через наши засады, по моему сигналу берендеи снимают стрелами конвой, а бабы с ребятишками сразу в лес -- кто вправо, кто влево. Если не подготовить их, начнут метаться, половину побьют и потопчут, а то и больше.

 --Авантюристка чёртова, -- в сердцах выругался Акела, беспомощно взглянув на друга.