Юрий Калугин – Чтобы помнили… (страница 9)

А в вещмешке сукно, да нитки

И вдруг медалей перезвон.

Все офицеры обомлели

Когда коробочку нашли.

На орден Ленина смотрели

Пошевелиться не могли…

Прошли войну и каждый знает

За что вручался храбрецам.

Ни кто о нём и не мечтает,

Быстрей добраться к Праотцам…

На дне мешка письмо из дома,

Писала в госпиталь жена.

«-Не нужно мне «добра» такого,

Останусь жить я как вдова…

Зачем «ползун» мне в эти годы,

Хочу рожать, хочу любить.

С калекой никакой свободы.

Я молодость должна сгубить?!»

Солдат проспавшись огляделся,

Узнал куда идёт состав.

В ХБэшку чистую оделся,

Аккордеон свой «распластал».

Под стук колёс и гомон с полок

Поплыл в вагоне баритон.

Что у героев век не долг,

Про колокольный перезвон.

Летела песня словно птица

Вдруг обгоняя облака.

Под пятернёй не сохли лица

И слёзы лились, как река.

Певец допел и улыбнулся,

– Сержант Авдеев Николай!

Волшебных клавиш вновь коснулся

И песня снова через край.

Авдеев в части был оформлен

И комнатёнкой наделён.

Всегда ухожен и накормлен

Завхозом в клуб определён.

К нему мы бегали гурьбою,

Чтобы нам что-то почитал.

А он с любовью и душою

Свои поделки раздавал.

Однажды он увидел Соню

Она кухаркой здесь была.

Жила со страшною судьбою,

Враз онемела – «умерла».

Сожгли детей её фашисты,

Помочь она им не смогла.

Такой нашли её танкисты

У них на кухне и жила.

Глаза, в глаза смотрел Авдеев

И вдруг тихонечко запел.

Пел словно бы хмелея,

А голос, как метал кипел.

Все вдруг увидели запруду,

Гнездо прекрасных лебедей.

Утят убитых, жёлтых груду

И пьяных с ружьями людей.

Ужасный вой в толпе раздался,

Каталась женщина в пыли.

Крик на молитвы прерывался,

Поклоны бились до земли.

Врачи сказали – просто чудо,

Что песня возвратила речь.

Ей полежать сейчас не худо,